Вызов (СИ) - Видум Инди - Страница 39

Заправку я завершил, винтики вкрутил обратно, корпус захлопнул — и не успел я это сделать, как Валерон подхватил паучка и испарился.

— Опять он торопится, — неодобрительно сказал Митя.

— Задержать его могла бы только коробка конфет.

А больше ничего, потому что самым важным делом Валерон считал уничтожение врагов, а врагами для него были все, кто покушался на наше благосостояние и жизни.

— Нужно было ему сказать, чтобы дождался, когда выбранная жертва будет спать.

— Да так и получится. Пока он доберется до поместья Базанина, часть уже точно спать лягут. Или подождут, когда жизнь в поместье затихнет.

Валерон и 007 вернулись до того, как я отправился спать, что однозначно намекало: Валерон ждать не захотел.

— Не подействовало, — грустно сказал он. — И еще едва 007 не пришибли, потому что укус скверник ощутил и попытался прибить источник. Зато есть хорошая новость. Их артефакты 007 пробивает. Может, на великом князе попробовать? Сравним артефакты.

— У него тоже может быть иммунитет к ядам. Он навыки скрывает, — напомнил я. — Мы видим только те, что он позволяет, да и то уровни там наверняка повыше на самом деле.

И еще у него наверняка куда более сильные артефакты. Я бы на месте великого князя не полагался на общедоступные артефакты, а имел бы свои, куда более высококачественные, чем у скверников рангом ниже.

— Но проверить-то мы можем?

— Можем, — сдался я. — Но он должен спать, чтобы не прибить нашего паучка. А еще желательно хотя бы схему его комнат иметь.

— 007 как раз сделает. Давай, заправляй его снова.

Заправил я не только капсулы, но и накопитель под завязку, чтобы не переживать о том, что энергия у моего создания может закончиться в самый неожиданный момент. Проверил маяк — он тоже не собирался ни тускнеть, ни разваливаться. Короче говоря, 007 отправлялся полностью подготовленным к диверсии.

— Митя, а что там с чтением у 007? — спохватился я.

— Пока читает медленно, — ответил он. — Но что-то прочитать может.

— Если будет возможность глянуть документы, тоже пусть глянет, — почему-то обратился я к 007 через посредника.

Хотя меня-то он понимал, просто ответить не мог. Последнее было очень неудобным: приходилось всё время звать Митю, чтобы с ним пообщаться. Переходник делать необходимости не было: Митя в точности сообщал всё, что хотел до меня донести 007.

007 поднял правую лапу в жесте согласия, и мы стали обговаривать детали. Валерон проникнуть внутрь здания не мог, поэтому должен был ошиваться рядом на случай необходимости немедленной эвакуации сообщника, то есть ему предстояла бессонная ночь. Помощник с этим был согласен, заявил, что исследует защиту на предмет лазеек потщательней. Вдруг найдется дыра для маленькой собачки в материальном виде.

После чего они отбыли на еще одну диверсию. Я же дожидаться их возвращения не стал, отправился спать. И сделал совершенно правильно, потому что вернулись они уже утром перед завтраком, который Валерон в этот раз пропускать не стал.

— Дыры не нашел ни одной, — огорченно сообщил он. — Но нашел перспективное место, где прут держится не очень хорошо. Там всего лишь надо будет отсоединить защитное заклинание и доломать прут.

Он с надеждой посмотрел на меня.

— Заклинания отсоединять не умею.

— Ты же артефактор, — возмутился Валерон. — Это у них одно из базовых умений.

— Развеивать, — напомнил я. — А развеиваемое наверняка привлечет такое же внимание, как и сработавшее. Так что нет.

Говорил я об этом с неменьшим сожалением, чем выказал после моих слов Валерон, потому что, добравшись до покоев великого князя, Валерон сможет нанести куда более серьезный ущерб, чем 007. В том, что паучку удалось даже укусить, я сомневался, а уж в том, что этот тип не умрет даже от укуса самой ядовитой змеи, — был полностью уверен.

