Вездесущая Зефирка и Дракон в шоколаде 1 (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 21

Мои в высшей степени «высокоинтеллектуальные» размышления внезапно прервал грохот. Судя по звуку и обиженному блеянию, моя новая наставница попыталась взгромоздиться на журнальный стол, а тот так обрадовался, так обрадовался, что у него подогнулись ноги…

Обеспокоенная судьбой не выдержавшего обрушившегося на него счастья стола я ринулась было в дом, дабы оценить ущерб, но меня схватили за руку и потребовали:

– А ну стоять! Ишь какая, украла козу и думала никто не заметит!

Украла козу?!! Я?!!

Я так опешила, что мгновенно забыла о грохоте.

Лет тринадцати-четырнадцати, с хитрющими зелеными глазами, растрёпанными рыжими волосами и веснушками, которые сплошным узором покрывали его нос и щеки, он был в линялых шортах и футболке, которая явно видала лучшие дни.

– Украла?!! – возмущенно переспросила я, выдернув руку из цепкой хватки мальчишки. – Да она сама сюда пришла!

– И сама дверь открыла и в дом вошла? – елейным голоском поинтересовались у меня.

Крыть было нечем. Я запнулась с открытым ртом, не зная, что сказать.

Не могла же я ему сказать, что коза так уверенно ломилась в дверь, что я подумала… Ну вы знаете… И вот странное дело, когда я это думала, я искренне верила в это, а теперь, когда это же нужно произнести вслух, понимаю, насколько идиотски это прозвучит.

Пацан понимающе кивнул и сделал мне предложение, от которого, по его мнению, я не смогла бы отказаться.

– Два золотых, и я готов забыть, что видел, как ты заманила Грету в дом!

– Грету? – усмехнувшись, переспросила я. – Так это значит, твоя коза?

– А то чья же? Не твоя, чай! – уперев руки в боки, объявили мне.

Я прищурилась, с жалостью глядя на «бизнесмена».

– Нет, не моя, – честно признала я. – И гостиная, в которой ТВОЯ КОЗА и, по совместительству, ПОДЕЛЬНИЦА устроила погром, – в этот момент, в гостиной снова что-то громыхнуло и снова обиженно заблеяла Грета, – тоже не моя, а моего родственника Ройса Грейсона. Это ваш мэр. Слышал о таком?

– Подельница? – сузил глаза мальчишка. – Ты на что это намекаешь?

– Не намекаю, а прямо говорю, – поправила я и изложила свою версию событий. – Дело было так. Я вчера так за день умаялась, что не проверила заперла ли на ночь двери. А ТВОЯ КОЗА этим воспользовалась и самопригласилась в гости. Результатом чего стал погром в гостиной мэра.

– Нннноо вввввсё жжжже не так было! – мальчишка так офигел, что даже заикаться начал.

– А доказательства говорят, что именно так, – скрестив на груди руки, известила я его.

– Ккакаккккие еееще докккказательства? – продолжал недоумевать малец.

А мне, что жалко? Я и объяснила.

– А такие, как у меня в гостиной. Вещественные. Что же касается твоих доказательств, то тут, малец, твоё слово против моего. И кому, как ты думаешь, поверит мой родственник? Тебе? Твоей козе? Или своей родственнице и вдове его боевого товарища, который погиб как герой?

– Ну ты… – покачал головой паренек. – Ну ты… Грета, за мной! – скомандовал он и только я его и видела. Как, впрочем, и его козу. Еле успела убраться с дороги, а то б это рогатое чудовище с криминальными наклонностями сбила бы с меня с ног и сказала бы, что так и было.

Журнальный столик, как оказалось, просто перевернулся, а затем, судя по валяющимся на полу книгам, козе досталось также и от них. Из чего я сделала вывод, что гостиная маяка отбиваясь от рогатой захватчицы, превращала в «оружие» всё, что только могла.

Я бережно подняла книги с пола. И тяжело вздохнула. Книги были явно очень старые и дорогие – рукописные, с кожаными украшенными тиснением и позолоченными узорами обложками, на одной из которых присутствовал явный отпечаток копыта, а угол второй «украшали» зубные отметины.

– Мэр Грейсон меня прибьёт и правильно сделает! – пробормотала я себе под нос.

– И за что он должен вас прибить? – весело поинтересовались у меня.

