Обменный фонд. Том 2 (СИ) - Линник Сергей - Страница 12

Вот так номер! А я уже думал, что с цифровыми сейфами придётся возиться, если надо будет. Не удивлюсь, если листик с кодом можно будет найти в ящике стола или даже под сейфом.

— Ладно, не вышло. Значит, придётся искать Джона, — сказал Фейнман, спрятал отмычку в карман, аккуратно обошёл меня и скрылся в коридоре.

По дороге из Лос-Аламоса я заехал к Долорес. Как-то так сложилось, что останавливался там почти каждый раз. И меня уже спрашивали: «Как обычно?». Три тако и стакан лимонада. Садился у окна, девушка приносила заказ и возвращалась за стойку. Я съедал один, потом мы начинали болтать. О том, о сём, пресловутый смолток. Но в конце, когда я собирался уходить, обязательно спрашивал:

— Ну что, согласишься пойти со мной на свидание?

Я не ждал положительного ответа, просто нравилось подкалывать симпатичную девчонку. Слишком большая разница в возрасте, я ей в отцы не гожусь, но в дядю или старшего брата — запросто. И Долорес отвечала:

— Всё бы вам соблазнить бедную девушку. Не сегодня, Лео, как-нибудь в другой раз.

Мы смеялись, и после этого я уезжал. Хорошего настроения хватало на всю дорогу.

Конечно, если у Долорес случалось плохое расположение духа, то всё проходило по сокращённому варианту — без бесед и финального вопроса. Но такое случилось всего два раза из полутора десятков визитов. Если увижу, что ей надоело, прекращу. Шутка хороша, когда весело всем.

Вот и сегодня: я встал из-за стола и задал свой вопрос.

— А куда ты меня поведёшь? — вдруг спросила Долорес. Тон был такой же, шутливый, но что-то в него добавилось.

— Куда угодно. Танцы — нет, — ответил я.

— Ну вот, а я рассчитывала как раз на это, — шутливо надула губы Долорес. — Может, отказать тебе, пока ты не научишься?

— Ты успеешь состариться! — поддержал я шутку.

— Ладно, согласна, — уже серьёзно ответила она. — Поведёшь меня в кино?

— Запросто. Только выбери фильм сама. Сто лет не смотрел ничего. Даже не знаю, что сейчас показывают.

— Тогда… — Долорес задумалась, но так и не смогла принять решение. — Нет, вдруг я передумаю. Выберу потом.

— Хорошо, — сразу согласился я. — Когда за тобой заехать?

Если честно, то до последнего момента я думал, что сейчас она засмеётся, и мы расстанемся до следующего раза. Подколки вышли на новый уровень. Но девушка сумела меня удивить:

— Завтра к пяти сможешь?

Я на секунду замешкался. Неожиданно получилось.

— Конечно, — улыбнулся я.

Чтобы успеть добраться до Санта-Фе к назначенному времени, я выехал в половине четвёртого. В офисе обойдутся и без меня. Если работа налажена, то отсутствие руководителя на ней не сказывается. Верю, что в «Морган локсмит энд хардвеа» это так.

Одеваться как на праздник не стал. Не тот случай. Ни к чему напяливать новую рубашку и завязывать двадцатидолларовый галстук. Тем более, что у меня таких и нет.

В итоге добрался чуть не за сорок минут до назначенного времени. Конечно, я не стал подъезжать к двери и палиться там, как нетерпеливый пионер. Спокойно припарковался возле заправки и читал книгу. Марк Чепмен говорил, что это надо делать для развития языковых навыков. Сам бы я, конечно, такие слова придумать не смог, но слышал их достаточно часто, чтобы не забыть.

Мучаю этот романчик уже почти месяц, по паре-тройке страниц за раз. Купил его в букинистической лавке за полтинник. Довольно интересный, просто лежит он у меня в машине, и открываю я этот «Мальтийский сокол» только когда выдаётся спокойная минута. Вот и сейчас, пока ждал, добрался до места, где Гутман видит, что у него в руках свинцовая обманка. Никто и не надеялся, что в этот момент всё завершится — страниц до конца многовато. Ладно, потом узнаю, чем там кончилось. Пора ехать.

К дому Долорес, который находился за кафе, я прибыл без одной минуты пять. Да, понятно, что ныкался где-то неподалёку, но получилось красиво. Девушка не заставила себя ждать. Только я остановился, она вышла. Что примечательно: тоже не особо нарядилась. Вот и хорошо. Ей это платье с крупными маками очень идёт. И шляпка довольно изящная. Туфли простые, на невысоком каблуке. А косметикой сейчас злоупотребляют в основном проститутки, так что видимые украшательства ограничились губной помадой и тушью для ресниц. Всего в меру.

