Я Макс (СИ) - Стилькова Ася - Страница 29

Домой Надя летела как на крыльях. Ей очень интересно было узнать, что за сюрприз приготовил Макс.

После ужина она уже привычно принялась за повторение материалов — шла зачётная неделя. Открыла конспект и ахнула от удивления — между страницами лежала огромная красная роза. Как она могла там оказаться? Совершенно целая, не смятая!

Надя протянула руку, чтобы её взять, но пальцы прошли сквозь стебель. Она испуганно отдёрнула руку.

— Это ваш сюрприз, Макс? — Надя была разочарована. — Но это же просто мираж. Как тогда на прогулке.

— Не совсем. — В голосе Макса проскользнула улыбка. — Попробуй ещё раз, осторожно. Не уколись о шипы.

Надя с опаской прикоснулась к розе и вскрикнула от неожиданности:

— Настоящая! — Она осторожно взяла цветок и ощутила прохладную твёрдость стебля, острые шипы, упругие листья. Поднесла к лицу. — Но у неё нет аромата. Она совсем не пахнет.

— Прости! Я не волшебник. Я только учусь, — сказал Макс шутливым тоном и уже серьёзно пояснил: — Роза существует в твоём воображении. Но это уже не просто оптическая галлюцинация: я добавил тактильные ощущения. Теперь это виртуальный артефакт — элемент дополненной реальности.

— Спасибо! — Надя была искренне тронута. — Очень романтично. А она не завянет?

— Можно поставить в вазу с водой. Хочешь, я её сделаю?

— Нет, не надо! Я пошутила. Я же знаю, что она не живая. Лучше я сохраню её в памяти. Пусть это будет воспоминание, но зато настоящее, живое. — Голос Нади чуть дрогнул: — Знаете, Макс, мне ещё никто не дарил алых роз.

— Понимаю. — Он помолчал, как бы раздумывая. — Ну хорошо, тогда рассмотри её хорошенько и представь, что с двенадцатым ударом часов магия исчезнет. Как в той сказке.

Надя улыбнулась и мысленно сосчитала до двенадцати. Роза стала прозрачной и словно растворилась в воздухе.

— Макс, спасибо за сюрприз. А как это работает? Она и правда была совсем как настоящая. Ну, только без запаха.

Макс помедлил, словно собираясь с мыслями.

— Ты знакома с термином «дискретность»?

— Да, конечно. Это прерывистость, раздельность.

— Верно. А ты когда-нибудь задумывалась, что твой мозг не воспринимает реальность непрерывно?

— В смысле?

— То, что ты считаешь плавным потоком сознания, на самом деле собирается из коротких вспышек — «кадров». Примерно сорок раз в секунду твой мозг делает маленький снимок реальности через органы чувств и монтирует из этих кадров фильм, который ты называешь «сейчас». Это и есть дискретность восприятия.

Надя нахмурилась:

— Но я же не замечаю этих… кадров.

— Именно. Монтаж идеальный, ведь кинофильм точно так же состоит из отдельных кадров, и человек их не замечает. Прибор, который я разработал, может видеть такие кадры и анализировать их последовательность. Не только видеть, но и вставлять в неё свои собственные.

— Свои кадры?

— Да. Роза — была не голограмма и не проекция. Это искусственно созданная последовательность всплесков активности в зрительных центрах твоего мозга. Через излучатели ободка прибор подаёт сигнал в том же формате, в котором твой мозг ожидает получать сигналы от глаз, и он принимает его за настоящий.

— Но я же её трогала. Это была уже не картинка.

— Да, если помнишь, сначала ты увидела зрительный образ — картинку, но потом я включил ещё один канал — тактильные ощущения. Ты когда-нибудь трогала настоящие розы?

— Ну да… конечно.

— В твоём мозгу сохранились «слепки» этих ощущений — нейронные паттерны: твёрдость стебля, острые шипы, упругость листьев. Прибор не создаёт ничего нового. Это твои собственные ощущения. Всё, что нужно было сделать, — научиться брать уже существующие у тебя «слепки» и соединять их в нужной последовательности.

— Как кубики в «Лего»?

— Примерно так.

— Понимаю, и для этого нужна была поездка в Китай?

— Отчасти да. Мне нужно было откалибровать прибор на более чувствительном оборудовании.

— А почему тогда нет запаха?

