Спокойный Ваня 5 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 3

У штампов действуют те же ограничения. Мой любимый быстросохнущий лак оказался совершенно непригоден для поставленных задач. Видимо, придётся подбирать лак на масляной основе. Водная точно не подойдёт.

Одна проблема потянула за собой другую. Надежда на подсказку от нейросети себя не оправдала. Умные мысли от неё приходили по непонятной для меня логике. Я задумался. В идеале подойдёт лак с отверждением от ультрафиолета или чего-то подобного. Тогда процесс фиксации можно легко контролировать. Да где ж его взять? Мои алхимики ещё не скоро доберутся до столь сложных веществ.

Неожиданно у меня в голове всплыла мысль, явно подсказанная нейросетью. Образы были чёткими и яркими. Вся технология была расписана от и до. Хотя на первом этапе придётся многое изготавливать вручную.

«Вот может же нормально подсказать, когда захочет! Столько бесполезной работы проделать пришлось.» — Вздохнул я, глядя на стол, заваленный результатами моих экспериментов.

Глава 2

Зачирикал разговорник. Такой звук у меня стоял на разговорнике деда Степана. На комплект, доставшийся Петру Николаевичу, я поставил только световую индикацию, и находился этот разговорник у Татьяны. Большого желания общаться с главой ГБ у меня не было.

Дед Степан, наконец, вспомнил про доверенные ему в управление предприятия и решил провести их инспекцию до наступления холодов. Пришлось срочно сооружать ещё одну пару разговорников, теперь уже с привязкой к метке. Я хотел быть в курсе происходящего, и при необходимости принимать сложные решения, не перекладывая за них ответственность на деда.

Вытащив разговорник из кармана, я нажал на ответ и приложил его к скуле. Эта модификация никаких крышечек не имела.

— Ваня, в общем дело такое. Один завод надо полностью закрывать. — Без приветствия начал дед.

— Закрывай, если надо. — Согласился я. Вмешиваться в его решения мне не хотелось. Пока, все предложения деда Степана меня устраивали.

— Экий ты быстрый. Если бы всё было так просто, я бы тебе не звонил. — Мою манеру называть вызов «звонком» быстро переняли все, кто пользовался переговорниками. Название «телефон» мне не хотелось вносить в этот мир. — Завод дышит на ладан, что неудивительно при отсутствии нормальных дорог, и его местоположения. Вообще не понимаю, зачем бывшие хозяева его построили в такой глуши. Сейчас здания и оборудование пришли в негодность и разваливаются. Мужики сами станки латают, и чтобы совсем с голоду не помереть, выживают за счёт левых заказов. Даже рука не поднимается наказывать их за это. Но мастера, я тебе скажу, что те Левши! Предыдущий хозяин их специально собирал по всей России. Только ГБ до него добралось раньше, чем он смог дело наладить, которое задумал. Говорят…

— Степан, давай короче. — Остановил я разговорившегося деда.

— Нужно мужиков вместе с семьями к тебе перевозить, да не один опытный цех ставить, а сразу несколько. — Выпалил он на одном дыхании.

— Надо — значит, перевози. Местную обстановку ты знаешь. — Легко согласился я. Специалисты-станочники, да ещё мастера уровня «Левши» мне точно пригодятся.

— Но тогда получается, что они в другом государстве будут работать. Как эту коллизию обойти? Они же крепостные.

— Никак. Ты ведь работаешь, и твои мужики работают. Новенькие тоже за тобой числятся. Нет никакой проблемы. Хватит кругами ходить и голову мне морочить. Говори, что тебе действительно нужно?

Искать майора, чтобы проехать три километра мне было лень. В кои-то веки получилось прогуляться по своей горе пешком. Дорога, идущая вниз от нашего лагеря, стала шире и удобней. Там, где это необходимо, срезали лишние выступы скалы. Где надо засыпали щели и провалы. От обрыва дорога отделялась высоким каменным парапетом.

Когда делали отсыпку щебёнкой, её проливали жидким камнем, добиваясь практически монолитного состояния. Верхний слой дороги, наоборот, заливали только слегка, словно покрывали глазурью. В результате камень склеивался, отставляя крупные поры, способствующие отводу воды, а шершавая, но без острых граней поверхность, увеличивала сцепление.

