Зыбкая почва - Фуллер Клэр - Страница 5

Бриджет, лучшая подруга матери, сидела за столиком рядом с другой сотрудницей регистратуры. Увидев Джини, она выскочила из-за стола и подбежала к ней; ее круглое лицо сморщилось, глаза наполнились слезами.

– Ох, милая моя, – пробормотала Бриджет, и Джини позволила ей себя обнять.

Бриджет обнимает мягко, не то что Дот с ее костлявыми руками и быстрыми движениями; а Джулиус всегда стискивает слишком сильно, выбивая весь воздух из легких. От Бриджет пахло сигаретами и мятными конфетами «Поло». Разжав руки, она спросила:

– Доктор Холлоуэй уже был у вас? Я собиралась прийти, как только смена закончится. – Тут напарница жестом отпустила Бриджет, и та одними губами произнесла «спасибо».

– Давай зайдем в сестринскую, – позвала она Джини.

Они прошли позади ряда стульев, на одном из которых сидел губастый молодой человек с грязными светлыми волосами и листал журнал, поставив ноги в ботинках на сиденье напротив. Проходя мимо, Бриджет толкнула его в плечо и рявкнула прямо в ухо:

– Ноги убери!

Джини поразило, что Бриджет может настолько грубо обращаться с пациентом, однако тот неторопливо, одну за другой, опустил ноги на пол. Когда Джини обернулась, парень, глядя на нее, широко и нахально ухмыльнулся. Она поспешила дальше.

Когда они зашли в сестринскую, Бриджет спросила:

– Почему вы не позвонили мне? Джулиус звонил сюда и говорил с дежурной, которая пришла к открытию. Я просто не могла поверить. Мне и сейчас не верится. – Она обхватила лицо ладонями, раскрыла рот и сдавила щеки, словно персонаж мультфильма.

Джини задумалась, откуда Джулиус звонил: может, с мобильника Крейга?

– У нее был инсульт? – продолжала расспрашивать Бриджет. – Ох, надеюсь, все закончилось быстро. – Она тяжело опустилась в офисное кресло. – Она принимала лекарства?

Джини совсем забыла, как Бриджет тараторит. Даже слушать ее было утомительно; Джини ответила так, словно вот-вот заснет:

– Я не знала, что ей надо принимать какие-то лекарства.

– Могу поспорить, она не забрала их из аптеки. А я ведь говорила, что для нее это бесплатно, потому что ей больше шестидесяти. Было больше шестидесяти. Боже! Ей бы это ничего не стоило!

– Маме не нравилось, когда ей что-то давали бесплатно.

Джини села на стул напротив стола, подумав, что он, наверное, предназначен для пациентов. Позади Бриджет тянулись ряды застекленных шкафов, а в углу стояла высокая кушетка, похожая на ту, на которой врач осматривал Джини. Ей стало тревожно в этой комнате.

– Я даже не знала, что она больна. И что она ходила к врачу.

– Ох, милая моя, – снова вздохнула Бриджет и, наклонившись, коснулась колена Джини. – У нее месяц назад была пара микроинсультов. Мне так жаль. Она вам не сказала? Вижу, что нет. Наверняка просто не хотела волновать вас с Джулиусом, только поэтому. Но она должна была хотя бы получить рецепт. Ей бы просто выписали аспирин. Бог ты мой, как хочется курить. Давай выйдем во двор.

Дрожа от холода, они подошли к брандмауэру амбулатории, и Бриджет вынула из кармана пачку сигарет.

– Снег в конце апреля, – покачала она головой и закурила.

Некоторые девочки из школы выходили на задний двор покурить и поболтать о мальчиках, но Джини никогда не ходила с ними.

– Прости, что не добралась до вас и тебе пришлось сюда тащиться, чтобы сообщить мне, – сказала Бриджет. – Хотя напарница из регистратуры мне уже передала.

– Я пришла не для того, чтобы сообщить тебе, – отозвалась Джини. – Я пришла за свидетельством о смерти.

– А, понятно. – В голосе Бриджет послышалось напряжение. Она бросила под ноги спичку, которая присоединилась к другим горелым спичкам и нескольким окуркам, втоптанным в грязный снег. – Сначала тебе надо получить у доктора Холлоуэя медицинское свидетельство, но ему, скорее всего, прежде придется позвонить коронеру. Он об этом упомянул? Он же у вас был, верно? А потом тебе надо будет отвезти этот документ в бюро регистрации актов гражданского состояния в Девизесе.

– В Девизесе?

