Челнок Предтеч (СИ) - Кобозев Валерий - Страница 15

— Я несовершеннолетний, нападение на меня совершено в школе, тут полно свидетелей — в деле полная ясность. Мне нечего делать в райотделе — бумаги я тут могу подписать в присутствии учителей. Иначе придется вызывать мою мать, как моего законного представителя — отбарабанил я.

— Хм, подкованный парнишка, однако — ухмыльнулся лейтенант и стал за учительским столом оформлять документы. Урок был сорван, но класс сидел тихо, школьникам было интересно наблюдать, как ведутся следственные действия. Но зашел директор и обломил лафу для них — сказал, что выделил свой кабинет для следственных действий и будет вызывать школьников на опрос. Мы с лейтенантом переместились в кабинет директора, Виктор Николаевич присутствовал на допросе как педагог. Лейтенант докапывался до меня, как я умудрился вырубить такого крупного мужика, тертого уголовника. Объяснил просто — спортом занимаюсь. Рукой до него дотянуться было трудно, пришлось ногой ударить.

Мы вместе с директором прочитали объяснительную, он согласился и разрешил мне подписать, потом и сам ее подписал. Я вернулся в класс, а наша классная отправила к лейтенанту двух девчонок и двух парней для дачи свидетельских показаний.

Директор сообщил нам, что Канкина отчислят из школы, нечего ему тут делать. В общем этот день в школе прошел у меня бурно.

Команда

В моей школе практически нет подходящих кандидатур для моих соратников. Есть у нас в классе умные ребята, но они у себя на уме, у них у каждого намечен свой путь. В нашем классе это Гена Аборин, он собирается стать геологом. Хотя может его и стоит привлечь для решения вопросов с добычей золота. Хотя, собственно говоря, для поисков золота мне геологи не требуются, мне нужны технари. У моей «банды», которая собирается вокруг меня в моем классе, есть у меня такая, интеллект слишком маленький. Их удел техникумы или училища после десятого класса, вряд ли кто из них поступит в институт, или продержится там больше года. Хотя поступать в институты намерены многие.

Глава 8

Погодин

В нашем классе для меня только Валерка Погодин чего-то стоит, он бредит авиацией, имеет в классе авторитет знающего человека. У него проблема — года два назад упал с крыши гаража и повредил тазобедренный сустав. Пропустил пару лет, лежа в больницах, теперь вот с нами будет учиться. Хотя для меня это вполне подходящий вариант — если излечу его, то будет умный и преданный сторонник у меня. Вот, пожалуй, его и привлечем к себе первым. Хотя он тоже лидер, не знаю, как мы с ним будем уживаться. Сейчас у нас разные весовые категории — я вместе со всеми на пикники хожу, на танцы — для него это недоступно. Возле него парни в школе тусуются, в гости к нему домой ходят, у него хобби зарубежная музыка и самолеты. Вот и все его радости. Ходит с тросточкой, хромает. Надо попробовать его излечить, ну и привлечь к себе. Я же от него ничего противоестественного не требую — просто работать со мной в одной команде. Что мы будем делать я еще не представляю — вот вместе и думать будем, нормальное предложение с моей стороны!

Больше, пожалуй, из моего класса мне никто не нужен. Хотя есть еще ребята с умом, но какие-то они слишком тихие. Или это я слишком шумный? Люблю на публику работать наверно, хотя за собой этого не замечал. А, я просто не могу держать в себе свои эмоции — сразу их выплескиваю, поэтому и шумный такой. Теперь, после случая с Генкой, стал тише и умнее, думаю, что говорю. Я стал совсем другим, однако, сам себя не узнаю, резко повзрослел видимо.