Чуть не выронив книги из рук, я подпрыгнула на месте и резко обернулась на смутно знакомый голос, который тем временем уже произносил слова извинения: – Прошу прощения, что без стука, но дверь была на распашку…

– А это вы! – облегченно выдохнула я и тут же следом тяжко-виновато. – Вот за это, – кивнула я на талмуды, которые, к счастью, всё-таки удержала в руках.

– Надо же, быстро вы! – присвистнул мэр.

– Да уж… – не зная, куда деть глаза от смущения, снова виновато вздохнула я. – Я понимаю, что они очень дорогие, даже не дорогие, а бесценные… – начала лепетать я, пытаясь представить себе, сколько может стоить подобный раритет и одновременно придумать, что в подобной ситуации можно сказать в своё оправдание.

– Вы даже не представляете себе, насколько! – подтвердил мои худшие опасения Ройс Грейсон (угу, это был он собственной персоной). И я вполне серьёзно задумалась над тем, а не свалиться ли мне в обморок? Но подумав о том, что тем самым я не избегу, а лишь отсрочу разговор о возмещении ущерба, передумала. – Это не просто книги, – тем временем продолжал добивать меня мэр. – Это… – он замолчал, явно подбирая правильные слова.

И я поняла: НЕ РАСПЛАЧУСЬ!

Но может, договорюсь? Все же я спасла ему жизнь. И его жене. И дочери. И другу. И жене друга. И дочери друга.

Ого! Прилично я так наспасала народа, а книги почти совершенно целы.

Договорюсь! Решила я и зашла с козырей. Ибо всем известно, что путь к сердцу любого мужчины лежит через желудок! А передо мной, судя по размерам «трудового мозоля», стоял тот ещё любитель поесть.

– Вы просто не представляете, какая вкусная у меня получается выпечка! – с места в карьер, принялась расхваливать я себя. – Хлеб, торты, пироги, пирожки, печенье, слойки, кексы, рулеты, – продолжала я, не позволяя удивленно округлившему глаза мэру, вставить и слово. – Да и десерты тоже не хуже! Эклеры, чизкейки, пирожные, бисквиты, тарталетки, галеты, муссы, суфле, брауни, тирамису, профитроли, карамельные пудинги! У меня всё получается очень вкусно!

– Ни секунды в этом не сомневаюсь, – заверил меня мужчина, получивший, наконец, возможность вставить слово. К слову, к этому моменту, он уже более не выглядел удивленным, он РАДОСТНО улыбался. Даже более того, он просто сиял! И это он еще мои десерты и выпечку не пробовал!

НИЧЕГО СЕБЕ МУЖИК ПОЕСТЬ ЛЮБИТ!

– Иначе бы они не выбрали вас, – между тем продолжал он.

– Они? – недоуменно переспросила я.

«Это он о козе и «бизнесмене?»»

– Рецепты, – кивнув на старинные талмуды в моих руках, ответили мне.

– Рецепты? – еще более недоуменно переспросила я и тоже посмотрела на талмуды. Точнее на обложку первого из них, с которой прямо на моих глазах исчез отпечаток копыта.

– Рецепты берегини, – ответили мне таким тоном, словно это ну вот всё-всё сразу и всем объясняло.

Посему я пошла по проторенному пути.

– Берегини? – в очередной раз недоуменно переспросила я. Не то, чтобы у меня совсем никаких идей не было. Слово-то мне было знакомо. Но вот значение? Учитывая, что маяк, в котором я теперь вроде как жила, располагался на берегу, могло быть другим.

Ройс понимающе улыбнулся и жестом пригласил меня сесть.

«Другими словами, объяснение будет долгим», – подумала я.

И не ошиблась.

Глава 20

Мэр города опустился в кресло напротив меня, которое жалобно заскрипело под его немалым весом, деликатно давая понять, что кое-кому тут не помешало бы похудеть. Однако, как это часто бывает с экивоками, намек понят не был, и мэр даже ухом не повел. Более того, деликатное покашливание кресла при каждом его движении его настолько не смущало, что он даже ни разу не поморщился, хотя и умостился с полным комфортом далеко не сразу.

Наконец, он сцепил на животе пальцы, смущенно усмехнулся и предупредил.

– Поскольку все в городе будут воспринимать тебя через призму нашей местной легенды о берегине, с неё мы и начнем. Итак, легенда…

Согласно её, когда-то эта бухта была совершенно непригодной для жизни. Море с ревом размывало берега, горные реки сходили с ума в весенние паводки, леса разрастались и поглощали всё на своём пути, а горы, словно капризные великаны, то дремали веками, то пробуждались, изрыгая огонь и камни.