Записки акушера. Истории из роддома - Седова Анастасия - Страница 2

– Еще шить.

Операционная дала иглодержатель с иглой и нитью.

Он все же решил переделать. Зашел дальше, глубже, туда, где вероятность кровотечения еще выше. Действовал на свой страх и риск. Получилось.

Серкляжный шов наложили, как следует затянули. Кровотечение остановили.

Увы, преждевременных родов все же избежать не удалось.

Валя родила в 34 недели. Недоношенный, незрелый ребенок. Правда, обошлись без реанимации, ИВЛ, да и в целом, 34 – это не 24 недели. Сейчас у них все хорошо.

Забыла!!!

Ночь. Роддом.

В родильном отделении аншлаг – 6 рожениц на этаже. У Ольги роды четвертые. Родила быстро, легко. Послед отделился и выделился буквально через пять минут, матка хорошо сократилась. Но руку на пульсе все равно держим: четвертые роды – это вам не хухры-мухры, кровануть в любой момент может.

Пока мы с акушеркой ходим, смотрим матку, Ольга звонит маме. Сообщает радостную новость. А трубка то ли на громком режиме, то ли просто слышимость такая.

– Мамочка, ну все, родила.

– Кто, Оленька?

– Мам, ну мальчик. Мы ж в 5 месяцев еще знали, вам сказали.

– Оля, посмотри, точно мальчик? Может, ошиблись?

– Точнее не бывает, мам, мне его бубенчики уже показали.

Мы с акушеркой тихо ржем в маски. Анамнез собирал ординатор, еще в отделении патологии, откуда Ольгу перевели. Но я читала: этот новорожденный мальчишка у Ольги четвертый. Судя по случайно подслушанному диалогу, бабушка неистово ждет внучку.

Через 20 минут после родов Ольги тужится уже Ирина. Для Ирины это первые роды. Мы не торопили, пузырь не вскрывали раньше времени – все плавно и прошло. Правда, промежность у Ирины была высокая, на потугах, увы, не удержали, порвалась. Не хотели эпизиотомию до последнего делать, вот, собственно, и получили.

Малышка у Ирины родилась небольшая, всего 2800 г. Пуповину пересекли, неонатологу вручили. Дождались с акушеркой послед, потом родовые пути осмотрели. Внутри все целое. Моюсь.

Я в резиновом фартуке, стерильном халате. Разворачиваю набор для ушивания. Обезболиваю, жду, пока подействует анестетик. На тот момент прошло примерно полчаса от рождения девочки. Ирина спрашивает:

– А можно мне телефон, я позвоню?

Объясняю, что я сейчас буду накладывать швы. Разговаривать будет не очень удобно. Лучше это сделать после ушивания.

– Да вы мне не помешаете. Если я вас тоже не очень смущаю разговором…

– О-о-о, если вас ничего не смущает, то Анастасию Сергеевну смутить чем-либо у промежности сложно! – это уже акушерка голос подала. Посмеялись.

Итак, я шью, а Ирина звонит. Помните, как в старом советском фильме: «Алло, Вава? Я тебе сейчас такое расскажу…» Вот примерно по этому сценарию Ирина позвонила, кажется, практически всем. В том числе, пяти подругам (судя по стилю общения). Потом выдохнула и попросила санитарку забрать телефон – чтобы не уронить: кровать для родов была старая, не очень широкая, без ограничителей. Я в это время шила. Шов косметический, не быстрый. Тем более, был не прямой разрез, а разрыв: там еще «лохматушки» надо аккуратно собрать.

Шить я закончила, обрабатываю тупфером с дезраствором половые пути, свежий шов. И в этот момент Ирина буквально подпрыгивает.

– Забыла!!!

Я от неожиданности прям вздрагиваю. Хорошо, в тот момент в руках не иглодержатель с иглой был.

– Что забыли, Ирина?

– Мужу позвонить забыла!!! Дайте, пожалуйста, телефон обратно…

Лежал весь родзал.

8 Марта

Попали как-то в мою палату две беременные. У одной – Даши – роды предстояли первые, ждала девочку. И все ей было в новинку, она постоянно обо всем интересовалась у соседки. Как ни зайду, вечно о погремушках-подгузниках беседуют.

Вторая – Нина – была беременна в третий раз и, собственно, в третий раз должна была стать мамой. Дома у Нины были дочки 3 и 7 лет. А сейчас вот ожидался мальчишка.

Положили беременных к нам, ибо срок подходил. Обе они были из районов. А еще у обеих срок родов стоял 8 Марта.

