Риск падения (ЛП) - Хименес Эбби - Страница 7

— Что? — спросила я, глядя то на него, то на автобус. Дверь открылась, и из автобуса начали выходить пожилые дамы.

Он повернулся ко мне.

— Слушай, я заранее извиняюсь за всё, что ты сейчас услышишь.

— Кто они?

— Я веду у них уроки по бонсай в доме престарелых, — сказал он, вставая. — Они мной одержимы и у них язык без костей. Я не обижусь, если ты уйдёшь внутрь — на самом деле, тебе даже нужно пойти туда. Сейчас. Немедленно.

Я покачала головой.

— Ни за что.

Он уставился на меня.

— Что значит «ни за что»?

— Пожилые дамы с языками без костей? Нет, я не пойду внутрь.

— Пожалуйста.

— Нетушки.

Он поник.

— Ладно. Только не говори, что я не предупреждал тебя.

Мы подошли к краю настолько близко, насколько я могла себе позволить, и наблюдали, как дюжина седовласых старушек с тростями и ходунками медленно продвигаются к месту, где должна была находиться наша пропавшая лестница.

Прищурившись от солнца, их лидер заметила нас.

— Я вижу его! Поторопитесь, дамы, Боже, у нас времени в обрез. Сэт! Мы пришли, как только услышали!

— Привет, Агнес, — в его голосе слышалась лёгкая обречённость. — Что ты тут делаешь? Разве ты пропускаешь игру в бунко15?

— К черту бунко! Мы хотели прийти и поддержать тебя. Когда ты вчера не явился, мы подумали, что ты умер. Я сказала: сегодня завершился его бракоразводный процесс, в воскресенье, День святого Валентина — и он покончил с собой.

Я даже дар речи потеряла.

Сэт потёр лоб.

— Агнес, как видишь, я не покончил с собой. У меня всё в порядке. У нас просто была небольшая проблема со строительством. Я вернусь во вторник, чтобы помочь тебе с деревьями.

— Он себя не убьёт! Зачем ему это делать? — спросила вторая женщина, продвигаясь на ходунках вперёд сквозь толпу. — Он разводится с женой, которая и с самого начала не должна была быть с ним. — так ей и надо, она шлюха!

Сэт бросил на меня взгляд «Я же говорил».

— Ладно, Дороти. Мне не нравится такой язык, ты помнишь? Мы ведь договаривались, что больше не будем её так называть.

— Ну а если она шлюха?

— Она та, кто спит со своим кузеном, вот кто она такая, — вступился кто-то.

Я наклонилась к нему.

— Ух ты, ты им всё-всё-всё рассказал! — прошептала я, стараясь не смеяться.

— Ну, в свою защиту скажу, что они очень-хорошие-слушатели-с-не очень-хорошей-памятью. По крайней мере, я так думал, — тихо сказал он.

Я втянула воздух сквозь зубы.

— Та, кто спит со своим кузеном — это действительно запоминается...

— Кто это там с тобой? — спросила Агнес.

— Моя соседка, Шарлотта, — ответил Сэт.

Агнес сняла очки с головы и надела их, чтобы прищурившись, посмотреть на меня.

— О, а она красивая.

— Она красивая, — повторил кто-то.

— Милочка, а ты уже видела его штуку с шестью кубиками? — спросил кто-то.

Дороти повернулась, чтобы посмотреть на неё.

— Какую штуку?

— Мышцы на его животе.

— Когда это ты их видела? — спросила маленькая женщина сзади.

— Когда он поднимал дерево Бетти, чтобы поставить его на полку. Его майка задралась.

— Оооо, я видела. Но я насчитала восемь кубиков, а не шесть.

Сэт кашлянул в кулак.

— Ну, а ты? — спросила меня Дороти. — Видела?

— Ещё нет, — ответила я. — Это в моем списке.

— Правда? — прошептал он, едва заметно шевеля губами.

— Теперь да, — также шёпотом ответила я.

— Мы испекли для тебя печенье на День святого Валентина, — сказала Агнес. — Кроме Бланш — она не способна следовать инструкциям даже если от этого будет завиСэть её жизнь. Вместо этого она принесла кексы от Nadia Cakes16. Ты можешь поделиться ими со своей подругой.

— Спасибо.

Мы опустили ведро. Через несколько минут десертов у нас было больше, чем мы смогли бы съесть за год, и гости Сэта начали расходиться. Как только все сели в автобус, водитель подошёл к нам.

Сэт скрестил руки.

— Марко.

— Привет, приятель. Прости, мне пришлось их привезти.

— Пришлось?

— Они беспокоились о тебе. Как и все мы. Брат, у тебя нет лестницы. Мы запустили GoFundMe17.