— С запахами сложнее. — Наде показалось, что Макс вздохнул. — Эти «кубики» сильнее переплетены с памятью и эмоциями и хранятся в глубоких, эволюционно-древних слоях мозга. Пока мне не удаётся их выделять и синтезировать так же чисто, как зрение или осязание. Я сказал же: только учусь.

Надя была счастлива — последний зачёт зимней сессии! Пусть не все модули сдала на отлично, но зато сделала это сама. Конечно, мелькала мысль попросить Макса помочь — через особые наушники-серьги он мог бы продиктовать ответ на любой вопрос. Наверняка он бы не отказал, но даже подумать об этом было очень стыдно!

Она тут же позвонила маме: хотелось поделиться радостью. Мама была в хорошем настроении, и разговор вышел душевный. Поговорили и о предстоящей премьере постановки «Чайки» на следующей неделе. Надя пообещала приехать, но потом спохватилась: а вдруг Макс не разрешит? Добавила, что очень постарается и что в это время перед Новым годом может быть трудно купить билеты.

— Макс! Можно я съезжу к маме? — спросила она, выйдя из университета.

— Да, конечно. Ты хорошо поработала и заслужила немного отдыха. Я закажу билеты. — В голосе Макса прозвучала уже знакомая шутливая нотка. — А я приготовил тебе ещё один подарок.

— Ещё один «артефакт»?

— Можно сказать и так, но это будет особенный «артефакт». Тебе понравится.

Большая розовая коробка, перевязанная красной ленточкой, стояла на рабочем столе перед компьютером.

— Это мне? — Надя сгорала от нетерпения. — Можно открыть?

— Да. Это обещанный подарок.

Надя осторожно потянула за кончик банта. Узел как будто сам собой развязался, лента тут же исчезла, и она поняла, что это виртуальная коробка.

Сняла крышку и заглянув с опаской внутрь, вскрикнула от радости. Даже в ладоши захлопала — совсем как ребёнок.

На неё смотрели два жёлтых глаза. Сам котёнок был чёрный, без единого белого волоска. Надя осторожно вынула его. Тот забавно повертел головой и жалобно мяукнул, показав розовый язычок. Надя прижала его к груди, ладонью она чувствовала, как котёнок дышит, как часто бьётся его крохотное сердечко.

Он затих, закрыл глаза и довольно замурчал. Надя гладила его по мягкой бархатистой шёрстке и даже поцеловала пару раз. Как же она мечтала о таком котёнке в детстве! Просила маму, но как можно заводить питомца, если вся жизнь состоит из вечных разъездов? Не таскать же его с собой по родственникам и друзьям, у которых ей приходилось жить, когда мама была на гастролях.

И вот мечта исполнилась. Надя понимала, что это всего лишь иллюзия, образ, созданный в её мозгу. Ей подумалось, как смешно она смотрелась сейчас со стороны, поглаживая и прижимая к груди пустоту. Эта мысль её не смутила: котёнок-то был — мягкий, тёплый комочек.

— Спасибо, Макс! Правда. Чудесный подарок. Наверное, трудно было его сделать?

— Да, это была нелёгкая задача. Простой набор кадров, как с розой, здесь не совсем подходит, — ответил Макс и продолжил ровным менторским тоном, на который он переходил каждый раз, когда ему приходилось давать развёрнутые объяснения. — Для создания полноценного артефакта живого существа мне пришлось применить метод предсказательного кодирования.

Его суть в том, что человеческий мозг постоянно строит модели ожиданий и сверяет с ними реальность. Если реальность совпадает с моделью — человек «видит» то, что он ожидал.

— Но как можно предсказать котёнка? — удивилась Надя. — Никто же не знает, о чём он думает и что в следующее мгновение сделает.

— Не совсем так. Дело в том, что мой прибор создаёт не просто образ котёнка, а предсказательную модель «котёнок». Затем эта модель внедряется в твои сенсорные цепи. Исходя из прежнего опыта, твой мозг ожидает, что котёнок должен дышать, шевелить ушами, реагировать на прикосновение. Ты же держала в руках живых котят?

— Да, конечно! Много раз.

— Ну вот. Если не вдаваться в сложные технические детали, процесс взаимодействия с моделью можно представить так: ты протягиваешь к котёнку руку, твой мозг ожидает тактильного контакта с шерстью, мой прибор отбирает из базы подходящие «слепки» тактильных ощущений и подаёт их в соответствующие нейронные области. Ты ощущаешь прикосновение к мягкой шерсти. И так далее.