Правила волшебной кухни 5 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 56

— Не знаю, — честно ответил я.

— Ну… тогда надеюсь, что есть, — закончил мысль Демидов. — Сильный мужик. Мощный.

Я промолчал. Причём ведь был уверен, что из князей можно добыть много интересной информации, но вот вопрос: а станут ли они говорить? Знают эти старцы явно гораздо больше, чем говорят, но выкладывать всё незнакомцу… ладно!

К ощущениям. Чувствовалось во всех четырёх стариках что-то очень древнее, глубокое и нереально могущественное. Не зря Гореликов так паниковал — этих людей явно нельзя расстраивать.

Да вот хотя бы потому, что засиделись они до глубокой ночи. И когда эта самая ночь наступила, всё равно шастали курить на улицу. Садились на летнике, как ни в чём не бывало пыхтели — кто трубкой, кто сигарой, а кто и самокруткой. При этом аномальный туман сторонился их. Боялся. Признаться, такое я видел впервые.

Наконец работа на кухне закончилась. Я отдал всё то, что планировал, и поспешил в зал, на помощь замученной за долгий день Джулии. Вместе с ней начал ходить вокруг столов, что называется, «в облив и в обнос». И тут в какой-то момент заметил, что один из князей, кажется, что-то перепутал.

Перед мужчиной стояло два стакана. В одном — самогон. В другом — самогон. И судя по позе «низкого питейного старта», он вот-вот собирался запить одно другим.

— Ваше Сиятельство, — шёпотом обратился я и как можно деликатней намекнул на возможную ошибку.

— Нет никакой ошибки, — хохотнул старец. — Хочу самогон самогоном запить. Почему бы и нет?

— Понял, — кивнул я. — В таком случае приятного вам… э-э-э… распития.

От стола я отошёл с чувством, что этот мир окончательно сошёл с ума. Самогон, кстати, князья принесли с собой. Видимо, Гореликов подсуетился, вот только… где он столько нашёл в Венеции? Сам гонит, что ли? Надо бы уточнить при более удобном случае.

Время шло. И уже за полночь, когда старшие опять вышли на улицу и заболтались, ко мне подошли их то ли сыновья, а то ли внуки. Нет, всё-таки внуки, наверное. Не суть! Суть в том, что ребята были настроены крайне дружелюбно.

— Синьор Маринари, — сказал один из них. — А что интересного вообще в этой вашей Венеции? Куда сходить-то? Все рекомендуют одно и то же: музеи, дворцы, гондолы. Мы это уже видели.

— Кхм, — я сперва даже немного потерялся. — А чтобы бы вам ХОТЕЛОСЬ увидеть?

— Ну как? — парень обернулся на друзей. — Весь мир жужжит о том, что город аномальный. Ночью, дескать, опасно и очень интересно. А мы вчерашнюю ночь прогуляли до рассвета, и не увидели ни опасного, ни интересного.

Странно… или нет? Я посмотрел на княжеских внуков, а потом на самих князей, которые мирно беседовали у окна, и предположил:

— Так вы ведь наверняка с вашими старшими гуляли?

— Ну… да, — кивнул один из ребят.

— В таком случае… не рекомендую ни в коем случае, но просто предполагаю, что «интересней» вам было бы прогуляться ночью без них.

— Хм-м-м…

— А хотите прямо сейчас? — спросил я заметил, как в глазах юных княжичей разгораются авантюрные костры.

— Да! — сказали они почти хором.

— Ну так вперёд, — улыбнулся я. — Тут совсем недалеко…

Пять минут и мы с молодыми людьми зашли в соседнее заброшенное кафе. То самое, с причалом и бурлящей водой. Причём вода в ночи, как оказалось, разбурлилась на полную. Да чего уж там? Вода кипела! Пар клубился прямо над поверхностью, отчего в зале было недвусмысленное ощущение баньки. Вот оно почему тут всё отсырело, оказывается…

— Что это? — прошептал один из княжичей, уставившись на воду.

— Аномалия, — ответил я. — И вот такое в Венеции на каждом шагу, если только твой дедушка не архимаг.

— Как будто… Как будто сама Тьма заставляет смотреть, — прошептал другой княжич, не в силах отвести глаз от бурления. — Чёрт. Обычно у меня поджилки трясутся, когда дед орёт, а оказывается, что бывают вещи и пострашнее.

