Украденная судьба - Чейз Ева - Страница 19

Здесь я уже почувствовал себя как дома, чего еще не случалось в любом другом месте, где я останавливался, будь то прошлые объекты или любая из гостиниц.

Мой провожатый снова пристально на меня посмотрел. Он указал подбородком на кустарник.

– Твоя особая сила… ты можешь исцелять раны? Но тебе нужно растение?

Я снова провел пальцами по листьям.

– Если травма серьезная, мне нужно откуда-то черпать энергию. Растения – это… проще всего.

Они в наименьшей степени заставляли меня испытывать вину за украденную жизнь. Но я не хотел, чтобы этот парень начал раздумывать о том, из чего еще я мог бы высосать энергию.

Пробурчав что-то себе под нос, он поудобнее устроился на сиденье.

Я решил, что он, вероятно, тоже немного нервничал, застряв в этом фургоне со странным незнакомцем.

Однако его одолевало любопытство. Может быть, мне стоило попытаться использовать эту возможность по максимуму.

Сделать что-то большее, чем сидеть здесь как истукан, надеясь, что больше ничего делать не придется.

Когда мы только ехали сюда от аэродрома, я попытался расспросить его о том, где мы находимся, но он быстро сменил тему. Клэнси, должно быть, сказал ему не сообщать ничего, что помогло бы нам сориентироваться.

– Так безопаснее для всех нас, – объяснял он нам, тенекровным.

Но было бы полезно даже просто узнать о том, как Клэнси взаимодействовал с людьми, не находящимися под его руководством.

– Человек, который направил нас на миссию, – осмелился предположить я. – Он рассказывал о наших способностях?

Мой провожатый пожал плечами.

– Немного. Достаточно, чтобы убедиться в том, что вы выполните задание.

– Тебя это не беспокоит? Или ты уже знал, что существуют такие люди, как я и мои друзья?

– В мире творится много странного. Но если люди могут принести пользу, лучше работать с ними, а не отмахиваться или убегать.

Он слегка усмехнулся, но на мгновение его взгляд снова остановился на моей спине. В нем сквозила та же настороженность, которую я уже замечал.

Мужчина был рад воспользоваться нашими услугами, но это не означало, что он нам доверял.

Немного нахмурившись и поджав губы, мужчина чуть повернулся на сиденье, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Твои друзья… они ведь не будут трогать то, что найдут в доме? Они только убьют людей.

– Нам поручили именно это.

Я не знал, мог ли Клэнси в последнюю минуту дать Риве и Джейкобу другие инструкции.

– Внутри есть что-то важное?

Он пренебрежительно махнул рукой.

– Не беспокойся об этом. Это для нас. Такова суть сделки.

От его слов у меня по спине пробежали мурашки. Для кого – «нас»? Что за «сделка»?

Я думал, он помогал нашей миссии, потому что хотел, чтобы с детским рабством было покончено. На благо своей общины. Какое это могло иметь отношение к тому, что преступники хранили в доме?

Я пытался убедить себя, что провожатый имел в виду записи о детях и о том, где они были проданы, или еще что-то в этом роде, но никак не мог отделаться от ощущения, что речь шла о другом. Почему он избегал разговора, если скрывать было нечего?

– Наш босс очень серьезно относится к своим сделкам, – осторожно сказал я, наблюдая за выражением лица мужчины.

Он усмехнулся.

– И правильно, учитывая, что он с них получает.

У меня по коже побежали мурашки.

Я старался говорить ровным тоном, но не был уверен, что мне это полностью удалось.

– Что именно он получит с этой сделки?

На этот раз взгляд мужчины метнулся к моему лицу, а не к спине, и в нем промелькнула паника. Как будто он понял, что сказал то, чего не следовало говорить. Затем он повернулся лицом к ветровому стеклу.

– Это только между ним и нами. Тебя это не касается, понял?

Теперь я начал чертовски беспокоиться.

– Хочешь сказать, что вы заплатили ему за то, чтобы он разделался с этими парнями?

Это не обязательно плохо, верно? Может быть, группа рассерженных граждан собрала деньги, чтобы нанять кого-то для решения проблемы, с которой они не смогли справиться сами.

Но его поведение меня тревожило. И Клэнси ни разу ничего не упомянул о получении компенсации или о том, что к нему обращались местные жители.

Он говорил так, будто сам узнал об этих работорговцах и решил, что с ними нужно разобраться.

– Он сам к вам обратился? Или вы обратились к нему первыми? – спросил я.

Мужчина покачал головой.

– Мы закончили этот разговор.

– Я просто хочу понять, что происходит. Я тоже в этом участвую.

– Ты работаешь на своего босса. Я работаю на своего. Мы все получаем то, что хотим. Это все, что тебе нужно знать.

Нет, это не так. Не тогда, когда все, что он добавлял к пазлу, делало общую картину более зловещей. Он сказал что-то о своем боссе… помогать с этой миссией – его работа?

Хотел бы я, чтобы здесь был Андреас: он мог заглянуть прямо в голову этого парня и выяснить, что происходит. Но его тут не было.

Только я.

– Пожалуйста, – сказал я. – Я проделал такой путь. Это и моя миссия тоже – почему я не могу обо всем узнать?

Мой провожатый держал рот на замке. Похоже, он решил вообще перестать говорить.

Прежний я, возможно, уже сдался бы. Но «этот» я уже сталкивался лицом к лицу и с монстрами, и с головорезами.

«Этот» я увидел, как его любимую женщину разорвало на части, а затем вернул ее к жизни.

Если здесь происходило что-то, выходящее за рамки того, что мы знали, я должен был выяснить, что именно. От этого могли зависеть наши жизни.

Я не собирался давать слабину. И не мог оставить все, как есть.

Наклонившись, чтобы не задеть головой низкий потолок фургона, я поднялся на ноги.

– Какое именно отношение к этой миссии имеете ты и твой «босс»? Мне нужно, чтобы ты все мне рассказал.

– Если хочешь что-то узнать, спроси у своего босса.

Едва сделав шаг в сторону этого парня, я заметил, что он вздрогнул. Но какое бы отторжение во мне ни вызывала его реакция, я знал, что могу ею воспользоваться.

Он меня боялся. А страх мог послужить отличным стимулом.

– Ты мне не нужен, – сказал я. – Я сам могу вести этот фургон. Я могу сказать своему боссу, что ты испугался моих способностей и попытался навредить. И что это просто была самооборона.

Мужчина резко повернул голову в мою сторону.

– О чем ты говоришь?

Я ненавидел использовать свои физические особенности в качестве угрозы, но сейчас лишь это могло возыметь эффект. Сбросив куртку, я позволил своим щупальцам подняться по обе стороны плеч.

Я пристально посмотрел в подергивающиеся глаза мужчины.

– Я могу использовать все живое для получения энергии. Могу осушить человека за пару минут. Я знаю это, потому что уже делал так раньше.

Съежившись на своем сиденье, мужчина прижался к дверце фургона. Он ухватился за ручку, но я вытянул одно щупальце и обхватил его запястье.

– Ты никуда не уйдешь. Просто назови мне условия сделки, и мы сможем вернуться к тому, чтобы просто сидеть здесь, как будто вообще не начинали этот разговор.

– Убери от меня эту штуку!

Мужчина дернул рукой, но мои присоски и жилистые мышцы внутри щупальца сжали его еще крепче.

– Я могу начать высасывать из тебя жизнь прямо сейчас, – предупредил я его, но он продолжал сопротивляться.

Мне нужно было доказать свои слова. Нужно было заставить его осознать, что он может лишиться жизни.

У меня пересохло во рту. Однажды, еще на яхте, когда Роллик и его команда помогали нам овладеть своими способностями, мне удалось отнять у рыбы лишь малую часть ее жизни. Во время последнего комплекса упражнений, который мы выполняли вместе, я начал понемногу учиться контролировать силу своего чувства голода.

Но это был лишь раз, и то – в абсолютно спокойной обстановке.

С другой стороны, в рыбе гораздо меньше жизни, чем в человеке.

Я мог это сделать. Я должен был, иначе зачем я вообще начал ему угрожать?

Сжав зубы, я вытянул щупальце. Моя воля уловила потоки жизненной энергии, которые пульсировали в теле мужчины вместе с его кровью.