Лекарь из Пустоты. Книга 5 (СИ) - Майерс Александр - Страница 16

Это был блеф, но Тимур Евгеньевич всё равно напрягся.

Патриарх поднял руку и сказал:

— Хватит. Я не собираюсь выяснять, кто прав, кто виноват. Меня интересует только одно: чтобы это прекратилось. С вопросом субсидий я разберусь тихо, без шума, чтобы не выносить мусор из дома. Вам, Тимур, не стоит лезть в дела Юрия.

— Конечно, ваша светлость, как скажете. Я никогда не желал ссориться с графом Серебровым, — Белозёров склонил голову.

— Я тоже за мир. Но если меня будут бить — ударю в ответ, — произнёс я.

Бархатов нахмурился.

— Вы при мне угрожаете своему коллеге?

— Не я начал конфликт. И не собираюсь терпеть нападки молча, — ответил я.

Повисла тишина. Белозёров смотрел на меня с плохо скрытым торжеством — явно считал, что я только что совершил ошибку.

Патриарх хмыкнул и откинулся в кресле.

— Тимур Евгеньевич, надеюсь, вы меня услышали. Будьте добры, оставьте нас с графом Серебровым наедине, — сказал он, не спуская с меня взгляда.

Белозёров встал и поклонился.

— Конечно, ваша светлость.

Он вышел, бросив на меня напоследок многозначительный взгляд.

Когда дверь закрылась, Бархатов долго молчал, глядя на меня.

— Вы храбрый молодой человек, — сказал он, наконец.

— Спасибо, ваша светлость.

— Порой излишняя храбрость может стать причиной больших неприятностей. Послушайте меня внимательно, граф! Я не потерплю ещё одной войны между целителями. После истории с Мессингами и Измайловыми репутация Гильдии и так пострадала. Люди шепчутся, что мы не можем навести порядок в собственных рядах.

— Эту войну начал не я.

— Мне всё равно, кто её начал. Пролилось много крови, и я уверен, что можно было обойтись без этого. Всегда есть место для компромисса, — жёстким тоном произнёс Михаил Андреевич.

— Тогда поговорите с Белозёровым. Я не начинал войны первым — ни тогда, ни сейчас, — ответил я, глядя патриарху в глаза.

Бархатов прищурился.

— Вы отказались от моего предложения на съезде. Я предлагал вам защиту, место под крылом сильного рода. Вы отказались. Помните?

— Помню.

— Если бы вы согласились тогда, всё сложилось бы иначе. И поверьте, мало кто решился бы на вас давить, — заметил князь.

Ох, неужели опять? Похоже, патриарх не отказался от идеи сделать меня своим вассалом.

— Всё сложилось, как сложилось. Я ни о чём не жалею. После войны мой род стал сильнее, — ответил я.

— Не всякая война заканчивается победой. И даже в случае победы можно получить такой ущерб, что никогда не получится восстановится, — сказал Бархатов и встал.

Я тоже поднялся.

— Имейте в виду, граф Серебров: я слежу за ситуацией.

— Очень надеюсь, ваша светлость, — кивнул я.

Он направился к двери, но у порога остановился.

— Кстати. Тимур Евгеньевич — давний член Гильдии целителей. Уважаемый человек. Многие ему обязаны. Имейте это в виду, когда будете планировать свои… ответные действия, — добавил Бархатов и вышел.

Я остался один в комнате.

Что ж, картина прояснилась. Бархатов знает о конфликте, но занимать чью-то сторону не собирается. При этом Белозёров явно имеет в Гильдии лучшую репутацию, чем я. Старые связи, старые долги.

Придётся быть очень осторожным.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Серебровых

Лев Бачурин вертел в руках конверт.

Обычный белый конверт без обратного адреса. Внутри — один лист бумаги с коротким деловым текстом.

«Уважаемый господин Бачурин! Ваши таланты заслуживают лучшего применения. Мы готовы предложить вам тройной оклад и собственную лабораторию с полным финансированием. Никаких ограничений в исследованиях. Если заинтересованы — позвоните по указанному номеру. С уважением, достойный наниматель».

Лев перечитал письмо трижды. Потом встал и пошёл к Дмитрию.

Тот сидел в кабинете, разбирая бумаги. Увидев Льва, поднял голову.

— Что-то случилось?

Бачурин молча положил конверт на стол.

Дмитрий прочитал письмо. Лицо его потемнело.

— Понятно. Это уже третье за неделю, — он откинулся в кресле, снял очки и протёр глаза.

— Третье? — удивился Лев.

— Да. Такие же получили главный технолог и начальник отдела кадров. Кто-то методично пытается переманить наших ключевых специалистов, — устало ответил Дмитрий.

— Столичные?

— Больше некому. Сначала поставщиков отрезали, теперь пытаются переманить сотрудников…

Они помолчали. За окном кабинета виднелся двор поместья — садовник подстригал кусты, охранник прохаживался у ворот. Обычный день.

— Дмитрий Алексеевич, я хочу, чтобы вы знали. Я никуда не уйду, — произнёс Лев.

Дмитрий посмотрел на него как-то странно, отчего Бачурин засмущался.

— Уверен? Тройной оклад — серьёзное предложение.

— Уверен! Серебровы дали мне шанс, когда никто не давал. Помните, в каком состоянии я пришёл к вам? Без работы, без денег, с подмоченной репутацией. Меня никто не хотел брать. Я работал на вашего врага, а вы всё равно взяли меня к себе.

Дмитрий кивнул, а Лев, воодушевившись, продолжил:

— Я был никем, а теперь руковожу настоящей лабораторией! Занимаюсь разработкой достойных эликсиров, которые реально помогают людям. Не ищу способы снизить себестоимость и при этом выманить больше денег у покупателей. Делаю то, ради чего вообще пошёл в алхимию. Так что повторяю — я от вас никуда не уйду! — решительно заявил он.

Дмитрий позволил себе улыбку.

— Спасибо, Лев. Это много для нас значит.

— Не за что, ваше сиятельство. Давно хотел сказать, как я благодарен, — пробормотал Бачурин.

Когда он вышел, Дмитрий долго сидел, рассматривая письмо.

Давление усиливалось. Враги били со всех сторон — поставщики, специалисты, репутация.

Хорошо, что есть люди вроде Льва. Верные, надёжные.

Плохо, что таких людей могут просто купить. Или запугать. Или устранить.

Дмитрий потёр виски и потянулся к телефону. Нужно предупредить Юрия.

Российская империя, город Санкт-Петербург

В гостиницу я вернулся около полуночи.

Приём затянулся — после разговора с Бархатовым я ещё час общался с гостями, заводил контакты, раздавал визитки. Работа, которую нельзя игнорировать, даже когда голова занята другим.

Роман подогнал машину ко входу, слуга Баума помог открыть дверь. Я поблагодарил его, сел в салон и тут же распустил осточертевший за вечер галстук.

Не успели мы далеко отъехать от особняка князя, как зазвонил телефон. Шрам.

Он тоже поехал со мной — конечно же, тайно. Они с парнями сменили автомобиль и находились неподалёку, на всякий случай. Заодно следили, чем занимаются сопровождающие других гостей.

— Слушаю, — я взял трубку.

— Ваше сиятельство, за вами следят, — сообщил Богдан.

— Прямо сейчас?

— Да. Когда вы ехали на приём, за вашей машиной шла другая. Я не стал вас беспокоить, сам вёл наблюдение. Они припарковались в квартале от особняка Баума и ждали.

— И теперь снова следят? — уточнил я.

— Да. Они едут за вами, а мы за ними. Что прикажете делать? — спросил Шрам.

Я задумался. Варианты имелись разные. Можно проигнорировать — пусть следят, ничего интересного не увидят. Можно вызвать полицию — хотя, что я им скажу?

А можно попытаться выяснить, кто устроил за мной слежку. Потому что, учитывая всё, что я узнал за последние дни, это может быть не только Белозёров.

— Может, объяснишь им, что нехорошо так делать? — предложил я.

В трубке послышался смешок.

— С радостью. Сейчас поболтаем…

Глава 7

Российская империя, город Санкт-Петербург, гостиница «Астория»

Шрам позвонил в седьмом часу утра.

Я уже не спал — после вчерашнего приёма голова была забита мыслями, и заснуть удалось только под утро. Так что звонок застал меня за чашкой кофе в номере.

— Я уже начал беспокоиться. Что-то случилось? — спросил я, приняв звонок.