Ребята стояли, как заворожённые. А может быть и не «как». Вода бурлила, из глубины поднимались пузыри, и в каждом пузыре было тёмное, первородное зло. Сколько так прошло времени не знаю, но недолго.

— А чо это у нас тут⁈ — послышался пьяненький голос Демидова старшего и в зал ввалились князья.

И тут у меня в голове щёлкнуло. План! Немного подлый, зато стопроцентно выгодный и безопасный для всех.

— Да вот, — сказал я. — Показываю Их Сиятельствам горячие источники Венеции. По эксклюзивной туристической программе, которую составлял ваш покорный слуга.

— О! — вскрикнул Демидов. — Горячие источники⁈ Да это же прелесть! Почти как баня! — а затем перевёл взгляд на внука. — А чего не купаетесь-то?

— Так ведь… Э-э-э, — заблеял молодой.

— А ну бегом в воду! — рявкнул князь и начал расстёгивать рубашку. — Или вас смущает, что она такая тёмная, а⁈

— Нет-нет! — залепетали младшие в один голос. — Ничего нас не смущает, и ничего мы не боимся, просто купаться что-то не хочется.

— Вперёд!

И пока княжичи раздевались, мимо меня уже пробежала четвёрка голых дедов и прямо с разбегу бомбочками попрыгали прямо в «источник». Плескались, смеялись, брызгались как дети. Молодые же залезали в воду по ступеням и с явной опаской.

— Хорошая водица! — заявил Демидов, отплёвываясь. — Здравая водица! Ух, как торкает!!!

А я смотрел на то, как четыре архимага плещутся в аномалии и думал про себя о том, что проблема соседнего помещения, кажется, решена. Вода продолжала бурлить, становясь всё «злее». Неимоверная куча тёмной энергии попёрла со дна наверх, но… не тут-то было. Я чувствовал, как князья начали противодействовать тому, что было внизу, и как оно в ужасе отступает. Визжит, корчится и… умирает?

Да-а-а…

А я ведь помнил истории деда про Демидова. С его слов, однажды он остановил тёмный прорыв, просто уснув на поляне, где он начинался. Сильные мужики. Очень сильные и очень специфические. Не слабее, чем дед Богдан, и у каждого своя «фишка». Не знаю какая именно, но то, что живет в пруду, блин, кажись только что сдохло…

Мож дедов еще и в подвал Бачокки сводить на экскурсию? Да не, перебор… Или нет?

Интерлюдия. Испанский ниндзя

Хулио Родригес захлопнул за собой дверь оперативной квартиры и прислонился к ней лбом. На обратном пути защитные артефакты почему-то начали отказывать один за другим, и прогулка по ночной Венеции оказалась очень… любопытной.

— Фу-ууу-ух…

Дыхание сбито, сердце пытается покинуть организм через горло, но задание выполнено, и выполнено блестяще. Мешок с добычей полетел на пол, а следом Родригес принялся снимать с себя весь обвес. Оружие, щитки, защитные амулеты, одежда. И вот он уже вовсе не ниндзя, а просто голенький испанский турист, что собирается в душ и спать.

Время позднее, и с маркизом на связь никак не выйти, но на всякий случай Хулио отправил своему работодателю сообщение. Ответа не дождался и приступил к водным процедурам. Распаренный и довольный вышел из ванной и крутанул сальтуху прямо в кровать. Ну… потому что мог.

Напоследок Родригес подумал о том, как же он хорош, и как мощны его нунчаки, потянулся, зевнул и мгновенно провалился в сон. Вот только… в тяжёлый какой-то сон, неправильный, от которого прямо с порога фонило опасностью.

Сначала была просто пустота, тишина и темнота. Хулио стоял в этой темноте, не чувствуя ногами пола и пытался понять, где он, чёрт возьми, находится. Спустя время темнота начала меняться: проступили стены, пол, потолок, окно… ну да! Это была та самая квартира, в которой он уснул, вот только комната волей ночного бреда выглядела раз в десять, и то и двадцать больше.

А потом появились ОНИ.

Два трона стояли рядом с друг другом, и на них восседали люди. На правом троне была девушка, и Хулио не мог подобрать слов, чтобы описать её. Красивая? Слишком слабо. Невероятная? Тоже не подходит. Принцесса сидела на троне, который был соткан из живых красных роз — бутоны раскрывались и закрывались, лепестки опадали и на их месте тут же вырастали новые. Девушка улыбалась Хулио, и в улыбке той была лишь доброта и какая-то материнская забота.