Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде 1 (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 15

Волк скривился и исподлобья задумчиво посмотрел на подельника. Змей тяжело вздохнул.

– Что? Что тут непонятного? – рявкнул он.

– Ну например то, что чем более хлипкий мост, тем более он ненадежный и тем меньше шансов его перейти, – развел руками Волк.

Змей покачал головой и возвел очи к небу «Ну тупой!».

– Ладно, попробую объяснить по-другому – раздраженно выдохнул он. После чего на несколько секунд задумался…

– Хорошо, – кивнул он наконец. – Представь себе, что у тебя есть набор отмычек, а двери, которую бы ты мог ими открыть, нет. Всё, отмычки бесполезны! Так и с бессознательным человеком, тело есть, а доступа к нему нет. Бессознательный человек – это стена без двери, в то время как спящий – это дверь всего с одним замком, который к тому же очень легко открывается. Теперь понял?

Волк кивнул, теперь понял. И снова перевел взгляд на излишне прыткого пленника.

«Дотащить-то дотащу, – размышлял он, – но сколько это времени займет и кто за меня будет следы заметать?.. Не говоря уже о том, что, как пить дать, сорву спину. Кроме того, так он у меня на виду, а, если я взвалю его себе на горб, и он очнется раньше времени, то он меня и со связанными руками заломает. Такого только подпусти к себе… Может подстрелить? – мелькнула в голове мысль и тут же была, с сожалением, забракована. – Хорошо бы, да, нельзя… Нельзя следить… Особенно кровью».

Затуманенный мозг Ройса вырывал из разговора бандитов лишь короткие отрывки, но основное он все же понял: менталист, отнюдь, не по своей воле ослабил воздействие и его подельника это беспокоит.

Это давало надежду. И ещё больше её появилось, когда оглянулась Лилиан и они встретилась глазами. Даже в таком состоянии её взгляд полыхал решимостью. Она была сильной, его Лилиан, и это придавало Ройсу уверенности.

– Пошевеливай ногами! – в очередной раз больно пнул его в почку Волк и Ройс послушно ускорил шаг: он надеялся этим умилостивить своего погонщика и тем самым ослабить его бдительность: ему нужно было сосредоточиться чтобы ослабить сковывающие его чары.

Волк, однако, то ли понял, его намерение, то ли просто решил, что так безопасней, продолжал его погонять, пиная дубинкой то в правую, то в левую почку снова и снова.

Каждый новый удар отдавался все более сильной вспышкой боли, но Ройс загонял её вглубь сознания, отодвигая на задний план.

Волк надеялся, что подобная тактика «сопровождения» сломает сопротивление слишком ретивого пленника, вот только он не на того напал!

Боль лишь подстёгивало ярость Ройса. И чем сильнее была эта ярость, тем быстрее рушились ментальные путы…

Глава 15

Наконец бандиты со своими пленниками достигли места ритуала. В центре уже была начерчена пентаграмма. Мрак под низко нависшими ветвями деревьев создавал атмосферу зловещего предвкушения.

– Где Череп? – нервно пробормотал Волк, оглядываясь вокруг. Он ожидал, что тот выйдет им навстречу, но он не только не вышел – его вообще нигде не было.

Змей скрипнул зубами и бросил яростный взгляд на пустую поляну. Его лицо побледнело от ярости.

– Это ты мне скажи! – процедил он сквозь зубы.

– Может отлить отошел? – стараясь сохранять спокойствие предположил Волк, хотя на душе у него было очень-очень неспокойно. «Неужели всё-таки сбежал, падла!? Да, нет, вряд ли, – тут же сам себе возразил он. – Если бы он решил сбежать, то сделал бы это сразу, а не стал терять время на пентаграмму».

Змей поднял руку, требуя тишины. Его напряжённое, мертвенно бледное лицо стало ещё более бледным, когда он закрыл глаза и сосредоточился.

– Что за?.. – тихо выдохнул Змей, всё больше растворяясь в окружающем пространстве. Мысль о побеге подельника, он, как и Волк, отмел сразу же. Однако и в то, что Череп отошел отлить он тоже не верил. Что-то было не так… Но вот что?..

Принюхался и Волк. Чужих запахов не было. Но, судя по примятой траве, кого-то определенно утащили в лес. Но кого? Неужели Черепа? Да, нет, бред какой-то! Он же пожиратель душ! Любой из чужаков, кто посмел бы к нему прикоснуться, тут же, в лучшем случае, потерял бы сознание, а в худшем – упал бы замертво. Третий вариант был невозможен настолько, что и сам Волк старался к пожирателю лишний раз не прикасаться.

