В синем море, в белой пене (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 19

— Привет животное, — обратился я к коню, за что удостоился взгляда полного презрения.

— Так, не надо на меня так смотреть! — пригрозил я ему кулаком, — а то опять не буду брать с собой в поездки, будешь один куковать в Аликанте.

Взгляд голубых глаз то ли понял тон, то ли помог в этом показанный кулак, но Телекуш милостиво позволил мне на него взгромоздиться, и более того, повёз куда я ему показал.

— Я смотрю у вас особые отношения со своим скакуном, — с улыбкой прокомментировал барон Марсилья сценку, которая развернулась у него перед глазами.

— Подарок женщины, сеньор Педро, — пожал я плечами, — как я мог ей отказать? Теперь вот приходится угождать ещё и его капризам.

Барон Марсилья рассмеялся и уже с большим интересом посмотрел на меня, чем при нашем знакомстве.

— Любите женщин и лошадей, ваше сиятельство? — поинтересовался он.

— Что опьяняет сильнее вина? — продекламировал я внезапно всплывшую у меня в памяти цитату, — лошади, женщины, власть и война.

Челюсть у дворянина лишь на мгновение дрогнула.

— Судя по тому, что я о вас узнал всего за десять минут знакомства, ваше сиятельство, — уголок губ его дрогнул, — у вас из этого перечня не хватает только власти.

— Ах, не льстите мне барон, — вдохнул я, — эту войну придумал Его высочество Энрике, который грезит победами своих славных предков. Я совершенно мирный человек, который больше любит домашний уют.

На такую простую разводку он не повёлся, поскольку, показав левой рукой на мою огромную охрану из швейцарцев, ехидно заметил.

— Охрана у вас, ваше сиятельство не похожа на ту, что бывает у человека, которому нечего бояться. Я, например не могу себе такую позволить. Сколько у вас швейцарцев? Двести? Триста?

— Я содержу пятьсот, сеньор Педро, — тяжело вздохнул я, — и да, они съедают у меня все деньги, даже порой самому на еду не остаётся.

Хмыкнув, он сделал вид, что поверил мне и не только проводил до дворца, но ещё и провёл до рабочего кабинета Хуана II.

— Я доложу Его высочеству, что вы здесь, — показав мне на кресло, он откланялся.

Мне ничего не оставалось, как ждать, но король и правда пришёл через двадцать минут, в какой-то нелепой одежде, одетой наспех, весь всклокоченный с красными от недосыпа глазами. Поскольку он явно видел всё хуже и хуже, его завёл внутрь канцлер, который поздоровавшись со мной, тут же ушёл, закрыв за собой дверь.

Едва король вошёл в кабинет, как я поднялся и низко ему поклонился.

— Иньиго, оставь уже эти реверансы, ты же знаешь, что я едва тебя вижу, — отмахнулся он, падая в своё глубокое кресло, которое застонало под его весом, — с чем приехал? Чего Энрике не живётся спокойно?

— Вопрос не по титулу, Ваше высочество, — ответил я, — если бы я был королём, я был бы вашим самым лучшим соседом.

— Сильно в этом сомневаюсь, — он покачал головой, — мне тут новости из Флоренции привезли, ты помирился с Миланом? Что ты стряс с герцога за это?

— Ещё пока сам не знаю, Ваше высочество, — удивлённо ответил я, — граф Латаса был на переговорах от моего имени, но он ещё пока не вернулся.

— Как мне сказали, ты ободрал бедного Франческо Сфорца до исподнего, — криво улыбнулся Хуан, — так что определённо твоим соседом я бы не хотел быть.

— Ладно, если говорить о нашей миссии с архиепископом Толедо, — я перешёл к делу, — то я предложил королю забыть о Каталонии и попросить у вас Эстелью, в обмен на нейтралитет.

Рот у Хуана приоткрылся, затем он покачал головой.

— Ты с ума сошёл? — искренне изумился он, — отдав Эстелью, я дам Кастилии сильный козырь против себя. Этот перевал важен Арагону для торговли с Францией.

— Именно поэтому я и предложил ему требовать этот ценный приз, — согласился я с королём, а он, поняв, что у меня есть план, заинтересованно посмотрел на меня.

— Рассказывай всё, уверен, ты бы не стал делать это, не подумав.

