Звездный парус (СИ) - "Tin" - Страница 33

Иле потребовалось почти пять секунд, чтобы понять, что это была не техническая инструкция.

После отключения стабилизирующего поля Олег ещё некоторое время стоял возле обзорного окна, разглядывая корвет.

Потом вдруг хлопнул себя ладонью по бедру.

— Так.

— Слушаю, Олег.

— Мы же самое главное не сделали.

Ила молчала.

— Диагностику.

Олег ткнул пальцем в сторону корабля.

— Мы его внутрь затянули, привязали, а что у него внутри вообще творится — до сих пор не знаем.

Несколько секунд спустя он уже вместе с дройдами тянул к корвету временную силовую магистраль. Стационарное питание докового комплекса сохранилось лишь частично, поэтому пришлось использовать резервную линию.

Толстый энергошлейф медленно протянули через весь док.

Дройд закрепил кабель на аварийном сервисном разъёме корвета. Послышался глухой металлический щелчок.

— Питание подключено, — сообщила Ила.

Олег невольно задержал дыхание. Несколько секунд ничего не происходило. Потом где-то внутри корабля вспыхнули первые аварийные огни. Ещё через мгновение на корпусе загорелись тусклые сервисные индикаторы. Корвет оживал. Медленно. Очень неохотно. Но оживал.

— С добрым утром соня, — тихо пробормотал Олег.

Следующие несколько минут система пыталась установить связь с внутренними контурами корабля. Потом вдруг в доке прозвучал новый голос. Хриплый. Искажённый. Словно проходящий через десятки повреждённых фильтров.

— hgiofgiofqwq… iojiojion8y…

— Ого, — удивился Олег. — А вот и хозяин проснулся.

— Бортовой ИскИн корвета отвечает, — сообщила Ила. — Он сказал, что идентификация завершена… Сейчас скину ему новый языковой пакет.

— Понял.

Несколько секунд системы обменивались служебными пакетами данных. Потом перед Олегом вспыхнула диагностическая сводка. Он внимательно пробежался взглядом по первым строкам. И сразу нахмурился.

— Так… реактор…

Пауза.

— Мёртв.

— Подтверждаю, — ответила Ила.

Следующая строка.

— Из четырёх маршевых двигателей…

Он прищурился.

— Рабочий один.

— Подтверждаю.

Ещё несколько секунд он изучал отчёт.

— Маневровые двигатели?

— Полная потеря функциональности.

— Вооружение?

— Полная потеря функциональности.

Олег коротко присвистнул.

— Неплохо его приложили.

Но дальше информация становилась заметно приятнее. Он дошёл до строки гипердвигателя.

Потом перечитал её ещё раз. Потом ещё раз.

— Подожди.

Он поднял голову.

— Ила.

— Слушаю.

— Мне не показалось?

— Нет.

Олег невольно улыбнулся.

— Гипер живой.

— Подтверждаю.

Следом шла рубка управления. Повреждения присутствовали, но некритичные. Часть оборудования уничтожена. Часть консолей повреждена. Несколько переборок деформированы. Однако сам командный центр оставался целым. Олег медленно кивнул.

— Это уже хорошо.

Потом взгляд снова вернулся к началу отчёта. Реактор мёртв. Маневровые двигатели мертвы. Вооружение уничтожено.

Но…

Жив гипердвигатель. Жив бортовой ИскИн. Жива рубка. И есть один рабочий маршевый двигатель. Он некоторое время молча смотрел на сводку. Потом усмехнулся.

— А знаешь…

— Слушаю.

— Я думал, что будет хуже.

Несколько секунд в доке стояла тишина, но потом Ила спокойно ответила.

— Вероятность восстановления корвета оценивается как высокая.

Олег ещё раз посмотрел на повреждённый корабль. Теперь он видел его уже совсем иначе. Как проект, большой и очень сложный. Но вполне реальный. Маневровые можно будет изготовить. Вооружение посмотреть, но в принципе зачем пушки в отпуске? Но если будет возможность, то это мы исправим. Глянем, что там с остальными маршевыми.

