Шайтан Иван 12 (СИ) - Тен Эдуард - Страница 10

Признался Аскар на одной из встреч с Анваром. Вовремя переданная главному смотрителю некая сумма лишь подтвердила хорошую репутацию уважаемого Анвара — честного и порядочного торговца. Налоги уплачены, купцы отзываются о нём только хорошо. Побольше бы таких. Сам же главный смотритель, наслышанный о грязных делах английских и прочих европейских торговцев, относился к ним с тщательно скрываемым неприятием. Жадные они.

Немного поразмыслив Кудельников оставил группу усиления из трёх бойцов ССО ещё на три месяца, до следующего рейса. Мало ли как пойдут события.

Представительство английского посольства в Александрии.

Сэр Вильям Бекер, представитель посла, молча слушал Уокера, главу торгового дома.

— Сэр, наглость и самоуверенность этого Анвара переходят все границы допустимого. Он сбил нам все цены на хлопок и посмел угрожать мне кровавой расправой. Вы должны повлиять на него и показать наглецу, что значит мешать нам в нашем деле. Замечу, сэр, в очень важном деле.

Бекер с некоторым равнодушием смотрел на Уокера.

— Послушайте, Джек. Не мне вас учить, как делаются подобные дела. Я не вижу проблем: способов решения множество. Проще всего убрать самого Анвара.

Уокер нахмурился:

— Я пробовал решить проблему этим способом, но столкнулся с тем, что те, к кому я обращался за помощью, вежливо отказали мне и посоветовали не лезть в дела Анвара.

— Даже так? — Бекер удивлённо приподнял правую бровь. — Неужели он настолько значимая фигура в торговле хлопком?

— Да, сэр. За два года объём его закупок увеличился в семь раз. Он переманил двух крупных поставщиков, чем значительно сократил наши закупки. Вы совершаете ту же ошибку, что и мы, — недооцениваете Анвара.

— Он что, действует в одиночку?

— Нет, сэр. Он представитель компании «Русский хлопок». Торговые возможности этой компании достаточно велики, чтобы составить нам конкуренцию.

— Уокер, вы понимаете, что я не могу напрямую вмешиваться в ваши дела?

— Да сэр. Захват и уничтожение каравана судов серьёзно подорвёт состояние русской компании.

Бакер задумался. — Хорошо я дам вам выход на главу одного из крупных пиратских кланов. Дальше действуйте сами и ради бога не упоминайте меня ни при каких обстоятельствах. — Поморщился Бакер.

— Конечно, сэр.

Уокер не стал откладывать и договорился о встрече с Мелик-беем — главой одного из крупных пиратских кланов. Тот обитал в особняке в квартале, прилегающем к порту Александрии, где проживала весьма зажиточная публика.

Поздним вечером Уокер встретился с Мелик-беем.

— Уважаемый Мелик-бей, — начал разговор Уокер, — наслышан о вас как о серьёзном человеке, которому в море нет равных.

Мелик-бей благосклонно прикрыл глаза.

— У меня к вам важное дело. Возникла острая необходимость уничтожить караван судов с грузом хлопка. Впрочем, на ваше усмотрение: можете захватить суда и оставить себе. Главное, чтобы они были потеряны для хозяев.

Мелик-бей заинтересованно посмотрел на собеседника:

— Что за караван?

— Три торговые шхуны русской компании. Они стоят под погрузкой в порту и скоро должны выйти в море.

— Три торговые шхуны… — задумчиво протянул Мелик-бей. — Что я буду иметь с этого?

— По две тысячи лир за каждое судно, золотом. Суда полностью в вашем распоряжении.

— По три тысячи, уважаемый? — улыбнулся Мелик-бей.

— Нет, Мелик-бей. Две тысячи, и суда, и товар — ваши. Вполне справедливая цена.

— Хорошо. Половину вперёд.

Уокер приказал слуге принести кожаную сумку и передал Мелик-бею три тысячи золотых лир.

— Могу ли я быть уверен, что вы выполните свои обязательства? — спросил Уокер.

Мелик-бей кивнул:

— Сообщите, когда суда выйдут из порта.

После выгрузки груза и погрузки хлопка караван вышел в море. Предстоял заход в Константинополь, чтобы забрать дипломатическую почту и прочие небольшие грузы. Не задерживаясь, суда снова вышли в море. Оно было относительно спокойным, однако холодный ветер нагонял волну; распустив паруса, караван быстро набирал ход и взял курс домой.

