В синем море, в белой пене (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 37

Я слышал, как позади, девушку наставляет добрый Бернард.

— Тебе дадут учителей, чтобы ты научилась прислуживать, объяснят твои обязанности, а до этого времени просто лучше помалкивай. Тебе понятно?

— Да синьор! — быстро ответила она, — я просто подумала меня хотят изнасиловать.

— Чтобы тебя изнасиловал сам маркиз де Мендоса, — хрюкнул сзади Ханс, который тоже шёл рядом с ними, — это ещё нужно заслужить.

Они с Бернардом стали хихикать, словно маленькие дети, вспоминая разные истории на родном языке, от которых мои уши стали краснеть, но я гордо и молча дошёл до таверны и поднялся наверх, чтобы представить синьору Антонио, девушку, которую он запросил у меня.

— Она служанка, у меня на контракте, — сказал я, — вам будет предоставлена, как повозка и остальные слуги.

— Какая-то она вблизи невзрачная, — неожиданно заупрямился он, — у них там не было кого покрасивей?

Я перевёл взгляд на девушку, которая без своего открытого хитона, показывающего её ноги, а также яркой косметики на лице и правда смотрелась на троечку по пятибалльной шкале.

— Синьор Антонио, — я вернул взгляд на старика, — вы же сами заставили меня взять её!

— А теперь я передумал, — радостно заявил он, — она не такая красивая, как я думал вначале.

Я перевёл взгляд на Сергио, который и посоветовал его мне, на что тот, лишь пожал плечами и заявил.

— Никто не говорил тебе Иньиго, что синьор Антонио приятный в общении человек. Я лишь говорил, что он отличный дипломат.

Старик рассмеялся и закивал головой.

— Я правда не сильно хочу уезжать, — вздохнул он, — не хочу менять свою размеренную жизнь. Так что вы должны меня понять, я хочу получить лучшее для себя за эти неудобства.

— Хорошо, кто вас интересует? — вздохнул я, принимая неизбежное.

— Пойду выберу сам, — заявил он, и ушёл вместе с Бернардом, искать себе служанку среди актрис этого балагана, даже не знаю, чего он вообще к нему прикипел. Мало ему других девушек в целом городе?

Я повернулся к актрисе, на глазах которой показались слёзы. Что делать теперь с ней я не знал. По-хорошему отобрать у неё монету и дать пинка под зад было бы наверно правильным решением, но я подумал, что от подарков судьбы не стоит отмахиваться так уж бездумно. К тому же не стоило в присутствии кучи людей заводить разговор о монете.

— Что ты там говорила про изнасилование? — решил пошутить я, — от тебя отказался даже семидесятилетний дед.

Не слёзы, а целые ручьи хлынули из её глаз, и она захлюпала носом, заставляя меня заподозрить неладное.

— Ты что, девственна что ли? — изумился я, поскольку найти такое чудо среди артисток было даже реже, чем мне серебряный шекель Иуды.

Девушка покраснела и кивнула головой.

— Слушай, а твой отец возможно и не такой плохой человек, как я о нём подумал вначале, — покачал я головой, — ладно, не реви, останешься у меня на год, там будет видно.

— Правда, ваше сиятельство? — на меня то ли с испугом, то ли с радостью посмотрели зелёные глаза, — вы не прогоняете меня?

Она совершенно точно поняла, что её девственности ничего не грозит, по крайней мере не от меня точно, так что явно осмелела.

— Оставайся, — вздохнул я, — на лошади ездить умеешь?

Она быстро закивала головой.

— Отлично, — я посмотрел на Сергио, который с улыбкой смотрел на это всё действие, — что ты так хитро улыбаешься?

— Ещё одна девственница, — заметил он, со значением, — напомни мне, с кем мы там ещё не воевали? Франция? Священная Римская Империя? Англия?

