Выйди за моего мужа замуж (СИ) - Мистеру Майарана - Страница 21

Я тоже невольно улыбнулась.

— Кровь не водица.

— И в кого ты только такая скромная выросла — ума не приложу! — Он весело покачал головой и отрезал приличный кусок жаркого. — Конечно, работай, кто же тебе запретит. Ключ лежит на привычном месте, ты знаешь. Только предупреди Грегори, когда пойдешь. Скажи, что я лично разрешил, чтобы старик не хватался за ружье, если услышит ночью подозрительный шум со стороны мастерской.

— Обязательно предупрежу, спасибо.

— И вот еще что, — он шутливо погрозил мне вилкой. — Не засиживайся до самого утра. Это вредно.

— Хорошо, папа.

— Сиди максимум до полуночи. А потом марш в кровать.

— Договорились.

Папа лукаво подмигнул мне и снова развернул газету, погружаясь в столичные новости. Я, так и не притронувшись к сладкому десерту, поднялась из-за стола.

— Дэйна, — неожиданно позвал он.

Я обернулась уже в дверях столовой.

— Если у этого графа случилось что-то еще... что-то, о чем ты боишься мне рассказать — ты ведь признаешься?

— Папа, там правда не произошло ничего страшного, — я улыбнулась ему так искренне, как только смогла. — Просто я поняла, что это не мое место.

Он понимающе покачал головой и махнул рукой, отпуская меня.

Я отправилась прямиком в мастерскую, даже не став подниматься в свою комнату. В маленькой смежной прихожей я скинула нарядное верхнее платье, аккуратно повесила его на плечики. Из шкафа для рабочей одежды достала папин старый плотный фартук, надежно повязала волосы косынкой, чтобы не мешали, и тщательно вымыла руки с мылом в фарфоровом тазу.

Первым делом я достала из нижнего ящика чистую медную пластину. Как и планировала, мне пришлось наскоро вырезать новый экранирующий контур и повторить процесс создания нового артефакта. Последним штрихом была слеза василиска и мысли, что нужно придумать, как модифицировать артефакт, чтобы подобного не поыторилось.

Сняв старый и надев новый артефакт на шею, я почувствовала, как тягучее жжение метки утихает, я смогла наконец выдохнуть. Только обезопасив себя, я разложила на верстаке покупки от Меерсона.

Огромный, пугающий мир сжался для меня до площади старой деревянной столешницы. Я взяла перо и набросала первый эскиз серег-бабочек на куске плотной восковой бумаги.Изящные крылышки выходили из-под грифеля ровными, уверенными линиями. Я рисовала по старой памяти, вспоминая ту самую богатую графиню из моей прошлой жизни, для которой когда-то собирала похожий гарнитур.

У той заказчицы была копна рыжих волос и васильковые глаза. А сейчас под моим пером рождались другие формы, идеально подходящие для Алифанты — для ее светлой кожи, каштановых локонов и ясной голубизны глаз.

Ближе к ночи, увлекшись пайкой, я почти забыла про утренний кошмар с драконом. Почти.

Лишь пару раз, когда металлический штихель издавал особенно резкий, царапающий звук по серебру, я вздрагивала. В такие моменты я вдруг осознавала, что у меня сводит пальцы судорогой от того, с какой нечеловеческой силой я сжимаю рукоятку инструмента. Приходилось откладывать работу, разжимать кисть, подолгу сгибать и разгибать уставшие пальцы. Сделав несколько глубоких вдохов, я снова возвращалась к чертежам.

Тяжелый колокол на дальней городской башне гулко пробил полночь. Я послушно отложила штихель, как и обещала отцу. Внимательно оглядела эскизы и разложенные по ячейкам заготовки. Бабочка пока существовала только в виде красивого рисунка на бумаге. До воплощения этих серег в металле оставалось еще несколько вечеров кропотливой, ювелирной работы.

Что касается броши в виде жука для Клэйда, то она и вовсе оставалась лишь размытой идеей — я пока даже не определилась с идеальной формой зеленого панциря.

Что ж, торопиться некуда. Время у меня есть. Я аккуратно загасила лампу, дважды проверила замок на двери мастерской и тихо поднялась по темной лестнице в свою спальню.