Во время стоянки в Константинополе Кудельников сообщил капитану шхуны «Пегас», лейтенанту Бархотину, о возможном нападении пиратов.

— Николай Ильич, эти сведения имеют серьёзные основания, — заявил Кудельников за ужином в кают-компании. Лейтенант Бархотин, как старший каравана, внимательно выслушал его.

— Я услышал вас, Макар Иванович. Завтра, перед выходом, проведу совещание, и мы подробно обговорим предстоящий поход.

Ветер дул в левый борт. Караван шёл плотной колонной, сохраняя между судами дистанцию не более полутора-двух миль. Когда побережье Малой Азии осталось позади и начался выход в Эгейское море, смотрящий громко доложил:

— Шесть вымпелов прямо по курсу, идут на пересечение!

Бархотин и Кудельников поднялись на мостик. Лейтенант приник к окуляру подзорной трубы.

— Ваши опасения, Макар Иванович, были не напрасны. Идут явно по наши души, — спокойно проговорил он. — Сигнальщик, передай на «Ольгу» и «Волжанку»: сократить дистанцию, построиться треугольником. «Пегас» — на острие.

— Макар Иванович, попрошу вас спуститься в каюту.

— Ещё чего! Всё снаряжение при мне, а воевать мне не привыкать. Так что располагайте мной, господин лейтенант.

Коротко глянув на Кудельникова, лейтенант сказал:

— Добро, Макар Иванович, будьте с абордажниками.

Послышались громкие команды, засвистели боцманские дудки. Слышался дробный топот матросов, разбегающихся по кораблю.

Кудельников достал баул со снаряжением, надел лёгкий бронежилет, взял дробовик и пистолет, разложил по карманам четыре гранаты. Выйдя на палубу, пристроился к абордажникам по правому борту, наблюдая за приближающимися судами пиратов.

Караван атаковали три одномачтовые тартаны, две двухмачтовые шебеки и одна двухмачтовая шхуна. Пять более мелких судов нацелились на «Пегас» и «Волжанку», а пиратская шхуна атаковала дальнее судно. Матросы быстро убрали паруса, оставив минимум для малого хода, и натянули сети. Кудельников внимательно следил за манёврами трёх пиратских судов, которые атаковали «Пегас». Пираты были опытными мореходами. Одна шебека заходила с носа, другая — с кормы. Мелкая тартана держалась за передней шебекой.

Когда пиратские корабли достигли дистанции уверенного выстрела, лейтенант скомандовал поворот в правую сторону, давая возможность сделать бортовой залп. Раздался грохот восьми орудий шхуны. Пираты успели совершить манёвр, поставив суда носом к противнику, но одно из ядер удачно попало в мачту шебеки: она сразу потеряла ход и попыталась уйти в сторону. Другая шебека, не пострадавшая от залпа, развернулась, выстрелила из трёх орудий и, совершив быстрый поворот, пошла на сближение с «Пегасом». Орудия левого борта не успевали перезарядить, стало понятно, что шебека приблизится вплотную и совершит абордаж.

Фельдфебель абордажников скомандовал:

— Отделение на левый борт, гранаты к бою!

Кудельников выполнил приказ и приготовил гранату. До борта шебеки было не больше двадцати метров.

— Гранатами бей! — раздалась команда.

Чиркнув запалом и досчитав до двух, Кудельников бросил гранату на палубу шебеки, где толпились пираты, готовые к абордажу. Раздалась серия взрывов, затем следующая, и стрелки стали методично расстреливать оставшихся в живых пиратов, мечущихся по палубе в поисках укрытия от губительного огня.

Суда стали расходиться, и лейтенант дал команду на бортовой залп. Два орудия были заряжены картечью, два — ядрами. С палубы пиратской шебеки снесло все мачты, а в борту появилось две пробоины, одна практически по ватерлинии. «Пегас» отошёл от избитого судна и стал разворачиваться, чтобы помочь «Ольге», которая сражалась со шхуной пиратов.

Бой «Волжанки» прошёл ещё быстрее. Она потопила тартану и обменялась залпами с шебекой, которая не стала идти на абордаж, а разошлась с «Волжанкой» и стала удаляться на безопасное расстояние, как и пиратская шхуна. «Ольга» получила незначительные повреждения и пару дыр в верхней части борта.