В синем море, в белой пене (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 7

— «Нужно будет посмотреть в настройках нового интерфейса, — подумал я про себя, — может что нового добавилось на этот счёт? А пока к сожалению придётся оставить всё как есть».

— Охрана в доме надёжная? — я повернулся к ожидающему меня Иосифу Колону.

Тот не ответил, а лишь молча кивнул.

— Я усилю её своими солдатами, — решил я, — пока, к сожалению, у меня нет времени на их разбор, но после возвращения с войны, я займусь этим, первым же делом. Подготовь мне комнату и всё нужное для этого.

— Уже всё готово, сеньор Иньиго, — улыбнулся мне еврей, — я ведь знал, что вас обрадует то, сколько монет мы уже нашли.

— Ты прав, я очень доволен, — кивнул я, — а потому вопрос, что я могу ещё для тебя сделать, в качестве благодарности за это?

Иудей сразу замахал руками.

— Нет, вы что сеньор Иньиго! — забеспокоился он, — мне хватит уже того, что вы разрешили мне напечатать свои труды в вашей типографии. Мне большего не нужно, я всё и так зарабатываю, работая на вас.

— Тогда хотя бы я оплачу работу типографии за первый тираж, — не сдавался я, — пусть это будет мой подарок тебе, за хорошо выполненную работу. Которая к тому же важна лично для меня.

Иосиф Колон покачал головой, но отказываться не стал. Он низко мне поклонился и ответил.

— Благодарю от всего сердца, сеньор Иньиго, и конечно принимаю ваш щедрый дар.

Глава 4

— Сеньор Иньиго! Какая радость! Вы вернулись! — услышал я, когда, поднявшись из подвала с серебром, мы с Иосифом нашли в комнате старика, нянчившую на коленях недавно родившуюся правнучку.

— Сеньор Авраам, — улыбнулся я ему, видя еврея в необычном для меня амплуа прадедушки, — а мы недавно как раз о вас говорили.

— Надеюсь только хорошее? — улыбнулся он в ответ.

— Почти, — хмыкнул я, проходя и садясь напротив него, параллельно кивнув Саре, которая смущённо мне поклонилась.

Старик нахмурился, передал ребёнка служанке и поняв, что разговор пойдет о делах, попросил всех выйти из комнаты.

Внучка вместе со слугами и ребёнком, с поклоном покинула комнату.

— Так почему почти, сеньор Иньиго? — озабоченно поинтересовался у меня он, косясь при этом на зятя.

— Иосифу не хватает мудрых, надёжных и главное авторитетных людей, которых уважают все, — подлизался я к старику, умаслив его эго.

У меня это получилось, поскольку он тут же расслабился и посмотрел на меня довольно.

— Чем я могу вам помочь? — поинтересовался он.

— Возглавьте банковское дело, сеньор Авраам, а я займусь только ломбардами, — предложил сам Иосиф Колон, — мороки с ними сейчас много, как и поездок, поэтому я предлагаю вам что-то, где не нужно будет много ездить.

— Банковское дело — это хорошо, но где конкретно? — осторожно поинтересовался старик.

— Везде, сеньор Авраам, — ответил я за Иосифа, — везде, где мы присутствуем.

Его взгляд стал серьёзным.

— Вы предлагаете мне возглавить все свои банки, сеньор Иньиго? — удивился он, — но почему?

— Как я уже сказал ранее, — я пожал плечами, — я верю только Иосифу и вам.

Авраам Сениор покачал головой, задумавшись.

— Ты заберёшь себе всех своих людей? — поинтересовался он у Иосифа Колона, на что тот кивнул.

— Вы должны меня понять, сеньор Авраам, — стал оправдываться он, — работы непочатый край: Кастилия, Арагон, Неаполитанское королевство, Флорентийская республика, да я просто разрываюсь на части!

— Добавь к своему перечню ещё Генуэзскую республику, Венецианскую республику, Прованс и ещё возможно Миланское герцогство, — добавил я ещё о небольших своих договорённостях, заключенных между делом. По Милану пока было конечно, неизвестно, примет ли эти условия Франческо Сфорца. Я не знал результатов переговоров Сергио, но был уверен, что ему удастся склонить герцога отдать нам всё запрошенное, благо Медичи были на моей стороне в этом вопросе. Они были немного злы на герцога, который их шантажировал и заставил выбирать сторону в случившемся, между нами, конфликте.

Оба еврея выпучили на меня глаза.

— Что? — скромно шаркнул я ножкой, хоть и сидел на кресле, — я тоже не сижу без дела.

