Сила монстров - Чейз Ева - Страница 50

Я дернула его за брюки с такой силой, что пуговица отлетела в сторону.

– Я тоже хочу попробовать тебя на вкус.

Он вздохнул, словно приготовившись запротестовать, но я уже высвободила его возбужденный член из трусов. Когда я обхватила губами головку, все слова, которые он мог бы произнести, превратились в стон.

– О черт, – умудрился пробормотать он, пока я водила ртом по его напряженному члену. – Как же хорошо, Рива. Никогда… не чувствовал ничего подобного… Боже.

Эти слова только придали мне сил. В таких вещах у меня было не больше опыта, чем у него, но я видела, насколько ему хорошо.

Я провела пальцами по татуировке в виде луны с каплей крови на его бедре – такой же, как у меня.

Мы были связаны кровью и историей, и мое тело точно знало, как доставить ему удовольствие.

Мой язык обвивал его горячую, напряженную плоть. Я впитывала его мускусный аромат.

Доминик явно старался себя сдерживать, но все равно покачивал бедрами мне навстречу. Он положил руку мне на голову, и его пальцы дрожали от наслаждения, которое я в нем пробуждала.

Несмотря на силу испытанного оргазма, моя киска снова наполнилась пульсирующим ощущением пустоты. Она жаждала такого же страстного ритма, с которым сейчас двигался мой рот. И я могла это получить, разве нет?

Я отпустила член Дома ровно настолько, чтобы бросить взгляд на Андреаса, который сидел рядом и наблюдал за нами с горячей завистью.

– Дрей. Хочу почувствовать тебя внутри.

Его глаза расширились, и он бросился ко мне, на ходу расстегивая пояс своих брюк.

– Черт возьми, да.

Сначала он провел пальцами по моему входу, но тот был уже влажным. Я опустилась ртом на член Доминика как раз в тот момент, когда Андреас вошел в меня сзади.

Удовольствие пронзало каждый нерв. Я стонала, не выпуская член Доминика изо рта, и он вздрогнул от нового ощущения.

Внутри меня вспыхивали тени. Если раньше они танцевали, то сейчас в венах бушевал настоящий ураган.

Отметины на моих ключицах горели. Мы соединились. Мы вместе.

Мы одной крови, мы нашли дорогу друг к другу, несмотря ни на что.

Пальцы Андреаса обхватили мои бедра. Он двигался все быстрее, и я старалась, чтобы мои губы не отставали.

Доминик покачивался в такт со мной. Его глаза затуманились от удовольствия.

Щупальца все еще обвивались вокруг моих плеч и рук. Одно из них протиснулось между нами, чтобы схватить меня за грудь, и я не смогла сдержать очередной стон.

Дом ахнул:

– Больше не могу, Рива, я сейчас…

Я хотела его целиком, так что вобрала в себя настолько глубоко, насколько могла, и насладилась толчком его оргазма в глубине горла.

Пока я высасывала его досуха, щупальца стали еще настойчивее, и мои соски покалывало от силы, с которой их сжимали.

Андреас наклонился к моей спине, чтобы поцеловать в лопатку. Обхватив меня рукой за талию, он начал водить по моему клитору в такт своим неистовым движениям.

Это было то, что нужно. Во мне снова взорвался яркий, горячий фейерверк.

Моя киска сжалась вокруг члена Дрея, и он со стоном последовал за мной.

Продолжая держать меня за талию, он резко остановился и начал осыпать мою спину новыми поцелуями.

Прерывисто вздохнув, он прижался влажным лбом к моей раскрасневшейся коже.

– Я тебя люблю. Навсегда.

Меня переполняли эмоции. Повернувшись, я притянула его к себе, чтобы устроиться на кровати между обоими парнями.

– Никогда больше меня не оставляйте, – пробормотала я, и, думаю, они оба поняли, что я имела в виду не только физическую близость.

– Ни за что, – пообещал Доминик.

Он запечатлел на моих губах быстрый, но страстный поцелуй, не обращая внимания на вкус, который оставил у меня во рту.

Андреас крепко обнял меня.

– Понадобился бы чертов конец света, чтобы оторвать меня от тебя.

Но по мере того, как я погружалась в мягкое послевкусие, меня начал пробирать озноб.