Следующий день в залах академии тянулся невыносимо медленно и вязко, напоминая загустевшую на холоде смолу. Лекции сменялись перерывами, затем был скучный обед в студенческой столовой, где я намеренно села за самый дальний столик в компании Виеры.

Я слушала преподавателей вполуха, конспектируя материал чисто автоматически, вытаскивая формулы из глубин памяти прошлой жизни. Алифанта сидела на скамье через два места от меня. Время от времени она бросала в мою сторону долгие, оценивающие взгляды, которые сама, вероятно, считала очень скрытными и незаметными.

После последней пары я уже закинула сумку на плечо, планируя скрыться в тишине библиотеки, когда у самого выхода из корпуса меня окликнул знакомый бархатный голос.

— Дэйна.

Я остановилась и медленно обернулась.

Клэйд стоял, небрежно привалившись плечом к мраморной колонне. Эта непринужденная, слегка расслабленная поза делала его фигуру особенно картинной и привлекательной. Его светлые, слегка вьющиеся волосы были безупречно зачесаны, дорогой серый плащ идеально сидел на широких плечах. Голубые глаза смотрели на меня с привычной, мягкой и бесконечно преданной нежностью. В прошлой жизни я всегда таяла от этого взгляда, как воск.

— Клэйд. Здравствуй.

— Прогуляешься со мной немного? — предложил он, подходя ближе.

— Прямо сейчас? Понимаешь, у меня масса… — начала было я, планируя отказаться.

— Всего полчаса. Прошу тебя, Дэйна. — Он обезоруживающе улыбнулся. — Да, я помню, что ты отменила нашу встречу в городе из-за дел, но удели мне хотя бы немного времени здесь. Я почти не виделся с тобой на этой неделе неделю. Начинаю чувствовать себя брошенным и забытым ухажером.

Я на секунду задумалась, взвешивая риски. С одной стороны, у меня действительно было полно работы в мастерской. С другой стороны, грубый отказ прямо здесь, на глазах у десятков проходящих мимо адептов, выглядел бы слишком вызывающе.

Мне сейчас категорически не хотелось привлекать к своей скромной персоне лишнее внимание. Безумные слухи о моем персональном приглашении к графу Сайсу и так не утихали, обрастая все новыми, нелепыми подробностями. Если я прилюдно отошью завидного жениха, это подбросит дров в костер сплетен еще на месяц вперед.

— Хорошо. Полчаса, — согласилась я.

— Замечательно, — просиял Клэйд.

Он галантно подставил мне согнутый локоть, и я привычно оперлась на его руку. Мы вышли в академический сад, и осенний ветер тут же неприятно холодил кожу, забираясь под воротник плаща.

По обе стороны широких гравийных дорожек тянулись ухоженные клумбы с увядающими, поникшими астрами. Чуть дальше начиналась старая липовая аллея, где на черных, влажных ветвях еще отчаянно держались последние желтые листья.

— Как прошел твой зачетный реферат? — поинтересовался Клэйд, когда мы неспешно пошли по аллее.

— Сдала без проблем. Алеваро поставил высший балл, — коротко ответила я.

— Высший балл? — Клэйд чуть нахмурился, хотя его губы продолжали улыбаться. — Дэйна, я, конечно, рад за тебя, но стоило ли оно таких жертв? Ты совсем бледная из-за этой зубрежки. Твой отец, наверное, тоже переживает. Не забывай, что для будущей жены здоровье и свежий цвет лица куда важнее академических оценок старого Алеваро.

А вот и очередная манипуляция в копилочку намерения оставить меня без диплома.

— Я просто хочу максимально сосредоточиться перед грядущими экзаменами.

— Это похвально. Но когда же мне с тобой видеться, если ты постоянно от меня прячешься за книгами? — с легким укором спросил он.

Я предпочла промолчать. Клэйд осторожно накрыл мою ладонь, лежащую на его локте, своей теплой рукой. Это прикосновение было бережным. В прошлой жизни такие нежные жесты заставляли мое сердце радостно и сладко замирать в груди, а сейчас я чувствовала себя так, будто ко мне ползла ядовитая змея.

Сейчас же я думала только о почерневших глазах дракона. О тех самых бездонных колодцах, что застыли передо мной в его кабинете. О том жутком моменте, когда внутренний зверь почуял меня, как свою истинную.

— Дэйна, — позвал он.