— Спасибо за комплимент, Ваше высочество, — склонил я голову, — но на самом деле, я не вижу победы в этой войне ни у Его высочества Энрике, ни у Вас.

— Да я сам думаю ровно также, — зло ответил Хуан, — проклятые каталонцы только рады будут нагадить мне. Но всё равно, отдавать что-то Энрике, я не хочу, даже учитывая то, в каком бедственном положении сейчас нахожусь. Кстати, займёшь денег своему королю? Всего каких-то тридцать тысяч золотых?

— Вы знаете моё правило, Ваше высочество, — покачал отрицательно головой я, — я не занимаю правителям.

Хуан досадливо цыкнул.

— Но могу занять другу, — продолжил я с хитрой улыбкой, — за небольшие уступки.

— Эстелья — это ого-го какая уступка! — покачал он головой.

— Так вы меня недослушали, Ваше высочество, сразу переключившись на деньги, — легко укорил его я, — так что я продолжу с вашего разрешения.

Хуан поощряющее кивнул.

— Поскольку никто не верит в то, что вы расстанетесь с этой сеньорией, то мы на этом и сыграем. Когда мы с архиепископом Толедо с официальным посольством прибудем к вам, вы будете грубить нам, угрожать, но пообещаете подумать над этим предложением. Этим мы потянем время, а тем временем Его высочество Энрике посидит весь декабрь в Барселоне, на полуголодном пайке и смотря как утекают его деньги на провизию для своего войска, глядишь к новому году подумает, что эта война в целом не очень-то ему и нужна.

— Я самого предложения, от тебя так и не услышал, — заметил мне король.

— Вы скажите королю Энрике, что согласны не переход сеньории Эстелья под Кастильскую корону, но с одним условием…

— Зная тебя, дай угадаю, — король ехидно посмотрел на меня, — править в ней будет некий мелкий, наглый граф из Аликанте? Который его и мой вассал тоже?

Я скромно улыбнулся и шаркнул ножкой, приятно разговаривать с умным человеком, который всё понимает без лишних слов и убеждений.

— К тому же, — я пожал плечами, — время играет не только против вас Ваше высочество, в Кастилии дела идут если и чуть лучше, чем у вас, то ненамного: маркиз де Вильена мутит воду со своей Лигой дворян, проблемы престолонаследия, поскольку кто-то распускает слухи о том, что дочь короля не от него, и прочие прелести, которые не позволят Энрике надолго оставить свой трон без пригляда.

— Хм, — задумался Хуан, — а он сам-то согласится на это? Ты вроде не из его любимчиков.

— Не сразу, — улыбнулся я, — конечно он согласиться на это не сразу, именно поэтому мы с вами и потянем время, говоря, что отдадим то, что он хочет, только при этом условии. Ну или иначе война, которая не нужна ни вам, ни ему.

— Каталонцы, последние свои башмаки съедят, когда узнают об этой сделке, — с большим ехидством в голосе сказал Хуан, — они так рассчитывали на Кастилию и Энрике в войне против меня.

— Эти бунтовщики заслуживают смерти! — резко ответил я, — бунтовать против короля, которому они присягали на верность? Я этого никогда не признаю!

Хуан II одобрительно посмотрел на меня.

— Слушай Иньиго, эти тридцать тысяч, когда я смогу их получить? — поинтересовался он о важном для себя.

— Вы всё время торопитесь Ваше высочество, — тонкого улыбнулся я, — поскольку у меня есть к вам ещё одно предложение, которое может сделать вас богаче ещё на двадцать тысяч.

Король тут же заинтересованно приподнялся и наклонился вперёд.

— Говори!

— Остров Мальта, — ответил я, — я хочу его у вас купить.

— Это где-то рядом с Сицилией? — нахмурил он лоб, а когда я кивнул, он продолжил, — мне нужно посовещаться со своими советниками. Может там есть что ценное, нужное мне самому.

— Конечно узнавайте, Ваше высочество, — тут же согласился я, поскольку если настаивать, то он поймёт, что остров мне очень нужен и тут же цена будет расти.

— А тебе он зачем? — поинтересовался он.

— Как и на Балеарских островах, построю укрепления против пиратов и турок, — честно ответил я, — я тут недавно такой успешный рейд сделал, так что хочу развить этот успех.

— Я слышал да, — покивал он головой, — только особо прибыли он не принёс? Говорят трофейных кораблей не было ни одного.