Я закатил глаза и показал девушке сесть в дальний угол и не отсвечивать. Что она с радостью и сделала, а вскоре появился синьор Антонио, который с гордостью показал мне ещё одну мою новую служанку. Бернард мне тихо сказал, что никто из других актрис старику не понравился, так что он остановил свой взгляд на одной из служанок трактира. Бернард уже договорился обо всём с хозяином, оплатив ему расходы на поиск новой, так что больше препятствий на подписание соглашения между мной и Антонио Беккаделли не было, и мы подписали договор, договорившись, что он может без спешки заканчивать свои дела и ехать сразу в Аликанте, поскольку у меня ещё были дела в других местах. Так что поутру, купив дамское седло и лошадь для Аньес, я выехал в сторону Венеции.

Глава 20

5 февраля 1463 A . D ., Венеция, Венецианская республика

Лёгкий накрапывающий дождик встретил меня в Светлейшей, а затянутое серыми тучами небо подсказало, что мне возможно будут здесь не очень рады. В этот раз, поскольку нас никто не ждал, мы поехали пешим ходом до дворца Лоредано, с трудом протискиваясь в некоторых местах через толпы народа, поскольку только главные улицы Венеции были предназначены для подобных больших отрядов. как наш. Но преодолев все трудности, мы наконец добрались до нужного места.

Бернард отправился разговаривать с дворецким, который сразу меня узнал и вернулся со швейцарцем, низко мне кланяясь.

— Ваше сиятельство! Какая радость, вы снова прибыли к нам в гости! — бесконечно кланялся он, — надеюсь вы остановитесь у нас?

— Не знаете случайно, а где остановился кардинал Виссарион Никейский? — поинтересовался я, вдруг он обладает подобной информацией.

— Его преосвященство, как посол от Святого престола остановился во дворце дожей, ваше сиятельство, — дворецкий на моё счастье оказался хорошо информирован.

— А синьор Джорджо сейчас дома? — уточнил я, поскольку он наверняка бы меня встретил.

— К сожалению нет, ваше сиятельство, — поклонился мне дворецкий, — синьор Джорджо на совещании Совета Десяти.

— Ладно, тогда если можно, разместите нас, — решил я остановиться в привычном месте, а уже потом разбираться с тем, где правильнее это было бы сделать. Сказав это, я снял один из перстней и протянул его приятному человеку, который в отсутствие хозяина ответил на все мои вопросы и тут же погнал слуг, чтобы обеспечить нас всем нужным.

— Благодарю вас, ваше сиятельство, — улыбнулся венецианец и ещё раз низко мне поклонился. Перстень он конечно же взял и надел его себе на мизинец, поскольку мои пальцы были не такого размера, как у взрослых. Так что снимай с любого, всё равно будет маленьким для среднестатистического взрослого человека.

— Да, кстати, — обратился я к нему, когда он провожал меня до выделенных комнат, — со мной новая служанка, ничего не знает, ничего не умеет, так что, если можно поднатаскайте её до того высокого уровня, какой принят в доме рода Лоредан. Я буду вам безмерно за это благодарен.

Моя благодарность в размере десяти золотых перекочевала из рук в руки, и дворецкий мне улыбнулся.

— Чтобы вы могли и других слуг привлечь к этому нелёгкому делу, — объяснил я ему передачу денег.

— Ваше сиятельство, не обязательно было давать мне деньги, я бы сделал это просто потому, что вы попросили.

— Мне просто нравится делать людям приятное, — улыбнулся я ему в ответ, — к тому же вы не последний человек в этом доме, всегда можете мне подсказать чего я не знаю, например о погоде, или о хороших местах.

Он сразу всё понял.

— Что вас интересует ваше сиятельство?

— Синьора Иньиго будет достаточно. Где у вас можно заказать лучший кинжал?

— В цехе у мастера Альбергетти, — тут же ответил он, — синьор Джорджо заказывает своё оружие только у него.

— Хм, — задумался я, чтобы понять, как мне лучше спланировать своё время, но благодарный мне за подарки мужчина, сам предложил помощь.

— Синьор Иньиго, синьора Орнелия родила, и сейчас свободна, — с намёком сказал он, — может быть мне послать к ней за помощью? Я помню, что вы с ней хорошо ладили в прошлое своё прибытие.

Мои глаза расширились, дворецкий окупал все вложения в него.

— Если вам будет нетрудно любезный, — улыбнулся я, и он с поклоном открыл двери моих покоев, возле которых мы разговаривали и сказал, что сейчас всё организует.