Это было последней каплей. Я так хохотала, что мне пришлось отойти.

Сэт проговорил через плечо:

— Ну давай, смейся дальше, и я не поделюсь с тобой печеньками.

Я задыхалась от смеха.

— Мне не нужна кампания на GoFundMe, — сказал Сэт. — И, пожалуйста, в следующий раз, когда соберёшься привезти сюда девочек, напиши мне. Я хотя бы морально подготовлюсь.

— Будет сделано, приятель, — Марко направил на Сэта пистолет из пальцев. — Мы все молимся за тебя!

— Хорошо. Спасибо.

Марко ушел.

Я хохотала даже после того как автобус уехал. А потом достала верхнюю тарелку из ведра. Сахарное печенье розового цвета в форме сердца с нанесённой по кругу и перечёркнутой надписью «Шлюха». Меня это убило. Я взяла одну печеньку, а Сэт стоял скрестив руки, пытаясь выглядеть серьёзно, но ему это не удалось.

— Это по рецепту Рут, он удостоен синей ленты18. Она печёт их для церковной распродажи.

— Ну да, конечно. Ты видел это? — спросила я, показывая ему печенье с нарисованным на нём прессе с восемью кубиками. — Легенда о Сэте глубоко укоренилась в «Калифорнийских маках».

— Эти женщины смотрят на меня как на сексуальный объект, и ты думаешь, что это смешно?

— Какие они, когда ты не дома? — спросила я.

— Очень прилипчивые.

— Ха!

Он сдержал смех.

— Прости, но там действительно восемь кубиков? Такое бывает?

— Я тебе не скажу. Мой тщательно вылепленный пресс — не твоего ума дело.

Я прикусила губу и сократила расстояние между нами, пока не оказалась в нескольких сантиметрах от него.

— Ладно, — согласилась я. — Тогда я больше не буду спрашивать тебя о твоём сексуальном теле.

— Хорошо.

— Ты не кусок мяса.

— Нет, я не кусок, — согласился он.

— И я хочу, чтобы рядом со мной ты не боялся за свою безопасность.

— Я боюсь за свою безопасность, — сказал он с притворной серьёзностью. — Очень.

— Ой. А что я могу сделать?

Он приподнял бровь.

— Можно мне спрей от медведей?

— Ты действительно хочешь, чтобы я держалась от тебя подальше?

— Если подумать, то нет.

Мы улыбнулись друг другу.

Он был так близко, что я чувствовала тепло его тела. И мне нравилось это тепло.

От него приятно пахло. Мне нравилась его лёгкая щетина, то, как он напрягал предплечья, когда поднимал ведро, его широкая улыбка и глубокие карие глаза. Мне понравилось, что старушки испекли для него печенье. И что он спас рыбку и говорил о деревьях.

Сэт был в моем вкусе.

Сэт, наверное, был во вкусе всех.

Я задалась вопросом — а была ли я в его вкусе?

Его глаза опустились на мои губы. А мои — на его.

Кто-то внизу закашлял. Мы прервали зрительный контакт и посмотрели вниз.

— Э-э, у меня тут краска, — сказал Джон, ему явно было неудобно.

Мы отступили друг от друга, мгновенно почувствовав неловкость. Ну, по крайней мере, я точно.

— Спасибо, — сказал Сэт, проведя рукой по волосам. — Э-э, нам нужно освободить ведро, дай нам секунду.

Мы перенесли печенье, каким-то образом умудрившись не смотреть друг на друга. Когда мы закончили, Сэт опустил ведро к Джону, а я стояла, не зная, что делать. Мне пришлось обмахивать лицо, потому что щёки у меня горели.

— Хочешь, я помогу тебе все поднять? — спросила я.

— Нет, я сам, ты же не любишь выступы.

— Ладно, — я показала большим пальцем через плечо. — Тогда я начну снимать панельки с выключателей?

— Хорошая идея.

И убежала в свою квартиру.

Глава 5

Сэт

— Как дела в гнезде орла? — спросил Гейб по громкой связи.

Я снял ботинок и посмотрел на ушибленную лодыжку. Сегодня на ногу пришлась слишком большая нагрузка, и теперь она пульсировала от боли. Мне не следовало поднимать и переносить половину того, что я поднимал и переносил, но желание помочь Шарлотте перевесило здравый смысл. Весь день мы занимались покраской её квартиры, и она теперь выглядела великолепно. Сейчас было уже больше восьми вечера. Мы только поужинали — пицца и пиво на лестничной площадке — и разошлись принять душ. И через полчаса собирались встретиться на улице — поесть пикантное печенье и посмотреть на моем ноутбуке сериал, который нам обоим был интересен.