Холодный космос (СИ) - "Strelok" - Страница 18

Одна и наших моделей вообще рассматривает Обелиск не просто как физический объект, а как гибридную систему, где гравитация и электромагнетизм задают структурные изменения, психическая энергия выступает управляющим фактором, сознание жертв становится ресурсом для роста. Таким образом, сам страх заражённых ускоряет процесс - чем больше людей верят в угрозу, тем быстрее наступает Конвергенция... Хватит или продолжить?

Сохраняя невозмутимую мину, Максим добавил:

-Я в принципе понял. А что скажете насчет Маркера? Это больше механизм или нечто живое?

-Сложно устроенный механизм, который можно назвать живым. Состоит из композитного экзоматериала, сочетающего сверхплотную углеродно-кремниевую решётку, аналогичную метастабильному фуллериту с добавлением высмута, но с аномальной прочностью, долговечностью. В структуре имеются вкрапления сверхпроводящих квантовых точек, вероятно, на основе топологических изоляторов, обеспечивающих беспроводную передачу энергии. Биологически активные нанопроводники возможно, органические металл-белковые гибриды, позволяющие взаимодействовать с живой тканью. Маркер способен к медленному самовосстановлению, материал регенерирует за счёт перегруппировки атомных связей. Адаптируется к агрессивным внешним условиям, меняет резонансные частоты, в зависимости от окружающей среды. В общем ведёт себя как кристаллический организм, а не инертное устройство. До ваших слов про ретранслятор мы гадали откуда артефакт черпает энергию, от микроскопических черных дыр до других измерений...

-Насколько Маркер умен?

-"Процессор" Маркера - нейроморфный компьютер. Вместо классических чипов он использует гибридную вычислительную систему квантовые сети, подобные живым синапсам, на спиновых кубитах. Информация хранится в спиновых состояниях электронов внутри кристаллической решётки. Вычисления происходят через запутанные состояния, позволяя одновременно обрабатывать все возможные варианты мутаций. Причем данные записываются не в битах, а в интерференционных картинах внутри структуры Маркера. Это объясняет, почему разрушение фрагментов Обелиска не всегда останавливает его работу - информация равномерно распределена по всей структуре. При контакте с живыми существами Маркер интегрирует их нейроны в свою систему, используя их как временные вычислительные узлы. Это создаёт эффект "разумной плесени" - чем больше жертв, тем мощнее "мозг" Обелиска.

-Сложно.

-Материал, энергетика и "процессор" артефакта выходят за рамки человеческих технологий, это указывает на инопланетное или постсингулярное происхождение.

-А как функционируют некроморфы?

-Если кратко - они реорганизованная биомасса, трансформированная под воздействием Обелиска. Их функционирование на первый взгляд нарушает законы стандартной биологии, сочетая гиперэффективную регенерацию, коллективный интеллект и термодинамически аномальный метаболизм, -Белов начал загибать пальцы. Рассказывать про свой проект ему, очевидно, доставляло удовольствие, да еще когда слушатель разинул рот. -Отсутствие стандартного метаболизма - вместо АТФ используется прямая энергетическая подпитка от Маркера, резонансное поглощение скалярных электромагнитных волн. Клетки-зомби реактивируются химерными прионными белками, новые ткани формируются по алгоритмическим паттернам, напоминающим кристаллизацию. Некроморфы не имеют строго фиксированной формы - их тела динамически реконфигурируются в зависимости от задачи, например, инфекторы быстро отращивают жало, хоботок, железы с патогеном, расчленители обзаводятся лезвиями, шипами.

Повторюсь, в классическом питании существа не нуждаются, их энергетика основана на прямом поглощении сигналов Маркера, тело рядового существа работает как антенна, улавливая когерентные гравитационно-электромагнитные импульсы. Разложение органики вокруг некроморфа сопровождается холодным плазменным окислением, высвобождающим дополнительную энергию. Страх и боль жертв усиливают активность некроморфов. Вместо мышц используются гидростатические мешки с коагулированной кровью, сокращающиеся под действием электрических импульсов.