— Ну что ж…

Он довольно коснулся ладонью по инженерному планшету.

— Значит мы это вылечим.

Олег был уверен, что однажды этот корабль снова полетит.

После окончания работы в ремонтном доке путь обратно занял почти столько же времени. Олег не торопился. Он шёл спокойно, размеренно и периодически останавливаясь возле очередной пробоины или повреждённого участка корпуса. Теперь разрушенные секции Зимовьев воспринимал немного иначе. Не как препятствие и напоминание о произошедшем сражении, а как ещё один фронт работы. Очень большой, но понятный.

Путь снова проходил через вакуумные участки, повреждённые тоннели и старые технические магистрали. Мимо всё так же дрейфовали обломки. Всё так же встречались останки членов экипажа, оставшиеся там, где их когда-то застала война.

Олег больше не задерживался возле них надолго. Только коротко кивал своим мыслям и шёл дальше. За последние годы корабль постепенно перестал быть для него чужим. А экипаж — незнакомыми мертвецами. Странное ощущение, но где-то глубоко внутри он уже воспринимал их как своих. Когда впереди появились первые жилые секции, Олег почувствовал невольно облегчение. Не физическое. Скорее бытовое и почти домашнее. Словно после долгой командировки возвращаешься в знакомый район города.

Он тихо усмехнулся собственным мыслям. Когда-то эта махина казалась ему бесконечной. Теперь он уже примерно понимал, где находится каждый крупный сектор. Где жилые блоки. Где медицинский сектор. Где инженерные мастерские. Где производственные комплексы. И где теперь находится корвет. Последняя мысль заставила его снова улыбнуться. Корвет… Теперь он был внутри ремонтных доков. Не дрейфовал в пустоте. Не висел где-то за пределами досягаемости. Не мог исчезнуть. Не мог улететь. Не мог окончательно развалиться под действием времени. Он был здесь, на борту Арбитра.

И это успокаивало сильнее, чем Олег ожидал. Конечно, впереди осталось ещё очень много работы. Проверка корпуса, ремонт доков, восстановление энергосистем, и запуск ремонтных комплексов. Потом — сам корвет, его реактор, двигатели, системы управления, и, возможно, годы работы. Но теперь цель хотя бы не была абстрактной. Она получила конкретную форму и задачу.

Олег остановился возле входа в жилой сектор и некоторое время молча смотрел на зелёную линию навигации у своих ног, но потом тихо хмыкнул.

— Ну что же…

Он устало потёр шею.

— Одной головной болью меньше.

И направился дальше по знакомым коридорам Арбитра.

Глава 13. Неожиданность…

Обучение продолжилось.

После получения инженерного допуска к энергетическим системам Ила неожиданно сообщила, что следующим этапом подготовки станет инженерия связи.

Особого удивления это у Олега сначала не вызвало. За последние месяцы он уже успел привыкнуть к тому, что каждая новая ступень обучения внезапно оказывалась в несколько раз сложнее предыдущей. Поэтому новость он воспринял спокойно.

Ровно до того момента, пока не поинтересовался, что именно входит в новую базу.

— Подожди, — нахмурился он. — Это же просто связь. Ну передача информации. Что там вообще можно изучать отдельным инженерным курсом?

Несколько секунд Ила молчала.

— Для полного освоения инженерии связи требуется изучение квантовых коммутационных контуров, систем синхронизации, подпространственных ретрансляторов, якорей запутанных состояний, буферных узлов передачи и систем стабилизации дальних каналов.

Олег некоторое время молча смотрел перед собой.

— Чего?

— Это базовый список.

— Это ты сейчас пошутила?

— Нет.

Он тяжело вздохнул и потёр лицо ладонью.

— И всё это относится к связи?

— Да.

Олег некоторое время переваривал услышанное.

— Ладно. Тогда другой вопрос. Если всё настолько сложно, почему такие системы стоят вообще на каждом корабле?

— Потому что не стоят.

На внутренней схеме дредноута почти сразу подсветился крупный сектор связи.