Стальной рыцарь (СИ) - Свадковский Алексей Рудольфович - Страница 19

Я уже хотел идти к Рубаке, когда вспомнил о дохлом скалоломе на верху и башне-нашлепке на самой вершине храма. Зачем-то же она нужна. Но за все время я так и не нашел ни одной лестницы, ведущей наверх. Вспомнив расположение храма, я понял, что башенка располагалась прямо по центру храма. В принципе, плевать на нее, я и так нашел больше, чем ожидал, гораздо больше. Меня интересовал дохлый скалолом, чья башка скалит зубы на крыше, точнее, чем или как его смогли убить. Тут на весь городок хватило стаи иглоплюев, а такую тварь убить — это сродни историям из детских сказок. Все эти мечи, топоры — это же полный хлам. Тогда что? И эта загадка не давала мне покоя.

Подхожу ближе к статуе богине, обхожу ее по кругу и там, за спиной, вижу небольшую лестницу. Сбрасываю рюкзак — с ним в узком проходе не протиснуться, лезу вверх по каменным ступенькам и через десяток шагов попадаю в небольшую комнатушку. Что-то хрустит под ногами, почти ничего не видно, лишь тонкий солнечный луч пробивается сквозь узкую щель впереди, немного освещая помещение. Я подхожу ближе, в центре комнаты видно что-то похожее на постамент, все вокруг закопчено, как после пожара, под ногами разбросаны камни. Подхожу к щели и понимаю, что это металлическая пластина — задвижка, рядом вижу рукоять рычага. С трудом проворачиваю его, и под скрип метала пластина отъезжает, открывая обзор. Обрадовавшись, я продолжил крутить, и спустя десять оборотов пространство вокруг осветил яркий свет, позволив разглядеть происходящее вокруг. Нагнувшись, я поднял камень с пола, повертел в руке и не сразу, но узнал гром-камень, полностью выгоревший и почерневший. Такое бывает, если через него провести слишком мощный разряд, он превращается в ломкое черное крошево. Рядом с первым я увидел еще один похожий на него, да вся комната была завалена почерневшими хрупкими обломками, разлетевшимися в стороны от сверхмощного взрыва изнутри, закоптившего стены.

В шаге от меня возле той щели лежал труп, прижимавший к себе нечто, от чего у меня екнуло в груди: сухая рука скелета сжимала короткий тонкий жезл с мой палец толщиной, украшенный затейливой резьбой. И для меня окончательно сложилась картина всего, что здесь произошло. Скорее всего, здесь на постаменте был установлен большой грозовой камень, и время от времени на потеху толпе и для поддержания веры местные жрецы устраивали световые шоу, пуская в небо молнии, распуская электрические разряды. Пока не пришли монстры. Твари, как и мы, могут использовать некое подобие Эха, ища источники силы, и такой лакомый кусок в виде огромного грозового камня эта тварь учуяла наверняка издалека. Скорее всего, твари атаковали слишком внезапно, или жрица попросту опоздала, находясь вдалеке от храма, иначе бы бой пошел по-другому, и трупов ядоплюев перед храмом было намного больше. Но что есть, то есть, а может, она сразу нацелилась на главного монстра, решив пожертвовать всеми остальными, не знаю. Но она затаилась здесь, выжидая, пока покончат с последними защитниками, когда тварь, почувствовав близость добычи, приблизит морду в упор, готовясь сожрать источник силы, и лишь тогда нанесла удар, в одной сверхмощной вспышке разом выпустив всю накопленную грозовым камнем мощь, буквально вскипятив скалолому мозги.

Я довольно улыбнулся, когда последний из элементов пазла занял свое место в воссозданной мной картине прошлого. Думаю, Шерлок остался бы мной доволен. «А ты, выходит, была электриком», — подойдя ближе к мумифицировавшемуся трупу я склонился над ним. Меня заинтересовало не само тело, а тонкий жезл. Бледно-зеленоватый металл, заставивший мои руки задрожать, а сердце замереть в груди. Чуть длиннее моего локтя, с крохотной шишкой-набалдашником на конце, именно за ним, рискуя жизнями, отправляются в этот мир поисковики. Скорее всего, за ним в этот мир пришли и твари. Элириум — металл, ускоряющий и усиливающий течение силы, его кусочек размером со спичечный коробок стоит, как хороший каменный дом где-нибудь в городе. Покрупней и получше стоит всего нашего Острожска. «А за тебя, — я осторожно поднял жезл, взвесит его в руке, — пожалуй, можно получить неплохое поместье гектаров под двести где-нибудь под Нижним Новгородом или Саратовом. Но я тебя не продам, уже найденного хватит расплатится с Кафтановым, а мне ты пригодишься самому». Служить и воевать мне все равно придется, и чем лучше амуниция и снаряжение, тем больше шансов пережить очередной бой. Часть можно пустить на оплетку ядра, усилив выход силы и избегая паразитных потерь, другое на соединители его с пилотом. А оставшееся, например, на наконечник для гарпуна, если им усилить грозовой камень, то можно получить неплохое электрокопье.