– Волк, помоги мне их упаковать! – вырвал его из раздумий приказ Змея.

Волк спорить не стал. Пятерых из шести они в любом случае собирались связать, поэтому без единого слова сразу же приступил к делу. И начал он, разумеется, с Ройса… огрев того дубинкой по голове.

«Твою мать! Предусмотрительный зараза!» – только и успел подумать мэр, прежде чем провалиться в темноту.

Вслед за чем таже участь постигла и Конрада Вестера, женщин и детей. А просто так, на всякий случай.

– Что скажешь? – спросил Змей у Волка, как только они закончили с «упаковкой» пленников.

– Что скажешь? – повторил Змей, его голос звучал напряжённо, словно он пытался подавить раздражение.

Волк не сказал ничего. Он нахмурился и проследовал к краю поляны, где остановился и присел, чтобы внимательно осмотреть примятую траву.

– Скажу, что кого-то явно тащили по траве, – лаконично резюмировал он. – И тащили вон в том направлении, – указал он, собственно, направление.

– Кого-то или что-то? – уточнил Змей.

– Ты думаешь Череп клад нашел и решил припрятать, пока нас нет? – хохотнул Волк. – И просто не успел вернуться?

– Я думаю, что не чувствую ничьих кроме Черепа ментальных следов, – нахмурившись, произнёс он мрачным голосом. – Я ощущаю следы сильного удивления и краткой борьбы…

Он сделал шаг вперёд, провёл рукой над линией пентаграммы, пытаясь уловить хоть что-то еще. Затем резко выпрямился и отрицательно покачал головой.

– Нет, больше ничего…

– Ничего, кроме вот этих уходящих в лес следов, – задумчиво проговорил Волк, кивнув на примятую траву.

– Не нравится мне это… – неодобрительно покачал головой Змей. – Очень-очень не нравится.

– Мне тоже не нравится, – согласился Волк. – Но какой у нас выбор? Сам понимаешь, без Черепа никак…

– Понимаю, – тяжело вздохнул Змей. – Ты прав, делать нечего. Пошли! – махнул он в сторону леса.

– Вместе? – удивился Волк.

– Да, вместе, – кивнул Змей. – В чудеса я не верю, а значит, вариант лишь один: Череп решил от нас избавиться и для этого подстроил все так, чтобы разделить нас. Что же касается этих, – кивнул он на надежно связанных и привязанных к деревьям пленников. –Я проклял их спотыкачем и накинул на них сигнальный полог, который сообщит мне сразу же как только кто-то из них покинет зону его действия. Так что даже, если вдруг у кого-то из них получится освободиться, далеко он не уйдет! Не говоря уже о том, что никто из них даже и не попытается никуда уйти, пока не освободит и остальных тоже. Короче, пошли и смотри в оба!

Волк пошел впереди, его взгляд был прикован к следам, следуя за примятой травой и легкими отметинами на коре деревьев.

Время от времени Змею казалось, что в мощном потоке горьких и кислых нот бешенства, недоумения, отчаяния и страха он ощущает также и совершенно другую «на вкус» палитру эмоций. Он останавливался, закрывал глаза, и затем «прислушивался», «принюхивался» и даже облизывался. Причем последнее он неосознанно делал в прямом смысле слова.

И пару раз ему даже показалась, что он уловил слабое эхо словно бы приправленных экзотическими специями эмоций волнения, раздражения и азарта. Однако сколько он не пытался сосредоточиться, поймать что-то большее, чем отголосок этих других на вкус эмоций ему не удавалось.

– Что там наши пленники? Ты всё еще чувствуешь их? – спросил через какое-то время Волк, отточенная годами охоты и выживания интуиция которого ором кричала ему, что зря они оставили магов без присмотра.

Хуже того ему казалось, что они не одни. Он чувствовал, как заложенные глубоко в его подсознании звериные инстинкты поднимались на поверхность, заставляя его зрачки расширяться, а слух усиливаться. Его ноздри расширялись, втягивая в себя благоухание летнего леса – сладкие, горьковатые и пряные ароматы листвы, цветов и трав, пронзительный аромат смолы сосен, землистые, густые запахи грибниц, смешивающихся с мускусным ароматом мха, сырой земли и прошлогодней гниющей листвы, «амбре» отходов жизнедеятельности мелких грызунов…