Собственно, это и сказал 007, когда я позвал Митю для общения с ним. Ждать, когда цель уснет, 007 не стал, попытавшись сначала просто прокусить защиту. Результат был такой же, как и при нападении на меня — великий князь попытки укуса не заметил. Тогда 007 засел в ожидании, и ему повезло: утром цель сняла артефакты, чтобы заменить в связке один на другой. Но укус даже к воплю не привел.

— Он сначала рукой хлопнул по ноге, куда был сделан укус, — отчитывался Митя. — А потом запустил поисковое заклинание. Наверное, на жизнь, потому что 007 обнаружен не был. Позвал охранников для обыска. 007 рисковать не стал, сбежал. Документов в открытом доступе не было. Великий князь ни с кем не общался, кроме прислуги. Им он подозрительных приказов не отдавал.

Конечно, результат был ожидаемым, и всё же я расстроился: легкой дороги не получилось. Теперь нужно продумывать, как нейтрализовать столь опасного противника, у которого имеется куда больше рычагов, чем у меня.

И мне даже в голову не могло прийти, насколько изобретательным окажется противник. В университете ожидала меня неприятность. Не успел я приехать, как мне сообщили, что декан просил меня зайти к нему немедленно.

— Петр Аркадьевич, я должен вас предупредить, — сказал Захарьин. — И сразу говорю: я не имею к этому ни малейшего отношения.

— Честно говоря, Петр Валерьянович, я не понимаю, о чем вы.

— О ваших артефактах. Я не сообщал о них никому, но слухи до военного ведомства дошли, и от вас собираются потребовать схему. Обычно такие вопросы решаются долго, но в вашем случае было продавлено ускоренное решение сверху. Мне очень жаль, Петр Аркадьевич. И я действительно не имею к этому отношения, хотя вы вполне можете подумать по-другому.

— О, я даже не сомневаюсь, что это не вы, Петр Валерьянович, — ответил я.

Потому что точно знал, кому нужны схемы моих артефактов. И это вовсе не военное ведомство. Ведь не они на меня уже несколько раз безуспешно покушались. Артефакты великого князя наверняка были другими, с иным принципом действия, иначе бы к моим уже подобрали бы ключик.

— Я рад, что вы это понимаете, Петр Аркадьевич, и не де́ржите на меня зла. К сожалению, в данной ситуации я ничем не могу вам помочь, — огорченно вздохнул он.

— Разве что консультацией, Петр Валерьянович. Исходя из того, что я нынче исполняю княжеские обязанности, не могут ли на меня распространяться и некоторые княжеские права? В частности, право не делиться собственными схемами с государством?

— Увы, Петр Аркадьевич. Это предлог, благодаря которому рассмотрение может затянуться на месяц, максимум — на два, — ответил он. — Если бы не давление оттуда, — он поднял палец к потолку, — вполне возможно, что в вашей ситуации рассмотрение затянулось бы на несколько лет, пока вороновское княжество не прекратило бы свое существование окончательно. Но кто-то наверху очень хочет получить вашу схему. Армии нужны качественные артефакты. Единственное, что я могу для вас сделать, — попытаться выбить достойную оплату. Но предупреждаю: если вы затеете игры с затягиванием, сделать это не смогу, и вы получите по минимальному порогу.

— И всё же я предпочел бы затянуть, Петр Валерьянович, — решил я.

— Подумайте еще раз, Петр Аркадьевич, — сказал он. — Даже два месяца ничего не решат, а в денежном плане вы потеряете очень и очень много.

Захарьин не имел ни Скверны, ни клятвы кому бы то ни было, и всё же я не считал разумным ему доверяться. Конечно, внешне он радел за мои интересы, но кто знает, к чьей партии на самом деле он принадлежал?

— Мне сейчас важней время, чем деньги, — сказал я. — Каким образом я могу получить его больше?

— Предписание выписано. Осталось вам его вручить. С момента вручения пойдет отсчет времени, когда вы должны будете предоставить схему. В конце этого срока можно подать апелляцию. Но насколько ее быстро отклонят — а ее отклонят, я даже не сомневаюсь, Петр Аркадьевич! — я сказать не могу. Будет собираться княжеский совет, который и решит, насколько обоснованы ваши претензии в отношении княжеских привилегий.

— Что ж, тогда постараюсь не получать предписания как можно дольше, Петр Валерьянович.