Челнок Предтеч (СИ) - Кобозев Валерий - Страница 17

— Очень здорово! — Ибрагим прямо светился от радости.

— Ибрагим, там отвал драги, до основного грунта просто пустая порода — ее надо будет сбросить, и только основной грунт промывать — уточнил я.

— Спасибо дорогой! Но мы такое месторождение будем промывать долго, несколько лет, сам понимаешь, если сразу начнем сдавать большое количество золота, могут и отобрать богатый участок. А так будем вместе с основным обрабатывать, за три года закончим, а может и пять лет будем промывать — куда спешить? Да и для тебя тоже лучше — ты же официально деньги хочешь получать, по сто семнадцать тысяч за год получится, всё не триста пятьдесят — пояснил Ибрагим. — А еще лучше, если по семьдесят тысяч в год.

— Я понимаю это — буду ждать, мне не к спеху. Мне еще два года в школе учиться — ответил я.

— Костя, может еще где ямки с золотом найдешь — за них я сразу рассчитаюсь! — попросил Ибрагим.

— Хорошо, как найду — сразу сообщу — пообещал я.

Попрощавшись с Ибрагимом, я зашел в сберкассу, положил деньги на книжку. Там уже привыкли к моим бешенным деньгам, я каждый раз показывал справку из бухгалтерии, чтобы не было вопросов, откуда деньги. Но я оставил себе тысячу рублей — надо было костюм заказать, да хороший приемник купить, чтобы иностранные языки изучать — это мне Дик подсказал. У нас в школе учительница английского была в восторге от моих успехов, мы с Диком старательно копировали произношение с пластинок, которые слушали в лингафонном кабинете — там в наушниках сидишь и слушаешь урок. Дик сказал, что надо слушать носителей языка, а это зарубежные радиостанции. На пластинках тоже есть чему поучиться — согласился он, когда я ему это предложил — пока других источников английской речи не было.

— Дик, а что — коммуникатор не может принимать радиосигналы? — спросил я.

— Нет, там есть только УКВ диапазон, вашу местную радиостанцию может принимать. А зарубежные радиостанции вещают на коротких волнах — ответил Дик.

Уважаемые читатели!

Прошу вас не забывать ставить сердечки, писать нормальные комментарии, буду благодарен за донаты.

Это ускоряет мои пальцы, стучащие по клавиатуре, и пишущие продолжение этого романа.

Приятного чтения!

Глава 9

Любовь Николаевна

В субботу утром с рейса вернулся Миша, муж моей мамы, я заблаговременно после школы сразу пошел гулять, пообедал в кафе у Ибрагима, потом сходил в кино, вернулся домой к шести вечера — понимал, что маме с Мишей надо уединиться после такой долгой разлуки.

А на следующий день вечером к нам неожиданно пришла подруга мамы по Алма-Ате Любовь Николаевна Триницкая, Миши еще не было дома. Я ее не узнал — она, когда прилетела в Сусуман, была цветущей женщиной, веселой и заводной, вылитая Анжелика маркиза ангелов из популярного фильма. Такая же зачетная фигура, сочная в нужных местах и с тонкой талией. Веселая и обаятельная! Мне так хотелось ей обладать! Ну это в моих юношеских мечтах конечно! Где я и где она!

А тут к нам пришла Золушка — серое лицо, под одним глазом свежий фингал, под другим уже пожелтевший, платье помятое, кое где пятна на нем.

— Люба! Кто это так тебя? — ахнула мама.

— Колька, будь он проклят! — в сердцах выпалила Любовь Николаевна.

— Так уйди от него, вы же не расписывались! — сказала мама.

— Паспорт забрал скотина, не отдает, бьет, когда спрашивать насчет него начинаю — всхлипнула она.

Меня аж зло взяло — эта скотина умудрилась превратить цветущую женщину-красавицу в старуху!

— Ма, я помогу Любовь Николаевне разобраться с этой сволочью — сказал я маме, видел я этого Колю. Крепкий мужик лет пятидесяти, водитель-дальнобойщик.

— Иди Костя, Люба, он тебе поможет вещи забрать и документы — сказала мама.

— Да куда ему против Кольки! Ты чего Ната? Он же мальчишка совсем! — удивилась Триницкая.

— Он приемчики знает, вырубит твоего хахаля с одного удара — усмехнулась мама.

— А куда же я потом? У меня и денег-то нет, на работу устраиваться Колька не давал — всхлипнула Триницкая.

