Слова, что обрушат небеса (СИ) - Панкратова Анна Михайловна - Страница 93

Так и сделали. Не спеша шли вдоль кромки воды, утопая в сумерках. Скоро совсем стемнело и Феликс заставил огненный шар освещать им путь. Пришлось преодолеть небольшую пещеру в скалах, потолок в которой был настолько низкий, что они наклоняли головы. С другой стороны их ждал снова пляж, но не бухта. Они продолжили путь вдоль океана, пока не дошли до отеля.

Большое здание громоздилось на склоне. В темноте оно выглядело словно готический замок, полный приведений, а то и вампиров. Харпер оглядывала покатую крышу и балконы на каждом этаже, террасы и колонны. Отель начинал разрушаться, но магия пока неплохо сохраняла его, а большая часть ущерба и вовсе была нанесена во время нарушения баланса много столетий назад.

— Свет. — Харпер ткнула пальцем в один из балконов. И правда: там сиял огонек. — Каковы шансы, что нас ждет мама?

— Это могут быть живые, которые незаконно сюда проникли, — задумчиво ответил Феликс. — Идем проверим. Какой у нас выбор? Если это Мирослава, она все равно знает, что мы тут.

Они пошли ближе. Харпер ругалась на ветки и кусты, сквозь которые приходилось пробираться. Огненный шар мало помогал в зарослях, поэтому каждый взял по фонарю. Бубнила Харпер и на темноту, пауков и змей, которые пытались встретиться им по дороге. Вскоре к ней присоединилась и Офелия, которая почему-то тоже боялась всего ползучего и летучего (дорогая, серьезно? Чумы ты не боишься, а пауков — да?).

С облегчением выдохнули все, когда они добрались до территории отеля. Перелезли через дыру в заборе, выходя на плитку, заросшую фиолетовой травой. Деймонд среагировал одновременно с Феликсом. Каждый схватил по девушке, оттащил свою даму в укрытые за пышные кусты с сильно-пахнущими красными цветами с шипами даже на бутонах. Харпер почти сразу перестала брыкаться, заставляя Деймонда вдруг улыбнуться: доверяет ему безусловно. Сначала позволяет ему куда-то ее увести, что-то с ней сделать, а потом только уточняет, какая беда им грозит.

— Я увидела, — прошептала Харпер, замечая наконец костер вдалеке. У главного входа на большой веранде с деревянными столиками и скамейками расположилось несколько мужчин и женщин. Все в поношенной одежде, уставшие и изможденные, они сгруппировались вокруг костра, что зажгли напротив главного входа и жарили что-то. Скорее всего мясо на ужин. — Живые, да?

— Незаконно проникнувшие на остров, — кивнула Офелия. — Мы с Феликсом можем выступить в роли властей и шугнуть их. А вы пойдете дальше.

— Да? — не поверил Деймонд. — Вот так возьмешь и отпустишь нас?

— Отпущу. Выжду час и пойду спасать ваши задницы, ведь вы явно не вернетесь сами.

Деймонд хотел ответить, но вдруг ощутил покалывание в пальцах. А затем и тепло в душе, словно бы чью-то мольбу, крик отчаяния, к которому тянуло с бешеной силой.

— Я чувствую зов, — сказала Харпер. — Я знаю, где свиток.

Деймонд нахмурился. Он тоже чувствует этот зов, мать вашу! Не может же он быть… нет, ерунда какая! Он вскрыл первый свиток, наверняка это оставило отпечаток! И в Париже он не… Он осекся. В катакомбах он тоже чувствовал слабое тепло, к которому тянуло, но отмахнулся, решив, что ему казалось. Сейчас же зов был гораздо сильнее. Верно, это из-за того, что он использовал кровь Харпер для перехода, из-за чего вместе с ней видел воспоминание Элизабет.

Да. Это. Все. Объясняет.

Деймонд встретился взглядом с Феликсом. Они думали об одном. А Феликс и вовсе заметил раньше него, сплел все ниточки, чтобы осознать…

Ерунда какая!

— Так и сделаем, — сказал Деймонд, беря бразды правления в свои руки. — Мы с Харпер зайдем в отель. Найдем свиток. Вы пока уводите живых и сдаете их властям. Завтра встречаемся в библиотеке в Питере.

— Ну нет! — тут же крикнула Офелия, за что получила тычок в бок от Феликса. — Я жду вас час… хорошо, два часа! А потом иду вас искать!