Я успел обойти вокруг машины и открыть пассажирскую дверь.

— Привет, Долорес. Отлично выглядишь. Неужели для меня старалась?

— Нет, конечно. Только для себя, — улыбнулась она. — Здравствуй, Лео.

Я усадил её и сказал:

— Командуй, куда ехать. Я здесь, считай, ничего не знаю.

— Лео, извини. Только не Санта-Фе.

Закрыл её дверь, обошёл машину и сел за руль.

— Тогда поедем в Альбукерке.

Долорес минут пять ехала молча, потом скованность вроде пропала.

— Ничего себе, какая машина! И радио есть! Можно включить?

— Да, вон на ту кнопку, — ткнул я пальцем. — Ты выбрала фильм, который мы будем смотреть?

— Любой, Лео. Знаешь, я зимой ещё ходила…

И она начала рассказывать о каком-то вестерне. Я этот жанр не очень люблю. Одна и та же история, повторенная сто раз. Долорес говорила, жестикулируя, пока на повороте её не качнуло и она слегка ударилась о дверцу. Шляпка слетела ей на колени.

— Остановиться? — спросил я, глядя как она пытается что-то сделать с заколками.

— Конечно! Если хочешь знать, я полчаса прилаживала это чудо на голову. Все труды насмарку!

Она вдруг засмеялась, заколки посыпались на пол.

Я старался в этом не участвовать. Ничего не понимаю в прикреплении шляпок к голове.

Больше никаких катастроф до самого Альбукерке не случилось. Долорес нашла радиостанцию с новостями и слушала вечерний выпуск. Диктор сыпал именами кораблей, фамилиями генералов и названиями безвестных городов, будто я должен был запомнить всё это.

— Слышал? Наши высадились в Нормандии! — сказала Долорес, показывая пальцем на приёмник.

— Ага, — кивнул я.

Возле кассы кинотеатра стояла очередь. Целых пять человек. И это в будний день.

— Два билета на ближайший, — протянул я деньги кассирше. Что мне оставалось делать? Долорес так и не смогла определиться с выбором.

Фильм оказался романтической сказкой про священника. Я бы, посмотрев на название «Идти своим путём», прошёл мимо. Но тут пришлось. Обещал же.

В самом начале, когда мы сели в кресла, я, положив руку на подлокотник, случайно коснулся её пальцев. Даже не обратил на это внимания, пока она не убрала свои чуть в сторону. Чтобы не мешать, опустил руки на колени.

Сказка про священника оказалась вполне пристойной. Чуток пережали с выражением чувств, так сейчас все фильмы такие, похожие на театр.

— Тебе не понравилось? — спросила Долорес на улице.

— Смотреть можно.

— Ничего-то вы, мужчины, не понимаете, — улыбнулась она и взяла меня под руку. — А теперь пойдём на ужин, чтобы как на настоящем свидании!

Я отвёз её в небольшой итальянский ресторанчик. Никаких изысков, простая еда.

Всё шло хорошо до момента, когда официант принёс счёт. Долорес потянулась к нему.

— Зачем тебе?

— Посмотреть, сколько…

— Кто пригласил, тот платит. Понятно?

— Извини, Лео. Просто я подумала…

— Что я могу чего-то потребовать?

Она замолчала, теребя сумочку.

— Пойдём, — я наконец-то глянул на счёт и сунул под пепельницу пятёрку.

Мы сели в машину и я завёл двигатель.

— Ну что, домой?

— Лео, ты не…

— Не начинай, Долорес. Всё нормально. Тебе понравилось?

В четверг вечером меня вызвали в Лос-Аламос. Там сломался замок на какой-то очень важной двери. Пришлось нарушить установленные мной же правила и звонить миссис Торнтон, предупредить, что завтра меня не будет. Лучше выехать пораньше, пока там генерал Гровс не объявил чрезвычайное положение.

Кстати, я его видел, этого Гровса. Здоровый кабан. Под метр восемьдесят пять и с лицом человека, который о родине заботится регулярно и с аппетитом. Рядом с ним шёл Оппенгеймер. Его высокий рост лишь подчёркивал худобу. «Толстый и тонкий», — подумал я, глядя как физик доказывает что-то военному. Только вот, в отличие от рассказа, здесь тонкий прогибаться совсем не собирался. Как по мне, Оппенгеймер выглядел опаснее.