— Вы что, сеньор Иньиго, решили присутствовать во всей Европе? — до Иосифа Колоны наконец дошёл размах нашего дела.

— А ты до сих пор этого не понял? — поднял я бровь.

Мужчины переглянулись, и Иосиф схватился за голову.

— Налаживайте связи с еврейскими общинами везде, — я посерьёзнел, — Иосиф прав, нас мало, так что я думаю, что по итогу, мы будем больше акционерами, основными вкладчиками и аудиторами, проверяющими работу наших дочерних компаний, чем управляющими и работниками там. Только так я вижу, как мы сможем контролировать это гигантское образование, которое нам ещё только предстоит организовать.

Авраам Сениор серьёзно на меня посмотрел, и спросил.

— Если мы будем привлекать ко всему местных, не проще это делать сразу?

— Нет, — я покачал головой, — сначала костяк будет из доверенных людей, которые будет обучать кого-то из местных, и со временем мы всё передадим под их управление, но начинать в новом месте будем только с проверенными людьми.

— Я понял, это разумно, — согласился он со мной, и с улыбкой продолжил, — когда я могу начинать?

— Хоть прямо сейчас, сеньор Авраам, — я развёл руки в стороны, — я уже всё равно проговорил с Иосифом о том, что хотел, так что оставляю вас двоих.

Они поднялись с мест и проводили меня до повозки.

— Приезжайте, если будут вопросы, — попрощался я с ними и оба меня заверили, чтобы я даже не сомневался в этом.

Когда мы отъехали от дома Иосифа Колоны, по моему знаку к окну повозки подъехал Ханс.

— Выдели надёжных людей, для охраны дома иудея, — приказал я, — до нашего возвращения из Арагона.

— Слушаюсь, сеньор Иньиго, — кивнул он, — и можно сразу вопрос?

— Да, конечно, — заинтересованно посмотрел я на него.

— Из тех юношей, что переехали на Балеарские острова, — продолжил он, — многие рвутся стать наёмниками, зная, как хорошо вы платите за эту работу.

— А какой нам смысл брать молодых людей, без боевого опыта? — поинтересовался я у него.

— Мы хотя бы натаскаем их, обучим, а боевой опыт с вами, сеньор Иньиго, всё время как-то набирается, — хмыкнул он, — пусть и не так быстро, как при обычном найме.

— Бернард вернётся, согласуй это с ним, — решил я, — я приму любое его решение.

— Хорошо, спасибо сеньор Иньиго, — поклонился он мне, отъезжая от повозки.

7 октября 1462 A . D ., баронство Альбаида, королевство Арагон

В комнату к умирающему после того, как священник провёл виатикум, набились все родственники.

Белое лицо умирающего, и его тяжёлое дыхание с присвистом, лучше всего говорили, о том, что барон Бенжамин де Виларгут при смерти и ему недолго осталось жить на этом свете.

Он с огромным усилием сделал движение рукой и сидящая рядом Паула, тут же взяла его пальцы в свои.

— Да дорогой? — она то время, что они были вместе стала испытывать к мужу теплоту, как к близкому человеку и ей было грустно, что он скоро умрёт.

— Прошу вас, — через силу сказал барон, — оставьте вражду. Ради меня, ради нашей семьи.

Паула подняла взгляд на Луиса де Виларгута, который скрестив руки на груди, просто молча стоял, никак не реагируя на слова отца.

— Луис, подойди ближе, — попросил тот, но сын даже не шевельнулся в его сторону.

По щеке старика покатилась слезинка, потерявшаяся в морщинах.

— Бенжамин, дорогой, не переживайте, я сделаю всё, чтобы Хайме вырос и стал настоящим вашим наследником, — пообещала Паула.

Уголки губ старика дрогнули в последней довольной улыбке и со следующим вздохом его пальцы сжали пальцы девушки и сразу после этого в них пропали остатки силы, а следующего вздоха уже не было, барон Бенжамин де Виларгут — умер.

Паула сглотнула комок, который образовался у неё в горле, и осторожно убрав руку, словно боясь потревожить мёртвого, поднялась со стула. Все присутствующие в комнате, а точнее, те, кто выжил в противостоянии с ней, её люто ненавидели и делали всё, чтобы она умерла не своей смертью. Если бы не птенцы Хуана Рамоса, об истинной роли которого в жизни Иньиго она узнала не так давно, то она бы давно была мертва, но сейчас заменив в замке почти всех слуг и охрану на тех, кто был верен только ей, она уже не так боялась смерти, как это было вначале её жизни здесь.