— Я займу тебе денег, снимешь квартиру, работу найдешь — сказала мама.

— Спасибо Наташа! Я бы лучше в Алма-Ату вернулась, там у меня хоть квартира есть — вздохнула она.

— Займу и на билеты, Костя денег летом заработал на золоте, без проблем тебе займем. Пока самолет будешь ожидать — у нас перекантуешься — пообещала мама.

— Ну хорошо, спасибо тебе Наташа! Пойдем Костя — попросила она, и мы, одевшись, пошли домой к Николаю, который жил на окраине нашего городка в частном доме. Он работал дальнобойщиком, и Триницкую брал с собой в рейсы, чтобы не скучать в дороге. Мы за полчаса дошли до дома, зашли в него.

— Сука! Ты где шлялась! — заревел медведем Николай, надвигаясь на нас. Любовь Николаевна спряталась за мою спину.

— Коля, утихни. Верни документы Триницкой и дай спокойно собрать ей вещи — сказал я, выставив вперед ладонь.

— Да я тебе сейчас шею сверну сопляк! Не вмешивайся в дела взрослых! — с этими словами он схватил меня за плечо и рванул на себя. Но я уклонился и толкнул его от себя.

— Руки не распускай! — твердо сказал я. — А то укорочу их.

— Сопля зеленая — и Николай с размаху дал мне оплеуху. Я, конечно, уклонился и врезал ему в солнечное сплетение — он сразу загнулся.

— Где документы? — спросил я у него.

— Пошел ты! — крикнул он и схватил со стола кухонный нож, которым можно зарезать человека, лезвие длиной сантиметров пятнадцать.

— Ты срок хочешь заработать? — спросил я спокойно, это конечно Дик за меня говорил, у меня сердце колотилось как бешенное, я и слова не смог бы сказать.

— Убью обоих! Проблядь! С мальцом связалась! — заревел он и ударил меня ножом снизу вверх.

Я уклонился и одним движением вывернул нож, когда его рука пролетела мимо меня, а его руку захватил в мертвый замок. Коля дернул руку назад, но она мертво сидела в моем капкане.

Он бросил взор на стол, где лежал еще один нож, и схватил другой нож левой рукой. Я понял, что словами его не остановить и ударил его кулаком правой руки в челюсть — нокаут, он, закатив глаза, сполз под стол.

— Любовь Николаевна, собирайте свои вещи, он вам больше не будет мешать — сказал я, вынимая нож из левой руки Николая, лежащего без сознания на полу.

— Ой Костик, ты мой герой! — со вздохом сказала Триницкая и пошла собирать свои вещи. Через четверть часа вещи были собраны, только документы свои она не обнаружила, как и часть вещей, и тут пришел в себя и Николай.

— Сука! — уже менее экспрессивно крикнул Николай, сидя на заднице у стола. — Да забирай свои шмотки тварь! Вон в том шкафу они!

— Коля, не груби, а то зубы твои гнилые выбью — пригрозил я. Он оценил мой удар, замолчал. Молча достал из-под полки документы Триницкой, та перебрала их все, кивнула мне головой.

— Теперь остальные вещи свои собирайте, не спешите, Коля подождет — сказал я, смотря в глаза мужику. Ему было лет пятьдесят, он был достаточно крепким мужчиной, но куда против моих нанитов! Я мог одним ударом ему ребра сломать — но зачем это делать?

Триницкая быстро собралась, набила вещами свою сумку и чемодан, сказала, что все собрала. Я взял в руку чемодан, и мы вышли из дома.

— Куда мне теперь? — всхлипнула Триницкая. — У вас переночую, билет завтра куплю на самолет до Алма-Аты.

И мы пошли к нам домой.

Дома была мама и Миша, ее муж. Уже было поздно, пора было спать. У нас было только одна кровать и диван в моей комнате. Мама постелила нам «валетом» с Триницкой, я долго не мог заснуть с такой красивой женщиной на одной кровати, грешные мысли не давали мне спать. В конце концов я дал команду Дику усыпить меня и поднять по расписанию.

Утром — был понедельник, я пошел в школу, Триницкая осталась дома одна, только сходила купила билет на самолет до Алма-Аты. Вечером они устроили посиделки, две женщины вместе с Мишей, пили вино, танцевали, Миша танцевал по очереди с каждой. Улеглись спать, Триницкая долго ерзала в кровати, не могла заснуть.