Начну с Погодина, может с ним еще кого-то привлечем в нашу банду. Он мечтает в МАИ поступить — Московский авиационный институт, и конструировать самолеты. Хорошие мечты, я мечтаю конструировать радиоаппаратуру, какую правда еще не знаю, но всякие поделки делаем в радиокружке, мне очень нравится. Вот принесли геологический радиометр списанный — интересная штука! На транзисторах! И уже списали. Но в рабочем состоянии, я его себе забрал с разрешения руководителя, опыты разные с ним ставлю. С ним в комплекте идет эталонный источник излучения на кобальте-60, как его подносишь к измерителю — стрелка сразу зашкаливает, надо переключать диапазоны. В общем интересное это дело радиолюбительство. Ну а теперь у меня в руках космический аппарат практически! Я могу на нем через космос летать! Даже вместе с Погодиным! Это дает нам новые возможности, и это совсем другой уровень… Ну да ладно об этом. Что там у нас дальше следует?

Новый день в школе начался с объявления о комсомольском собрании — мы же все комсомольцы, и наш комсорг Маринка Егорова напомнила, что надо сдать взносы за лето. Если кто работал, то один процент от зарплаты. Я прикинул, что заработал за лето шестнадцать тысяч, с собой рублей триста было — я же теперь богатый парень, собирался после школы в ателье себе костюм новый заказать. Завтра закажу — не страшно, спешить некуда. Подошел на переменке к Маринке, отсчитал сто шестьдесят рублей и передал ей как комсомольский взнос.

— Корбин! Ты сдурел? Один процент от зарплаты сдают! — возмутилась Маринка.

— Ну так подели шестнадцать тысяч на сто — получится сто шестьдесят рублей — доказывал я ей.

— Сколько-сколько? — Маринка выпучила глаза.

— Я в артели золотодобытчиков работал, еще самородок и кучу золота сам нашел — пояснил я.

Вокруг нас сразу все притихли — при средней зарплате на Колыме в триста рублей получить такие деньги было нереально.

— Что, ты и налог с них заплатил? — спросила Маринка.

— Со сдачи золота не полагается подоходный налог тринадцать процентов платить, в бухгалтерии об этом сказали — ответил я.

— Ну ты зверь просто — покачала головой Маринка, приняла деньги, сделала запись в моем комсомольском билете и взглянула уже на меня по-другому, оценивающе. Мне пофиг, она слишком крупная для меня, меня привлекают миниатюрные девушки.

— Ты чего и правда в артели работал? — прицепились ко мне пацаны.

— Правда, но туда очень трудно попасть — ответил я откровенно, сразу убивая их надежду на легкий заработок.

Авторитет мой в классе взлетел до небес — я и так был в нем лидером в части учебы и всяких каверз — ну что взять с мальчишек? Но теперь я солидный парень с большим доходом! Наши девушки, как по команде, стали стрелять в меня своими глазками. Нашли мишень, блин! Я аж теряюсь от этого, непривычно. То внимание не обращали, а тут заметили.

На большой перемене я подсел к Погодину.

— Валера, хочу к тебе в гости заглянуть, у тебя есть фото новых самолетов я слышал — попросился я.

— Приходи, расскажешь, как такую деньгу зашиб! — улыбнулся Валера.

— Часа в три устроит? — спросил я. — Приду, расскажу.

— Устроит — согласился Погодин.

К Погодину я пришел подготовленным — со мной была баночка из-под майонеза 250 граммов, наполненная брусничным киселем и пятьюдесятью миллилитрами нанитов.

— Валера, у меня к тебе серьезное предложение, не сочти это за дурную шутку — начал я, когда Погодин разложил на столе фотографии американских истребителей.

— Слушаю тебя — насторожился он.

— Мне стал доступен универсальный эликсир, но в очень ограниченном количестве. Он может помочь тебе вылечить твои суставы. Но с условием, что ты становишься членом моей команды — сообщил я.

— Какой команды? — настороженно спросил Погодин.

— У меня большие планы на взрослую жизнь, хочу достичь больших высот. А для этого нужна команда верных и умных людей — ответил я откровенно.

— И чем ты собираешься заниматься? — все так же настороженно спросил он.

— Разными техническими задачами, в том числе авиацией и космосом — ответил я.

— Ну для этого не просто институт кончить. Надо будет еще за годы студенчества проявить себя, чтобы попасть в КБ, которое занимается авиацией, а тем более космосом. Например, в МАИ действует студенческое конструкторское бюро, вот я и собирался в нем авторитет зарабатывать, пока буду учиться там — высказался Погодин.