Нина вообще рассчитывала родить пораньше: все же третьи роды, как-никак. И уж никак она не планировала рожать мальчика 8 марта. Она по лестницам километры просто нахаживала. Впрочем, как женщина, у которой ПДР стоял на 9 марта, очень ее понимаю: я тоже не хотела рожать 8 Марта.

А вот у Даши, наоборот, была идея фикс: родить дочку непременно 8 Марта. Ну чтобы у девочки всегда выходной был на день рождения. Даша вообще выглядела этакой мармеладкой: кукольная внешность, светлые волосы, голубые глаза. Для дочки запасла одежки: все розовое, в рюшечках. Ей, правда, соседка сказала, что в роддоме эти рюшечки не нужны никому, но куда там…

Наступает 7 марта. У Даши потягивает живот. А вот обычно такая активная Нина весь день лежит. Утром матка была немного в тонусе, что, впрочем, неудивительно для предстоящих третьих родов. 40 недель без одного дня, как-никак.

Днем зашла к пациенткам в палату: Даша разговаривала с мамой по видеосвязи, а вот Нина все так же лежала. Поинтересовалась, все ли у нее в порядке.

– Я, Анастасия Сергеевна, сегодня полежу, завтра бы еще отлежаться, а там и 9 марта наступит. Чуть-чуть потерпеть.

Вообще, ПДР (предполагаемая дата родов) – это всего лишь ориентировка. Доношенной беременность считается с 37 до 42 недели. То есть, в принципе, в любой из дней этого промежутка беременная может родить, и это будет нормально, срочные роды.

Но конкретно у этих двух пациенток ПДР оказалась не только тремя буквами. То ли психологические какие моменты, то ли и правда условная физиология сыграла: и у Даши, и у Нины 8 Марта начались схватки.

Дашу после утреннего обхода отправили в смотровую: матка у нее регулярно сокращалась. При осмотре шейка оказалась мягкой-премягкой, открытие было уже 3 сантиметра. Сделали клизму, Даша собрала свой минимум розовых вещей, и ее отвели в родблок.

Роды шли естественным путем, никто никого не торопил. В 17:30 Даша родила прелестную девочку. Тут же попросила надеть ей розовый чепчик. Смотрелось все это очень забавно: линялые роддомовские пеленки серо-бурого цвета и розовые рюшечки. Ну да ладно, нам не жалко.

Даша была весьма миниатюрной, а вот ее дочка щеки отъела на 3700 – очень даже прилично для первых родов. Пришлось сделать эпизиотомию.

Пока я ушивала эпизиотомную рану, другой дежурный врач посмотрел Нину. Она пожаловалась на схватки. Осмотр на кресле – открытие 4 сантиметра. На часах было 18:00.

Я заполняла на посту историю родов. Нину проводили в предродовую палату. Опытная акушерка родблока переговаривалась с акушеркой отделения патологии.

– Ой, ну эта-то быстро родит: 4 сантиметра, третьи роды. Пузырь вскрыли?

– Не стали. Отказалась.

– О, как! А чего это?

– Не хочет рожать 8 Марта. Мальчик у нее.

– Ой, насмешила ты меня. До полуночи еще 6 часов, у нее 4 сантиметра. Третьи роды. Увы, родить – нельзя погодить. Если парень сам выбрал, когда родиться, что ж теперь?

Все роды Нина лежала на кровати, изредка поворачиваясь с боку на бок. Один раз встала в туалет. В 10 вечера открытие было уже 8 сантиметров, и, судя по всему, роженицу начинало чуть подтуживать. Были все показания для вскрытия плодного пузыря, но… Нина опять отказалась. Оно и понятно, почему: при такой шейке и отошедших водах она бы родила за полчаса после амниотомии, а то и меньше.

Воды у Нины отошли на полном раскрытии. К счастью, светлые. Головка уже опустилась. Вообще, очень интересно наблюдать за женщиной, которая сдерживает потуги, постоянно поглядывая на часы. 23:40… 23:45… 23:50… К счастью, сердцебиение плода не страдало. Ну а тот факт, что ребенок в итоге родится, никто не оспаривал, даже Нина. Просто все ждали.

Иван появился на свет в 00:10. Глядя на то, каких усилий это стоило его маме, я ненароком задумалась: казалось, в ее ситуации гораздо проще родить, чем пытаться сдержать роды. Но 8 Марта…

Кстати, Даша и Нина и в послеродовом отделении попали в одну палату. У обеих были одинаковые послеродовые сутки, соответственно, и выписывались они в один день: чудесное розово-рюшечно-кружевное счастье по имени Арина и сдержанный, в серо-голубых одежках Иван.