Возможно, конец света был уже не за горами.

Глава 24

Рива

Роллик облокотился на перила, ограждающие верхнюю палубу яхты, и прохладный ветерок ерошил его рыжевато-коричневые волосы.

– А что именно тебя не устраивает?

Я опустила взгляд на маленького краба, которого он положил в миску на столик между нами. Тот щелкал клешнями и скребся о слишком крутые склоны, по которым ему было не взобраться.

Он напоминал скорее инопланетянина, чем мыслящее и чувствующее существо. Я бы не сумела разглядеть агонию в его зрачках или уловить болезненный вздох.

Но это не значит, что их у него не было. Он все же был живым.

Разве у краба было не такое же право спокойно прожить эту жизнь, как и у меня?

Я снова встретилась взглядом с демоном.

– Не хочу быть вот такой. Не хочу использовать свою силу. Лучше бы у меня ее вообще не было.

Роллик вздохнул:

– Знаешь, у тебя нет особого выбора. Нет такой операции, которая избавляла бы от способности или желания ее использовать. Но вот какой выбор у тебя есть: овладеть ею или быть покоренной в момент, когда ты будешь к этому совсем не готова.

Я поморщилась:

– Но чем первое лучше второго, если для этого приходится добровольно мучить животных? По крайней мере… по крайней мере, когда я раньше использовала свою способность, на то была веская причина. Вопрос жизни и смерти.

– Значит, ты готова избавить это ракообразное от толики боли сейчас, но потом причинить куда больше вреда другому невинному существу.

Он был прав. Я знала, что прав. Но…

Я вздернула подбородок.

– В последнее время у меня не было такого желания даже тогда, когда я была расстроена. Последний раз, когда я высвобождала силу, мне удавалось воздействовать ею только на напавших на нас людей. Может быть… может быть, я уже достаточно себя контролирую.

Роллик склонил голову набок:

– Пускай ты и готова рискнуть, но в меня это «может быть» уверенности не вселяет. И мои коллеги того же мнения. Если тебе все еще нужна помощь, то считай, что это обязательное условие.

Я снова посмотрела на краба. К горлу подкатила тошнота.

В груди зарождалась дрожь убийственного крика, но я собиралась направить его не на маленькое существо, а на Роллика. Показать ему то, о чем он просил.

Но я этого не сделала. И мне было совсем не трудно сдержать свою ярость.

Я ненавидела поселившееся во мне садистское начало. Джейкоб и Зиан могли оттачивать свои зверские навыки на неодушевленных предметах, которые ничего не чувствовали. Доминик вполне мог ограничиться растениями.

А Андреас не делал ничего, что могло бы причинить физическую боль.

И только моя сила всегда требовала чьих-то мучений. Почему же именно я?

Однако если бы Роллик решил, что мы не идем ему навстречу, то пострадала бы не только я, но и все мои ребята. Стиснув зубы, я постаралась подавить вспыхнувшую внутри злобу.

Какая вообще у краба нервная система? И что именно мне нужно давить и ломать?

Монстр внутри меня должен был сам это понять. Как только мой крик распространится по его тельцу…

Я открыла рот, но у меня перехватило дыхание. Единственный звук, который у меня получился, это сдавленный хрип.

Нахмурившись, я глубоко вдохнула и попробовала снова.

Жестокий вопль остался у меня в груди, а вырвавшийся наружу тоненький писк не возымел никакого эффекта.

– Я пытаюсь, – пробормотала я, готовясь к гневу Роллика.

Однако он просто продолжал рассматривать меня в своей обычной бесстрастной манере, из-за чего мне все время казалось, что он видит больше, чем я того желала.

– Но ты не хочешь пытаться, и у тебя нет подходящей мотивации. Ты действуешь вопреки своей цели.

Еще раз вздохнув, он выпрямился:

– Как бы мне ни хотелось с этим покончить, не думаю, что выводить тебя из себя – хороший способ начать курс самоконтроля. Сегодня днем мне нужно уладить кое-какие дела на суше. Полагаю, ты тем временем можешь поразмышлять над этим вопросом и попытаться принять ситуацию такой, какая она есть, чтобы двигаться вперед.