Хозяйка Дремучего леса. Баба-Яга (СИ) - Самойлова Александра - Страница 11

Позавтракав, мы принялись ждать возвращения избы. К счастью, совершенно недолго. Час она поскиталась по лесу, а после раздался её громкий топот, заставивший всех нас вскочить на ноги и приготовиться.

Соловей без лишних просьб засвистел, стоило избе приблизиться. Она затормозила и замерла. А я поспешила к ней, выяснять причины её страданий.

– Избушечка, родненькая! – обратилась я к ней. – Болит у тебя что? Или, может, половица, какая скрипит, мешает тебе? – спросила я её. Изба не среагировала. Как стояла, так и стояла, будто никто к ней и не обращался. Да только ставни на окошке вдруг медленно закрылись.

Можно было трактовать это как угодно, да только Ядвига была хозяйкой избы и могла чувствовать её настроение. А теперь находясь в её теле, и я была способна на это.

Обида.

Вот уж никогда бы не подумала, что избушка могла обидеться. Вот только чуялось причина её проблем вовсе не в этом. Это просто изба от обиды не хочет признаваться, что не так.

Ну Ядвига! До чего избу довела!

– Избушечка, ты уж прости меня, дуру непутёвую. Ты ж для меня самая родная, самая красивая. Я вечерком-то вчера прибралась в тебе вместе с моими помощниками. Теперь запускать не буду. Обещаю. Полы каждый день буду мыть, родненькая! И воска пчелиного достану, каждую деревяшку смажу, – пообещала я ей, а ставни заинтересовано приоткрылись, давая понять, что изба услышала меня. Это воодушевило. – Ты мне скажи только, что тебе мешает? Я вмиг помогу и больше никогда не позволю подобному случиться.

Молчание. Так-то логичное, но изба будто раздумывала, показывать мне свою проблему или нет. Я даже решила, что она откажет и просто снова унесётся куда-то вдаль, но в какой-то момент она вдруг начала опускаться, как вчера вечером.

Устроившись на земле, она вытянула в сторону ноги и пошевелила одной. Недолго думая я поспешила к ней, понимая что что-то не так с ней, внимательно оглядывая. Когда смотрела в прошлый раз, изба стояла и поэтому я никак не могла найти проблему. Но теперь, когда она села, а пальцы на куриной ноге оказались растопырены, я увидела, что ей всё это время мешало.

Чёрная, противная, жирная! Пиявка!

– Ой, хозяюшка, это что же такое-то? – схватился за сердце Тиша, подходя ко мне и разглядывая паразитку. – Такие большие бывают разве?

– Пиявка, – заключил Соловей. – Присосалась гадина!

– И как мы её раньше-то не заметили? – покачал головой Васька. – Изба же каждый день спать в таком положении садилась.

– Не заметили, потому что с закатом на сон уходила. Кто бы там, что разглядел, – покачала я головой. – Васька, тащи лопухи, тряпку и воду. Всё чистое. Соловей, неси соль! Будем ликвидировать паразитку! – засучив рукава, нахмурила я брови, готовая к бою с пиявкой. Трудно будет её отцепить, большая слишком. Но, надеюсь, соль поможет. Пиявки её ненавидят.

Как и ожидалось просто отцепить чёрную гадину не получилось. Когда Васька с Соловьём притащили всё необходимое, я, не жалея соли, посыпала её на пиявку. Она, конечно, тут же заворочалась, но не отцепилась. Пришлось бежать в избу и искать сильно-пахнущие травы. Таких оказалось немного. Тимьян, мята да шалфей.

Для надёжности быстро смешала всё, добавила воды и соли и с этим раствором поспешила обратно, беспощадно выливая его на пиявку.

Только тогда эта гадина отвалилась, шмякаясь на землю. Откинув её в сторону ногой, я полила рану избы чистой водичкой и прижала к ней измельчённый в кашицу лопух. А после обмотала чистой тряпкой.

– Ну вот так, родненькая, – погладила я избу по ноге. – Посиди пока. Теперь понятно, чего ты бегала. Всё скинуть её пыталась, да? – с сожалением произнесла я. А изба махнула ставнями.

Да если бы это было так просто. Упрямая оказалась пиявка-то.

Приблизившись к жирной паразитке, я уставилась на неё, упираясь руками в бока.

– Чего делать-то с ней будем? Может, ты Соловей её съешь? Ты же насекомыми всякими питаешься… – предложил кот.

– Я? – возмутился пернатый. – Да за кого ты меня принимаешь? Я эту заразу есть не буду!

– Давайте её закопаем! – предложил Тиша. А я покачала головой.

– Никого не будем закапывать. Избу вылечили. Теперь можно ни о чём не беспокоиться, – заключила я, решив закрыть этот вопрос.

– Погоди, Ягочка. Не могла изба сама где-то подцепить эту пиявку, – с сомнением протянул кот, а я нахмурилась. – На избе чары же твои от таких вот… пакостей! Откуда бы пиявке этой взяться...

– Да, Вась, странно. Неужели кто-то специально её подкинул? – спросила я.

– Да будто так и есть, хозяюшка. Нечистое дело это, – отозвался Васька.

– Так надо пойти и у Водяного спросить! Его это пиявка! Из его озера! Точно говорю! – заявил Соловей, а я заинтересованно уставилась на него.

– Уверен?

– Ну а чья же ещё? Пиявок-то только у него и можно найти, – развёл крыльями пернатый разбойник, а я кивнула.

– Хорошо. Тиш, принеси-ка банку какую. Пиявку в неё посадим. С собой заберём, – скомандовала я, а чёрт тут же метнулся выполнять приказ. Только хвост мелькнул в дверях, как он уже нёсся обратно с небольшим стеклянным флаконом с пробкой. Пиявка с трудом пролезла через горлышко, но удобно устроилась внутри.

Да, интересно получается. А не проделки ли это того, кто Ядвигу бросил? Силы лишил?

Ой, чуется нечистое здесь что-то. Прав Вася. Избу вылечили, с одной проблемой справились. Хорошо. Но теперь…

– Итак, дорогие мои, идём к Водяному! – скомандовала я, обращаясь к своим помощникам. – Пусть поведает, его это рук дело или нет!

Эпилог

По тёмному каменному полу расползлась тьма. Своими рваными всполохами она медленно заполняла всё пространство просторного помещения, обходя стороной лишь одинокую склонённую в почтении фигуру посреди зала.

– Ты говорил, Яга скоро отправится за своей матерью. Не переживёт предательства и предпочтёт смерть жизни… – разнёсся леденящий душу голос, обращённый к дрожащему слуге.

– Хозяин… всё так и было. Она была в отчаянии. Даже силу свою потеряла… – промямлил мужчина, а тьма неожиданно рванула в его сторону, будто пытаясь схватить и унести за собой, чтобы расправиться с особой жестокостью. Незнакомец, испугавшись, упал на пол, задрожав пуще прежнего, и весь сжался. – Прошу, помилуйте…

– Почему тогда она ещё жива? А сила её не то что не покинула, а неожиданно возросла? – последовал вкрадчивый голос доносившейся будто сразу со всех сторон.

– Я не знаю. Но выясню… дайте мне шанс. Прошу… – взмолился слуга.

– Шанс? Хорошо. Но это будет последний…

Конец!