— Мы справимся, — прервала ее Харпер. Нежно улыбнулась, легко провела по щеке Офелии, убирая синюю прядь с ее вспотевшего лица. — Мы знаем, где свиток. Знаем, где переход домой.

— А если мертвые…

— Офелия права, — заговорил Феликс. — Мы вернемся за вами: на вас могут напасть мертвые. Поэтому ждите нас в отеле: там безопаснее, чем в джунглях.

Так и решили. Деймонд смотрел вслед другу, не зная, как бороться с жжением в легких, зудом, которое тянуло скорее идти внутрь… подняться по ступенькам…

— Фонарями…

— … лучше не пользоваться, — перебила Харпер. — Как думаешь, что за свет?

— Пойдем и выясним. Веди, Сусанин.

— Эй! Я знаю, куда идти. И откуда ты знаешь Сусанина?

— Мой лучший друг Феликс. Я много чего узнал от него.

Дождавшись, чтобы Феликс и Офелия подошли к перепуганной группе людей, Харпер и Деймонд поспешили к отелю. Скорее залезли через окно внутрь. Прислушались: живые умоляли дать им шанс найти родных, но Феликс настойчиво выяснял, есть ли кто-то еще внутри здания. Ответ был положительный, поэтому Деймонд немного успокоился: повезет, и Мирославы здесь нет. Только отчаявшиеся, что пришли за последним разговором к тем, кого любят.

Харпер шла впереди, но Деймонд и сам чувствовал каждую лестницу, каждый поворот, какую дверь стоит открыть. Зуд становился невыносимым.

Ему. Нужно. Вскрыть. Свиток.

Внутри отеля было темно, поэтому они двигались почти наугад. Двери некоторых номеров были открыты, из-за чего проникал лунный свет, освещая путь хоть немного. Патруль следил за порядком и внутри здания, поэтому разрухи не было, хоть везде и клубилась грязь и пыль.

Очередная лестница, и они поднялись на верхний, пятый этаж. Харпер замерла и повернулась к Деймонду. Они стояли у открытой двери в номер, и здесь луна особенно хорошо их освещала.

— У них же не будет проблем?

— М-м? Нет, конечно, нет, — заверил Деймонд, осознав, о чем она. — Они грехи, они сами себе закон. И действительно могут выполнять обязанности патруля, властей, если того пожелают.

— Я волнуюсь, — заявила Харпер. Закусила губу. — Вдруг, из-за нас у них…

— За себя не боишься? — игриво спросил Деймонд. Харпер нахально улыбнулась.

— Я же с тобой. С тобой мне ничего не страшно. «Это моя жена!».

— И что я не так сказал? — Деймонд вжал ее в стену своим телом, нежно поцеловал, растворяясь в ее жаре. Кажется, он смирился, что едва они найдут свиток, все изменится. И теперь надеялся на одно: что они сумеют быть вместе не смотря ни на что.

— Я еще спросить хотела. Как вышло, что в нашей группе главный ты? И что именно ты командуешь, а не Феликс? И Феликс тебя всегда слушается! Нет, это безумно сексуально, но… он грех. Он Гордыня!

Деймонд пожал плечами.

— Он говорит, что я человек. Значит, могу увидеть и понять то, что не видит он. И да, решения за мной, но я всегда слушаю его советы.

— С Офелией бы такой номер не прокатил. Эта девчонка слушает только саму себя.

— О, да! Именно так. Идем дальше. Давай быстрее закончим с этим.

Харпер двинулась по коридору, толкнула одну из дверей и остановилась на пороге, шумно выдохнув. Деймонд понял почему: именно эту комнату они видели в воспоминании Элизабет. Сомнений нет: она спрятала свиток тут.

Именно в этой комнате горел свет, который они видели с улицы: десяток свечей усеивали тумбы и пол. Но никто их не ждал.

— Странно, что свиток никто не нашел, — пробормотала Харпер, села на пол у комода, что они видели в воспоминании. Открыла нужный ящик и понимающе кивнула. — Моя кровь?

— Вероятно.

Харпер вызвала кинжал, порезала ладонь и подняла над пустым пространством в ящике. Капнула кровь. Яркая вспышка, дым, и они закашлялись.

— Я включу фонарь. — Харпер направила свет, являя на свет очередной свиток. Не думая, положила ладонь на печать, чтобы вскрыть его. Деймонд схватил свиток и скорее развернул. — Да там все равно ничего не понятно.

— Тут имя второго избранного.

— Да? Ого. — Харпер направила фонарь на свиток, но Деймонд уже увидел то, что ему было нужно. Холод скользнул по позвоночнику. Скрутил внутренности.