«Незнакомка» с Руанской дороги (СИ) - Добрынина Елена - Страница 29

Этель рассмеялась:

— Не сгущай краски, Катерина. Ты тоже не лыком шита, сможешь постоять за себя. Но почему же мне кажется, что ты ревнуешь.

— Пфф, ещё чего! — фыркнула я, наконец справившись с жилетом на завязках. Скинула нарядную блузу и, аккуратно сложив её, выбрала на смену рубаху попроще.

Захотелось срочно сменить тему разговора. И поэтому я спросила:

— Когда ты собираешься уехать?

— Ну, судя по тому, что д’Эстре не проявил ко мне интереса, понимая, что Фистон схватил меня лишь по донесению Луи, я могу уехать хоть завтра. Чем и займусь с удовольствием.

— Везет, — с тоской ответила я, — тебе хотя бы не придется тут торчать по желанию местного царька. Что ж, пойдем, я познакомлюсь тебя с Зое. Она очень добрая старушка, а уж какие пироги печет, ммм.

— Пойдем. — усмехнулась подруга и мне ничего не оставалось, как только увести Этель из комнаты.

Говорить о Франсуа не хотелось. Травница, будто в душу глядела, указывая, не в бровь, а в глаз, на то, где таилась опасность. Чертов виконт мне нравился. Сердце отчаянно колотилось, когда я видела его тонкий профиль и чуть вьющиеся волосы цвета воронова крыла. Точнее, раньше нравился. После разговора с ним я решила самой себе запретить даже думать о д'Эстре. Пусть поскорее уедет куда-нибудь подальше по заданию короля, и тогда я со спокойной совестью сбегу отсюда в Гавр и буду жить там своей жизнью. Например, как подруга. Эх, вот только я совсем забыла, что вовсе не была Этель.

На кухне нас встретили приветливо. Добрая Зое налила нам свежего жаркого и отрезала по куску кисловатого хлеба. Надо бы отрегулировать количество дрожжей — пришла мне на ум мысль, пока мы ели.

— Ох, милая моя Катрин, как же я переживала, когда тебя забрали стражники. Полночи не спала, все думала, что же с тобой будет? Хорошо, что господин виконт вернулся в замок на рассвете. Когда он узнал, что Паскаль позволил тебя забрать, чуть не прибил малого. — понизила голос старушка. — Тут же приказал седлать лошадей и ехать в город..

— Он успел в последний момент. — вяло ковыряя в тарелке, буркнула я.

Пока еще в душе плескалась злость на виконта, но мысль о том, что он бросился за мной, грела. Вероятно, у д'Эстре был шкурный интерес — добиться от меня информации о каких-нибудь заговорщиках и потом преподнести королю это дело, как личную победу. Но все же понимание, что он не оставил меня на произвол судьбы и выручил из беды, зная, что за человек Фистон, вселяло надежду если не на особое ко мне отношение, то хотя бы на порядочность виконта.

— Почему же ты не ешь, детка? Или жаркое не удалось? — взволнованно спросила Зое, и мне стало неловко. Ей итак трудно готовить на эту замковую ораву, а еще я тут с кислым лицом склонилась над миской.

— Нет, что вы, что вы! Просто после всех событий кусок в горло не лезет. Кстати, — решила я отвлечь внимание поварихи. — Вы будете печь хлеб? Я бы хотела помочь вам с тестом.

Зое обрадованно всплеснула руками.

— Конечно, будем. У меня уже и опара готова. Доедай и будем приниматься за дело.

***

Весь тот день мы провели на кухне. Я и Зое занимались хлебом. И, честно сказать, эта возня меня очень успокаивала. Смотреть, как тесто подходит, сначала несколько раз вымешивать опару, а потом и обминать уже тугое тесто, чтобы оно подошло еще раз — все эти монотонные действия усмиряли мою деятельную натуру и упорядочивали мысли.

Этель раздавала советы страждущим. К ней даже очередь выстроилась из обитателей замка. Каждый хотел рассказать о своей проблеме и получить совет, как лечить хворь. Подруга была без своих трав и порошков, но выслушала каждого и каждому дала указание.

Вернувшись после ужина в свою каморку, я вдруг вспомнила, что не избавилась от главной улики, ради которой нам с травницей пришлось контактировать с самим Фистоном.

— Пойду во двор, выброшу эту чертову карту в выгребную яму, — поделилась я с Этель планами.

Порылась в узелке со своим скудным барахлишком и вынула заветный кусок пластика.

— Давай, Катрин, только осторожнее. А я, пожалуй, лягу — так устала, что сил нет и глаза слипаются.

Я согласно кивнула, накинула на плечи плащ и выскользнула за дверь. Спустилась осторожно по лестнице и почти бегом двинулась по пустым и тёмным коридорам замка. Все-таки нет в этих холодных, необжитых стенах уюта. То ли потому, что у Франсуа не было семьи, то ли просто время такое, когда об интерьере думали в последнюю очередь. Наверное, во дворцах вельмож и было как-то иначе, но замок д'Эстре не входил в их число.

Иногда я жалела, что в прошлой жизни не интересовалась историей, архитектурой, особенностями быта, это бы облегчило мне жизнь теперь. Да и язык знала откровенно плохо. Но, надо признать, с момента попадания он был значительно подтянут. Словарный запас чуть увеличился, и я обзавелась сленговыми словечками, которые никогда не учила и не могла бы учить на уроках.

Размышляя над этим, я выскользнула во внутренний двор замка, где располагались хозяйственные постройки и, завернувшись в плащ, чтобы промозглый осенний ветер не задувал, пересекла мощеный камнем двор, направляясь к выгребной яме, которая была устроена в самом дальнем углу замкового двора.

Почти дойдя до него, я услышала за одним из сараев, прямо у места, к которому торопилась, шепот и шелест одежды. Однако! Не одной мне не спится, значит. И кто-то шастает в темноте и холодное время по улице. Разговаривали двое и это точно были мужчина и женщина. Я поняла это по интонации, но разобрать, кто именно вел беседу было сложно.

— Зачем ты приехал? Он зол на тебя, не дай Бог попасть ему на глаза. — зашипел женский голос, и я неожиданно узнала в женской фигуре Жанну Деборо.

Я притормозила, остановилась и тихо-тихо попятилась за угол, осторожно выглядывая, вслушалась.

А вот это интересно, с кем же это Вобла тайно ведет беседы?

— Ты должна проверить, найти, — услышала я отчётливо, но определить хозяина тембра все равно не смогла.

Мужик зашептал что-то неразборчивое прямо на ухо Жанне и, конечно же, из своего укрытия я не могла понять, что именно.

— В порт придет корабль. Запомни, Жанна, корабль. Именно в этот день все начнется. Ты должна будешь передать вот это господину Фистону. Он обещал, что все сделает. У него хватит людей. Отпросись в город.

— Пусть только не трогают его. Его не должно быть в Руане в этот момент, понятно? — прошипела женщина.

В ответ мужик промычал с издевкой:

— В такие времена никто не может этого гарантировать. Хочешь, сама убеди его убраться. — собеседник Воблы снова понизил голос, поэтому разобрать, что именно он говорил дальше не удалось. Зато я вдруг поняла, кому он принадлежит. Это был чертов Луи, братец Жанны .

Вот тебе раз, а что такое? Почему бы этому козлу не прийти в замок в открытую, как входят все обычные люди — через ворота? Почему не зайти на кухню, не заночевать, в конце концов, вместе с остальными слугами? Судя по всему, решила я, после его визита к Фистону, Франсуа узнал, кто притащил мои шмотки судье. И, наверное, на него разгневался. Хоть бы! — взмолилась я, — Хоть бы и ему досталось, как прево, на орехи! Нечего на людей поклеп возводить! Хорошо, что д'Эстре все-таки не такой узколобый, как тот же Луи. Не стал сходу верить лживым словам братца Воблы.

Двое ещё о чем-то пошептались у выгребной ямы, а потом Жанна отвела Луи к крепостной стене и, отворив в ней неприметную калитку, вытолкнула родственничка за пределы замка.

Черт, вдруг поняла я, сейчас Жанна пойдет назад и непременно наткнется на меня. Не хочу, чтобы она поняла, что я подслушивала. Наши отношения с экономкой итак специфические — мы вынужденно терпим друг друга. Поэтому я, не успев избавиться от кредитки, сунула ту в карман, развернулась и тут же бросилась назад на кухню.

Влетев в помещение, осторожно прикрыла дверь и скинула с себя плащ, оставшись лишь в платье для сна. Сунула накидку в дальний угол, свернув в клубок, и судорожно огляделась. Как скрыть от Воблы тот факт, что я была на улице? Дыхание сбилось, было понятно, что я бежала. Оставалось всего полминуты, чтобы сообразить что делать. Единственное, что пришло на ум, притвориться, будто я спустилась выпить воды. Я бросилась к ведрам, которые предусмотрительная Зое подготовила с вечера, зачерпнула из него ковшом прохладной жидкости и стала пить.