Костные лезвия, панцири, клыки формируются из перегруппированного гидроксиапатита. Все некроморфы связаны через биочастотный резонанс, действуя как единый организм, если один некроморф находит жертву, вся популяция мгновенно получает данные.

-Да, замечал.

-Некоторые особи при потере конечности ближайшие особи жертвуют биомассу для восстановления сородича, хотя на клеточном уровне некроморфы функционируют даже при потере девяноста процентов биомассы. Самый эффективный способ уничтожения - кинетический распил нарушает фрактальную целостность тканей. Или энергетическое воздействие вроде стазиса, электричества, они десинхронизируют резонанс с Маркером. Полное разрушение биомассы - единственный гарантированный метод.

-Нет, единственный гарантированный метод, -поправил Максим. -Не связываться с артефактами.

-На кону будущее цивилизации. Мы воспрянем словно феникс или падем под давлением накопившихся противоречий, нерешенных проблем.

-Угу.

Спорить с местными бесполезно, понял парень. Даже признавая очевидные факты, они как ослы продолжают бежать за болтающейся перед носом морковкой.

Белов, Шиф и Максим оказались на посту наблюдения, где за голотерминалами посменно работали люди в белых костюмах. Судя по обновляющимся графикам с амплитудами колебаний на мониторах, они следили за какими-то важными замерами.

-Обратите внимание сюда, -указал Белов на экран с выведенной видеотрансляцией. То была камера, снимавшая крупным планом черный булыжник с ало-красными прожилками. -Перед вами осколок знаменитого Черного Обелиска.

-А где сам оригинальный Обелиск?

-Вам пока не положено знать.

-Ладно. Вы привели меня сюда явно не чаем угостить, профессор.

-От вас ничего сверхсложного не требуется, Максим. Зайдете в хранилище, будете, выполняя наши указания, постепенно приближаться к осколку. Необходимо замерить показания аппаратуры, как он влияет непосредственно на вас. Нанозонды в вашем организме дадут нам всю необходимую информацию.

-Стоп! Какие еще нанозонды?

В разговор вмешался Шиф.

-Их внедрили в вас с Евгенией неделю назад с прививкой от бразильской красной оспы. Я решил не говорить до лучшего момента.

-Отлично.

Белов проигнорировал его возмущение и продолжил:

-Начинаем.

Сотрудники лаборатории провели Максима через несколько герметичных дверей, пока не остановились перед массивным шлюзом. Надпись на экране гласила: "Блок D-1. Ограниченный доступ. Угроза уровня "Альфа"".

Дверь открылась с шипящим звуком, выпуская струю холодного воздуха. Хранилище напоминало лабораторный бокс: белые стены, яркий свет, в центре - постамент со стеклянным ящиком. Внутри лежал черный осколок с красными прожилками, слегка пульсирующими, как вены.

Максим шагнул внутрь. Дверь закрылась.

Первые секунды ничего не происходило. Он стоял, ожидая хоть каких-то ощущений - головной боли, тошноты, голосов в голове. Но было тихо.

-Ничего, -донеслось из потолочных динамиков. -Приблизьтесь вплотную.

-Ну и где ваш эффект? - пробормотал подопытный

Затем осколок зашевелился. Физически он оставался на месте, но его тень на стене изогнулась, словно живая. Красные прожилки вспыхнули ярче, и по камере прокатилась волна низкочастотного гула, от которого задрожали стекла. Освещение неприятно мигнуло.

-Показатели зашкаливают! - донесся голос Белова. -Максим, вы чувствуете что-нибудь?

-Ничего.

-Невероятно...

Внезапно из динамиков раздался крик.

-Что происходит?! - Максим отшатнулся назад.

-Осколок активизировался!

Фрагмент Черного Маркера теперь светился, как раскаленный уголь. Тень на стене росла, принимая форму чего-то огромного, с щупальцами и множеством глаз.

-Да ты же просто кусок камня! - рявкнул Максим, нацеливпч на осколок винтовку. Тень замерла. На мгновение воцарилась тишина. Потом все датчики взорвались. Оглушительный вой сирен, мигающие красные лампы, камеру заполнил дым. Максим кашлянул, он не чувствовал боли, лишь липкий налет страха.