Дорогу только начали переделывать и идти по ней, выписывая все петли серпантина, у меня желания не было. Я был не один такой ленивый. Для любителей коротких путей мужики прорезали удобную лестницу, ведущую прямо вниз. К лагерю ГБшников. Там же, недалеко от последних, строились цеха будущих мастерских.

Вид с горы открывался изумительный, так что я не столько устал, спускаясь, сколько набрался новых впечатлений. Надо чаще прогулки устраивать. Оно и для здоровья полезней. Прежде всего для душевного. Про физическое я не сильно переживал.

— Как успехи, Прокоп? — Я подошёл к начальнику стройки, стоящему возле установки по ожижению камня.

Прокоп остался вместо Степана и командовал мужиками. Как я заметил, понаблюдав со стороны, скромным он был, лишь общаясь со мной. Мужики у него отхватывали крепкое словцо при каждом удобном случае.

— Работа идёт, Ваше Величество. Первое здание заканчиваем. Подсобные помещения чуть позже достроим. Сегодня пиломатериал привезут. Завтра крышей займёмся. — Начал он перечислять оставшиеся работы. — Пока есть возможность, делаем запас пеноблоков.

— А крышу не проще черепичную сделать. Хоть из того же пенокамня?

— Зачем, Ваше Величество? Это же временная постройка. Лет пять она и с деревянной крышей простоит. Черепица — это материал на века. И стропила под неё надо основательные возводить. Не стоит овчинка выделки.

— Понятно. — Не стал я спорить. — Тут с тобой дед Степан хочет поговорить.

Я достал разговорник и нажал на вызов. Прижал его к скуле, ожидая ответа от деда. Никаких гудков предусмотрено не было. Или разговариваешь, когда связь есть, или молчишь.

— Слушаю тебя, Ваня. — Наконец, ответил дед, словно это не он попросил меня сходить до Прокопа. Нашёл, понимаешь, посыльного.

— Я тебя не сильно отвлекаю? — Ехидно поинтересовался я.

— Подождут дармоеды. — Голос деда Степана был недовольным. Потом он спохватился. — Ой, извини князь, совсем заработался. Но ведь для дела надо, так что не серчай на меня.

— Забыли. — Отмахнулся я.

Никакого смысла перевоспитывать деда не было. Это у него характер такой увлекающийся. Когда с головой в работу уходит, он со всеми на 'ты", несмотря на звания и чины.

— Передаю разговорник. Объясни своему заму, чего хотел. — Я протянул конструкт Прокопу. — Прикладывай к скуле, как я делал.

— О! Дед Степан! — Оживился тот, услышав знакомый голос. — Слушаю. — Сразу сбился Прокоп, видимо, получив втык от недовольного начальника. — Хорошо. Сделаем в лучшем виде. За неделю коробки успеем поставить. Они же не на экспрессе поедут. Да, дед Степан. Не беспокойся. И встретим, и разместим. У нас работа не стоит на месте. Я сейчас на отливке, потом пойду водопровод контролировать. Не переживай, дед Степан. Управимся и не подведём! Ты же меня знаешь. Уф. — Он вытер неожиданно вспотевший лоб. — Как будто рядом стоял. — Прокоп вернул мне разговорник.

— Как здесь у вас дела? Всё работает? Просьбы есть какие?

— Людей не хватает. Тех, кого дед Степан пришлёт, ты же не поставишь землю копать да блоки класть. А мы уже не справляемся с потребным количеством работы. Мужики тоже не железные. Им отдых требуется.

— Приезжие помогать со строительством будут. Никуда не денутся. — Обнадёжил я Прокопа. — Они из такой жопы мира выбираются, что любой работе будут рады. Особенно если она для их пользы пойдёт. Вы пока на производстве блоков сосредоточьтесь. Когда заработает механизированная мастерская, сразу легче станет. У меня куча механизмов разработана. Каждый из них десятки человек заменить сможет. Пусть потерпят мужики. Если совсем невмоготу, устрой им выходной. Какой там ближайший праздник? Но только без пьянок и беспорядков!

— Чуть-чуть-то можно? — Набравшись смелости, спросил Прокоп.

— Если совсем чуть-чуть. — Не стал я настаивать на сухом законе.