Я уже начал было прикидывать, как это реализовать, но что-то внутри заставило меня встрепенуться, оглядеться по сторонам и увидеть на горизонте черную точку, стремительно приближающуюся к храму. А это еще что? Подзорная трубка слегка приблизила необычный объект, позволив чуть лучше разглядеть: черный пупырчатый шар с шипами, торчащими во все стороны, стремительно катился по разнотравью, направляясь прямиком сюда. По мою душу, что ли? Вряд ли, тогда что? Да, впрочем, наплевать, у меня задача здесь другая, а значит, самое время убираться отсюда. Я задержался на миг, заметив кое-что ценное. Прости, дорогая, но мне это нужно больше, чем тебе. Аккуратно снимаю с шеи трупа толстую золотую цепь с висящим на ней медальоном. Она отправляется в карман, а ноги стремительно несут меня вниз, еще не хватало мне тут устраивать бои с неизвестными монстрами. Рубака в принципе для этого не предназначен, да и не нужно мне подобного, главное по-быстрому отсюда убраться. Пара часов пути, нырнуть в прокол, сбыть найденное и плевать на все. «Если драки можно избежать, то и не стоит в нее ввязываться», — слова отца четко звучат в моей голове. Рубака стоял шагах в двадцати от храмовой ограды, тварь была километрах в пяти, учитывая ее скорость, если хорошо разогнаться, из города я точно выйти сумею, а там дома должны скрыть меня от приближающегося монстра, если тот, конечно, не обладает аномальным слухом, нюхом или чувствительностью к силе. Но такие монстры редки, и чем больше между нами будет расстояние, тем больше шансов на выживание.

Я уже был шагах в десяти от Рубаки, когда из-за ограды показались четверо муров, что-то сжимавших в руках. От неожиданности я замер и почти сразу получил чувствительный толчок в грудь, отпрянул назад, и именно это не позволило брошенному из пращи камню попасть мне в голову, буквально на пядь разминувшись со шлемом. Выпустив из руки все еще зажатый в ней жезл, я потянулся к кобуре, на миг упустив из вида противника, когда что-то с гулом сбило меня с ног. Торжествующе взревев, муры, одним прыжком перепрыгнув забор, рванули ко мне, сжимая в руках короткие дубинки и кинжалы. Да давай же ты, крутанувшись вбок, я со всей силы рванул револьвер из кобуры, сумев наконец его выдернуть, взвести одним пальцем курок и шагов с пяти выпустить первую пулю в высокого здоровяка, всего покрытого шерстью, с каменным молотком в руке. Он оказался ближе всех. Пуля, взвизгнув, улетела куда-то вверх, вторая ударила в плечо, слегка развернув мохнатого, и лишь третья попала туда, куда я и целился — в центр груди, заставив здоровяка упасть на землю и, громко закричав, прижать к груди руки. Но это не остановило остальных, я едва успел направить револьвер на второго, когда что-то с усилием ударило меня по руке, брошенная дубинка сбила прицел, но шум выстрела напугал второго из нападавших, он замер, дав мне возможность выстрелить еще раз, попав ему в бок. Вскрикнув от боли, он покатился по земле, а на меня сбоку что-то навалилась, прижав руку с пистолетом к земле. По мне принялись молотить кулаками, не давая подняться. Третий из муров, бросивший в меня оружием, воспользовавшись своим шансом, дал возможность четвертому из нападавших подбежать ко мне, и тот, не упустив момент, вскинул дубину и со всего размаху нанес удар мне по голове. И наступила темнота.

Очнулся я от тихого пересвистывания шагах в пяти-семи от себя. Попытался приоткрыть глаза и понял, что правый глаз весь залит кровью, стекавшей из рассеченного лба. По разбитой маске шлема ползла паутина трещин, но она не помешала мне разглядеть двоих муров, перебинтовывающих своего товарища, сидящего на земле. Тот тихо стонал, а на боку сквозь белизну бинтов проступало красное пятно крови. Видимо, шарахнув меня по голове, эти двое решили, что со мной покончено, что шлем — это часть меня, а не элемент защитного снаряжения. А это шанс, главное теперь — суметь воспользоваться им. Револьвер все еще зажат в руке, но там лишь один патрон. Враги близко, расстояние между нами не больше пяти шагов, пара секунд, а дальше второй ошибки они не допустят и точно меня добьют. Пробую пошевелить ногами — не выходит, чем-то они успели плотно спеленать лодыжки. Может, я им нужен живой? Да наплевать, в мои планы знакомства с ними не входит. Тогда что? План созрел у меня почти сразу, едва я вспомнил о мачете за спиной. Резко сев, я вскинул руку с револьвером, в глазах на миг потемнело от рывка, головокружение не позволило выстрелить сразу, но и враги, не ожидавшие ничего подобного, удивленно уставились на меня, допустив промашку. Выстрел из револьвера почти в упор заставил одного из муров рухнуть назад, второй с криком рванул ко мне, чтобы получить размашистый удар по ноге выдернутым из-за спины мачете, практически разрубившим кость.