"Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ключников Анатолий - Страница 100

В помещении остались лишь трупы мерзких созданий и два персонажа — игрок высшего дивизиона и таинственная полукошка с именем Гамма. Девушка терзала череп и спину огромной жабы почти полчаса, после чего она спрятала что-то в свои кармашки на курточке и подошла к Адмиралу.

— Если вам что-то из этого еще надо, то я больше не претендую на трофеи.

— Нет, не имею радости копаться в трупах, тем более в лягушках. Вы взяли все, что хотели?

— Да, спасибо, — кивнула девушка. — А вы меня проводите?

— Хоть на край света, но только после расчета, мои ребята уже разбежались, и я оплатил их услуги из своего кармана.

— Все верно, они нам больше и не понадобятся! Мне нужны теперь только вы.

— То есть мои планы о том, чтобы нажраться и проспаться откладываются на неопределенный срок? — Чу посмотрел на Гамму в свете факела.

— Срок определенный — десять дней. И дорога будет, совсем непростой.

Тяжелые тучи нависали над небольшим поселком, расположенным меж быстрой рекой Сартоной и великим подгорным лесом Грастаранх. Прохладный ветер навевал тревогу на одинокую фигуру, стоящую в проеме приоткрытых ворот в высоком сосновом частоколе. Многие годы это безопасное место служило перевалочным пунктом для караванов, шедших по «Тернистой тропе», в этом поселке часто останавливались Герои своих родов и даже целых народов. Бессмертные наводнявшие мир так же не обходили Раадрунк, но те времена остались в далеком прошлом. Сегодня в Раадрунк прилетела беда в виде черного ворона, принесшего в клюве послание от Непреклонного Рааста. Вести в письме были тревожными: Храбрый воин вел не только свое войско, но и жителей попавших под холодный серп новой, кровопролитной войны. Орки не убегают от войны и битвы, и раз Рааст принял такое решение, значит, на то есть веские причины.

К седому Саартуку, старейшему жителю поселка, подошла Хранта, городская воительница и, преклонив одно колено, произнесла то, что резануло по сердцу старому воину — «Поселок готов уйти». Он не ответил ей. Она сама понимала, какую боль сейчас причинила седому, но все еще могучему основателю великого рода, и не ждала от него ответа. Она ушла, Саартук остался в ожидании. Пусть небо прорежут молнии, и на него полетят капли осеннего дождя, Саартук не сойдет с места, он будет ждать тех, кто бежит, тех, кто спасается.

Прошло много времени, небо потемнело еще сильнее, солнце уже скрылось за горой, ветер поднимал с земли пыль и песок, что тщетно пытались легкими толчками сдвинуть Саартука с места. Жители поселка, даже дети, часто понимали, что их Шаман очень странный, но авторитет Саартука в любом случае оставался непоколебим.

Вдали показались первые огни, в этот поздний час их увидел лишь старый колдун. Орк качнул плечами и спугнул ворона-посыльного, успевшего задремать на его плече словно на полевом пугале. Наконец-то, пришло его время, он встретится с родителями, увидит предков, а возможно он увидит свою Орду и Клан, познает Великую битву рядом со своим новым Богом. Он пропустит свой народ за спину и останется в поле один! Задержит врага, откусит кусок противного мяса! Напомнит всем, кто он, и чего стоит! Пусть мир узнает, чего стоит даже одинокий воин Орды!

И чем дольше Саартук стоял, тем сильнее крепла его воля и готовность уйти в иной мир. Час настал: первыми до шамана дошли погонщики кодоев, запряжённых в повозки с имуществом беженцев. Массивные животные, не чувствующие усталости, еле передвигали ноги, что подгибались от усилий, с которым они тащили тяжёлый груз. За ними шли старики и дети, за ними женщины, и только после пошли воины и генералы. Саартук стоял все там же, не сдвинувшись с места. Он может держать разговор только с Раастом Непреклонным — с тем, о ком рассказывают детям на ночь грядущую, тем, о ком мечтают молодые орчанки, глядя на сияющие звезды, тем, на кого с рожденья мечтают быть похожи все мальчики. Он будет ждать «голову» этой колонны отступающих и надеяться, что бегут они не из страха, а из-за долга. Он будет просто стоять и собирать на себе взгляды многих бредших ему за спину, что не понимают странного седого Орка, не проявляющего к беженцам никакого интереса. Не подумайте, что Саартук презирал их, он тихо страдал от этого зрелища — Орк не должен убегать, Орк должен забирать и идти вперед, Орк часть рода, часть Клана, часть Орды, а Орда — никогда не бежит! Однако даже этот принцип легко пропускал детей и женщин. Нет, конечно, седой орк не был феминистом, он ценил женщин, как в доме, так и на поле битвы. Но все же, за всю свою очень долгую жизнь он познал, что счастья в душе у женщины больше, когда она встречает его дома, а не когда уходит с ним на войну, оставляя детей за спиной. Опыт этот собирался очень долго, ведь было время, когда Орду практически уничтожили, и не было зеленокожему народу места в этом мире.

Глубокий вздох, и белые клубы пара на пару ударов сердца скрыли грустную картину от старого орка. Он услышал грозные рычащие крики и топот двух десятков несшихся к нему ног. Отставив левую ногу назад, Саартук наклонился вперед, слегка присел и, растопырив руки, что есть мощи в его груди зарычал: «АРХАРАРАРА-А-А-А». Несколько тел единовременно ударились в расставленную преграду, несколько врезались в грудь, суммарный толчок хоть и был очень велик, но недостаточен, чтобы сместить Саартука хоть на палец. Однако раздавшийся следом крик, едва не уронил старого воина на спину одной лишь громкостью: «ДЕДА! ТЫ ЖДАЛ НАС?!» Словно этого было мало, к крику добавились разноголосые возгласы, возвещающие вселенную о радостной встрече с ним.

— Тихо! Недомерки! Отступите! Зашибу! — глубоким басом призвал Саартук мелочь к порядку, но куда там…

Шесть внуков и пять внучек ни капли не боялись Величайшего шамана и колдуна Орочьего народа, ибо слишком долго они ждали с ним встречи. Предыдущая встреча была больше семи лет назад, когда старшему внуку-Бартаху было всего три, а нынешней младшей внучки Шараты вообще еще и не было на свете. Однако сейчас род был рад воссоединению поколений, и радость от этой встречи казалась старику слаще мёда. Старый дед, наконец, увидел большинство своих потомком от двух сыновей, его сердце радовалось, но одновременно с этим его воля остаться тут до самой смерти — только крепчала. Мелкие и боевые орки, именующие себя наследниками рода, крутились вокруг могучего Саартука и наперебой старались рассказать ему что-то, несомненно, очень важное, но, увы, совершенно не интересное для старых ушей. Когда Шаману казалось, что его скоро хватит удар от столь шумного общества, к нему подошли три орка, в коих шлемы с красочными тканями выдавали полководцев. Дети вмиг притихли, даже четырехлетняя Шарата перестала шуметь и прыгать на месте.

— Лорд-шаман Саартук, по повелению Рааста Непреклонного мы просим вас пройти в дом. Он в дальнем отступе, осматривает местность, ожидает неприятеля, — начал говорить Орк с длинным шрамом на лбу и рваной раной на голове, что до сих пор продолжала тихо кровоточить. Шаман знал его, еще когда Трубаку было всего пятнадцать, и вон как парень вымахал — каждому бы отроку так.

— Не называйте меня Лордом, — буркнул Саардук. — Я подожду Рааста в своем доме, а это «стадо» я возьму с собой. Передайте ему слова мои, когда он прибудет. Я его жду.

Три генерала без возражений поклонились, признавая авторитет старого Шамана. Да и как они могли возразить, и зачем? Орк никогда не обидит чужого ребёнка — это свое чадо надо сечь, пока тот сдачи не научится давать, а вообще дитя священно, ибо это чей-то род, который, возможно, когда-нибудь сольется с твоим. Да и дети, названные «стадом», так же не были против, и, поняв, что «тихориться» уже не нужно, вновь начали бегать вокруг деда и мешали ему шаг сделать, а пройти, тем не менее, надо было почти треть поселка, да еще и через полосу беженцев. Добрались в целом спокойно, никого не затоптали, да и сами никому под ноги не попались, что можно считать удачей.