– Чтобы получить свидетельство о смерти и разрешение на похороны – зеленую справку.

Джини оперлась рукой о кирпичную стену, чтобы не упасть.

– А доктор не может мне их выдать?

Затягиваясь сигаретой, Бриджет пристально взглянула на нее.

– Надо зарегистрировать смерть, Джини. В бюро регистрации. – Она говорила с ней как с ребенком. – Таков порядок. Тебе понадобятся эти бумаги для викария или для крематория. А свидетельство о смерти, скорее всего, понадобится еще и для другого.

– Для чего, например? – В голове Джини замелькали разнообразные мысли.

– Например, чтобы банковский счет Дот…

– Да у нее никогда не было счета в банке. И ни у кого из нас. Мы держим все деньги в жестяной банке в кладовке.

Джини нервно рассмеялась, понимая, что ей не следовало этого говорить, и удивляясь тому, что еще вчера они с матерью пропалывали лук в огороде. Стена, о которую она оперлась, казалась мягкой; и Джини подумала, что, если прижаться к ней посильнее, в нее можно было бы завернуться и исчезнуть.

– Я могу отвезти тебя в Девизес.

– Я доеду на автобусе.

– Не глупи.

– Все в порядке. Я в состоянии сесть в автобус.

– Слушай. – Бриджет затушила окурок о стену, искры посыпались на снег, словно прокалывая его горячими булавками. – В ближайшие несколько дней тебе придется через многое пройти. Я-то знаю, я же в прошлом году отца похоронила, помнишь? – Джини совсем забыла об этом и теперь почувствовала вину. – Дело не только в документах, еще же похороны, поминки.

– Поминки? Не хочу я поминок.

Какие-то люди будут толкаться на кухне, болтать, пялиться на них с Джулиусом, жалея двух чудаков, которые в пятьдесят с лишним лет все еще жили с матерью.

– Но тебе придется их устроить.

– Мама мало кого знала. Не могу представить, кто захотел бы прийти.

– Ну, для начала я и Стю, – обиженно заметила Бриджет.

– Кроме вас со Стю.

– Да твоя мама знала кучу людей! Как насчет Кейт Гилл из местной гостиницы? И Макса? Да и доктор Холлоуэй, полагаю, захочет прийти. Еще Роусоны или, может, один Спенсер.

– Роусон? Зачем ему приходить? Я не хочу приглашать всех этих людей. Дело ведь не в том, чтобы собрать побольше народа, правда? Мы же не вечеринку устраиваем.

– Может, Джулиус захочет позвать Шелли Свифт.

– Шелли Свифт? – Джини с трудом припомнила это имя.

– Они же дружат, разве нет? Я точно видела их вместе. – Бриджет многозначительно приподняла брови.

Джини наконец вспомнила: хорошенькая полная женщина с легким пушком на персиковых щеках. Секретарша на кирпичном заводе.

– Ради всего святого, он же просто делает для нее какую-то работу. У нее оконную раму заклинило или что-то в этом роде. Они едва знакомы.

Бриджет закинула в рот конфетку «Поло» и покатала ее на языке.

– Ладно, – сказала она. – Как насчет того, чтобы я отвезла тебя в бюро регистрации в среду днем? Узнаю, выпишет ли доктор Холлоуэй к тому времени медицинское свидетельство, а потом мы позвоним и запишем тебя на прием.

– Тебе не обязательно всем этим заниматься, – сердито ответила Джини.

Ей никогда не нравилось, как Бриджет командует людьми и сплетничает. Бриджет подружилась с Дот, когда Джини и Джулиус пошли в школу, а Бриджет устроилась в детский сад – это было ее первое место работы. Теперь она уже много лет работала в регистратуре амбулатории – отчасти для того, предполагала Джини, чтобы знать о болезнях каждого жителя деревни.

Бриджет раздраженно вздохнула:

– Ты такая же упрямая, как твоя мать. Я пытаюсь помочь. Ты только заполнишь пару бумаг – и дело сделано. Все просто.

Но Джини подумала, что просто не будет.

5

Позже, вернувшись домой, Джини снова замерла у окна кухонной кладовки, но ничего не видела; приемник был включен, но она его не слышала. Мысли перескакивали с одного на другое, ни на чем не задерживаясь. Ей вспомнилось, как они с отцом сидели на поросшей травой вершине Хэм-Хилл и наблюдали за огромной стаей скворцов, которая кружила в осенних сумерках, словно черная туча. Отец сказал, что это называется мурмурацией[8]: