"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 185

— Как хочешь, махнул я рукой шагнул к дороге с бумажным стаканчиком.

Памятник в центре площади теперь был посвящён какому-то политику в современной одежде. Под ним собирались группы разных людей, готовясь к кризису. В воздухе витала мирная атмосфера, поддерживаемая выглянувшим из-за осенних туч солнышком.

Мирная атмосфера обманывала меня второй раз за сегодня.

Стоило мне шагнуть на дорогу, как послышался резкий визг тормозов.

В нескольких метрах от меня непонятно откуда выскочила машина, мелькнула у меня за спиной, а затем с рёвом врезалась в спокойно стоящую маршрутку впереди.

Кофе вылетел из рук, расплескался по тротуару, а меня отбросило в сторону и протащило по асфальту. Это было больнее, чем смерть, в которой от боли город нас избавлял достаточно быстро.

Кожу я себе счесал наверное, со всего бока вместе с одеждой. По ощущениям было именно так.

Следом послышался ещё один взрыв в отдалении.

Какого…

24. Алеющий вихрь

На сходку что, кто-то напал⁈

Медленно приподнялся, дрожащей от боли рукой достал из кармана таймер и увидел, что умирать, в общем-то, и близко ещё не пора.

Это меня приободрило, и в то же время вызывало много новых вопроса.

Вокруг взвыли звуки. Треск оружия, взрывы.

Я с ужасом увидел, как машина с камикадзе выскочила с проезжей части, ударилась о бордюр, будто небольшой трамплин, подлетела в воздух и, сделав сальто, перевернулась, протащилась по асфальту и столкнулась с памятником.

Послышался взрыв. Несколько человек бежали в панике, кто-то горел. За миг мирная картина города преобразилась так, будто начался кризис в стиле бандитских разборок.

Ещё одна машина забуксовала в самодельных баррикадах и перевернулась чуть раньше, а затем — тоже взорвалась. Сама — то есть внутри самоубийцы везли что-то взрывчатое на такой случай.

Вот теперь я начинал проникаться идеей того, что эти ребята — конченые фанатики. Может, даже поклоняются какому-нибудь отбитому тёмному богу, чего только не бывает в циклах перезапуска города.

Кто мог — отстреливался. Другие бежали, не готовые к таким сюрпризам. На площади начался настоящий хаос, к которому вскоре присоединились и стражи правопорядка. Причём кто на площади хороший они понимали слабо и ловили всех подряд, а тех, кто был с оружием, и вовсе не щадили.

С наступлением критической точки стороны «хороших» и «плохих» становились очень чёткими — кризис против всех жителей города, какой бы уровень инкарнации они не носили.

Люди и чудовища всегда были по разные стороны баррикад, если частью кризиса не служил сценарий предательства от властей города.

Но до того, как отовсюду полезли монстры, полиция обязана была вмешаться в пальбу в самом, мать его, центре мирного городка.

Местные с криками разбегались в разные стороны.

Новых машин вроде бы не приближалось, но за чёрным дымом от догорающих старых этого было не разглядеть.

— Полярис! — послышался голос Михаила. — Сюда!!

Я побрёл в его сторону — самого шефа было не видно из-за дыма от пожаров. Но вскоре он раздался уже совсем рядом:

— Отлично, что ты здесь, — он протянул мне руку. Выглядел Михаил напряжённым, но не напуганным.

— Здесь ещё Эла…

— Знаю, — бросил он. — Идём.

Где-то неподалёку громко залаяла собака, и девушка действительно появилась.

— В этот раз нам повезло с новичками, — бросил Михаил. — Идём, не тупите! Это ещё не конец!

В подтверждение его словам, послышался ещё один взрыв и выстрелы. На этот раз — скорее всего граната. Апокалипсис научил различать подобные вещи.

От такого поворота событий лишние вопросы отпали сами собой.

До поры до времени, как говорится.

Наш шеф направился прочь от звуков идущего боя.

Мы последовали за ним, прочь от объятой дымом и пламенем площади. Нас никто не пытался остановить или преследовать. В возникшем хаосе вообще было сложно понять, что и где происходит.

Уйдя с площади, мы спустились вниз по изящной мраморной лестнице советских времён. Внизу, за ней, нашёлся небольшой ларёк с монастырской хлебной лавки местного храма.

Запах был соответствующий — свежей выпечки, корицы и яблок.

В животе ни к месту заурчало.

— Разве мы не должны им помогать наверху? — спросил я.

— Ими занимается противодействие. У нас другие задачи, — отрезал Михаил и вошёл в церковную лавку.

Здесь на удивление царила мирная атмосфера. Толстые стены и холм по которому мы спускались, скрадывал большую часть звуков. Так что здесь будто ничего не происходило, хоть отошли мы не так и далеко.

— Они напали на сходку! — воскликнул я.

— Три булки с корицей, — бросил Михаил монаху-торговцу и снова обернулся к нам.

Бородатый мужик в монашеской рясе молча кивнул, но всё же спросил.

— Добрый человек, не подскажете, что за шум там? — спросил он.

— Бандитские разборки, — отмахнулся Миша, взял два пакета и протянул нам — Вот.

Эла отказаться не посмела. Я — не захотел.

В руках оказалась ещё тёплая ароматная выпечка.

Невозмутимый монах взял деньги и что-то записал в ветхую тетрадку синей шариковой ручкой.

— Миш, что это всё значит?

— Погоди, — остановил меня Михаил и вежливо поблагодарил монаха. — Спасибо!

После чего буквально вытолкал нас из лавки и вышел следом.

— Ты знаешь, что Мирта убили? — спросил я уже на улице.

Шум со стороны площади не стихал, но нашего шефа это нисколько не смущало.

— Временно, — отмахнулся Михаил. — Все траты времени будут возмещены.

— Будут? — уточнила Эла.

— Конечно, всем кто погиб на задании. Финансирования у нас пока нет, но поверьте, у меня есть средства. Ваша работа очень скоро окажется очень востребованной. Одной грубой силой много не навоюешь.

— Они знали о том, что мы там появимся — скорее всего, нас пасли у барыги.

— Мы не можем знать, какие у них параметры.

— Да какие бы ни были… — начал было я, но шеф меня перебил.

— Предсказание? — улыбнулся Михаил. — В городе много секретов, как и этих безумцев.

— Зачем они всё это делают? Ведь не бывает же просто зла во плоти, верно?

— Скорее всего бандитская шайка, — отмахнулся он. — Которая так собирает время.

— Со спящего не выпадает после гибели всё его время — это я уже проверил, — возразил я.

— Выпадает соответствующий процент от общей суммы, — поправил Михаил. — Но вас это волновать сильно не должно. Абсолютно всё будет оплачено, а смерть, сами знаете, явление временное. К тому же… для этого задания вас ждёт бонус.

— Бонус?

— Я выдам вам время, чтобы отмотать события к прошлой ночи. Мирт мне передал информацию по делу перед тем, как его убили. Так что сегодня вы проснётесь где-то около часа ночи предыдущего дня. Познакомишься с ночным городом, Полярис… о!

Михаил замер, подняв вверх палец и замолчал.

— Слышите?

— Слышу что? — не понял я.

Я прислушался. Действительно, шум со стороны площади начал стихать. Даже удалось расслышать чавканье собаки, с которой Эла поделилась булкой.

— Атаку отбили, — пояснил шеф.

— Или перебили всех, грёбаные камикадзе, — бросил я.

— Всё верно, мы имеем дело с фанатиками. Но у нас тоже есть свои алгоритмы действий на такой случай.

— Так с фанатиками или с бандитами?

— Это шакалы, которые собираются в стаи и нападают на всех подряд просто из чувства вседозволенности. Мы бессмертны, так к чему правила?

Михаил развёл руками.

— Логику я понял, хотя всё равно не вижу смысла в зле ради зла. Разве совместная оборона сходки не даёт больше, чем охота на одиночек?

— Наверное, им это нравится. Ты бывал в компьютерном клубе, Полярис? — глаза Михаила странно сверкнули. — В это время в мирах с низким эхо популярна игра, «Контр-страйк». Две команды, полицейский спецотряд и группа террористов, сражаются в бесконечной битве друг с другом.

Он откусил большой кусок булки с корицей и несколько секунд искренне наслаждался вкусом.