Императрица. Русско-японская война (СИ) - Чинцов Вадим Владимирович - Страница 11

Русские войска столкнулись с армией, костяк которой составляли люди, которые оказались не просто готовы к войне, а хотели воевать. Конечно, история самураев к тому моменту уже осталась в прошлом. Японская армия во многом походила на армии Европы. Её тренировали немецкие инструкторы, а высший офицерский состав обучался за границей: адмирал Того — в Англии, генерал Ноги — в Германии. Но при этом офицеры оставались носителями самурайской этики и транслировали эти ценности в рядовой состав, да и в общество в целом. Воинская доблесть занимала значительное место в школьной программе; мальчикам внушались ценности, сформулированные когда-то лидером клана Отоно: «Вы обязаны умереть рядом с вашим великим повелителем и никогда не показывать своей спины врагу. Если вы умрёте на море, пусть ваше тело погрузится в воду. Если вы умрёте на склоне холма, пусть ваше тело будет распростёрто на горной траве».

Японская дисциплина и воинственность производили впечатление и на иностранцев, сопровождавших их армию. Британский военный агент генерал-майор сэр Ян Гамильтон записал в своем дневнике: «Эта японская армия может служить лучшим примером применения всеобщей воинской повинности: сравнительно незначительное количество людей, выбранных из сотен тысяч за их физическую годность и навык к известного рода профессии. Армия представляет собой сливки нации. Как далеко нам до этого!». Патриотизм японцев и воинский дух Гамильтон считал «всосанным с молоком матери». В значительной степени это обусловило тот факт, что японская пехота оказалась сильнее русской. Высокие оценки давали иностранцы и отношениям между японскими солдатами и офицерами. Если в европейских армиях часто повиновение зависело от личности командира, то в Японии мундиру подчинялись беспрекословно — вне зависимости от индивидуальных качеств того, кто его носил. При этом офицеры сами были очень исполнительны и добросовестно заботились о солдатах — к примеру, последних регулярно взвешивали, и если рядовой худел, врачи обязаны были выяснить причины, а это не сулило виновному в недосмотре командиру ничего хорошего. Организация японской армии в период войны включала дивизии, которые состояли из двух пехотных бригад двухполкового состава, кавалерийского полка, артиллерийского полка, сапёрного и обозного батальонов. В военное время из двух-трёх дивизий и одной, двух или трёх бригад создавались армии.

Русские солдаты, прибывшие из европейской части России в основной массе не хотели умирать здесь, на далекой чужбине. Поэтому после захвата Владивостока японцы, которых вытягивали в подготовленную ловушку в Уссурийске, ударили за два часа до рассвета мощно по укрепленным русским позициям, практически ворвавшись по всему фронту наступления в первые линии русских окопов.

Первая дивизия под командованием генерал-лейтенанта Осимы Хисанао была на острие японского удара. Первая дивизия была сформирована в 1871 году, когда был сформирован Токийский гарнизон. Гарнизон отвечал за охрану региона Канто, главным образом столичного округа. 14 мая 1888 года шесть японских гарнизонов были реорганизованы в дивизии согласно плану прусского военного советника Якоба Меккеля. Дивизия понесла огромные потери, неоднократно бросаясь в лобовые атаки на укреплённые русские позиции, и лишилась всех своих командиров полков. Выжившие понесли еще большие потери в ходе захвата первой линии русских окопов, и даже командир дивизиона полевой артиллерии погиб.

Рикугун сё:са (майор) Сабэ одним из первых ворвался на русские укрепления, одной рукой стреляя из своего револьвера «Смит-Вессон» №3 (Офицеры императорской армии Японии получили около 1000 таких револьверов, адаптированных под «русский патрон» с утяжелённой пулей. Их конструктивное устройство и боевые характеристики соответствовали револьверам российской армии) и второй рукой рубил противника мечом «Кю-гунто». (Это уставное оружие было принято на вооружение офицерского корпуса японской армии в 1875 году. Ко времени Русско-японской войны «Кю-гунто» был самым распространённым длинноклинковым оружием в армии. Им вооружались генералы, офицеры и унтер-офицеры. Количество декора на рукояти зависело от звания владельца. Меч часто использовался в рукопашных схватках.)

Перед ним совсем молодой русский солдат с криком «Матка Босска!» попытался отбиться своей винтовкой с примкнутым игольчатым штыком. Штык японец смог отклонить в сторону своим клинком, которым же обратным движением он отрубил русскому голову.

По приказу императора первые две линии окопов заняла наскоро собранная дивизия из евреев и поляков. По замыслу императрицы поляки с евреями были принесены на заклание для снижения численности этих двух народов. Вот только пулеметные роты и две роты снайперов в дивизии были полностью из числа сибиряков, благодаря которым японцы буквально умылись кровью, так как количество пулеметов у японцев было незначительным.

Только благодаря поддержке своих 75-мм пушек системы Арисака, которые неутомимые и плюющие на шквал артиллерийского и пулеметного огня русской армии японцы смогли выкатить буквально на выстрелы прямой наводкой, японцы смогли подавить сопротивление первой линии.

Сибиряки вовремя смогли отойти на вторую линию по подготовленным проходам, которые затем взорвали заранее заложенной взрывчаткой как только японцы бросились по этим проходам между линиями обороны атаковать вторую линию окопов.

Майор Сабэ оказался единственным выжившим старшим офицером — все равные или выше его по званию были убиты. Поэтому он взял командование остатком своего полка. Он видел, как остальные полки его дивизии были уничтожены и не смогли достигнуть русских окопов из-за неожиданного массированного артиллерийского удара — русские, как угрюмо понял японец, заранее пристреляли подходы к своим позициям и только треть русской артиллерии вела огонь, скрывая до поры настоящую мощь русских батарей, которые включились в расстрел брошенной в атаку японской дивизии.

Японцев спас обрушившийся из небес ливень, который моментально лишил русских наводчиков видимости для целеуказания орудиям наших батарей. Осима Хисанао доложил о практическом уничтожении своей дивизии командиру Первой японской армии генерал Нодзу Митицура.

Тот вызвал к себе командира Пятой дивизии — Остатки Первой дивизии силами одного батальона заняли первую линию русских окопов. Вам надлежит использовать разверзшиеся небеса и оказать поддержку, заняв захваченные русские окопы. Затем пока погода на нашей стороне, атаковать вторую линию обороны русских. Враг подготовил нам артиллерийскую ловушку, пристреляв все подходы к своим позициям, поэтому нам кровь из носу нужно выполнить под прикрытием непогоды рывок вперед и выбить русских из траншей второй линии. Подготовьте инструменты для резки колючей проволоки — русские буквально ею опутали подступы к своей второй линии обороны. Император ждет от нас победы и мы не можем не оправдать его ожиданий.

Телеграфное сообщение из Уссурийска выглядело упаднически: Драгомиров доложил о захвате японцами двух из пяти линий обороны, сетуя на непогоду, которая якобы не позволила корректировать огонь наших орудий. Польско-еврейская дивизия была уничтожена. Теперь японцам противостояли Сибирская Казачья дивизия, Третья стрелковая Сибирская бригада, Тобольский казачий конный полк, Тобольский казачий пеший батальон и Томский городовой казачий полк.

Николай после ознакомления с телеграммой стиснул зубы так, что послышался скрежет. Затем стал ходить по штабному вагону, сдерживая свою ярость. Остановился около меня, я в это время кормила нашу малютку и зло прокомментировал — А ведь Драгомиров клялся мне, что шапками закидаем этих япошек! А они у него две линии окопов захватили!

Я покосилась на Настеньку, сыто отвалившуюся от груди и мгновенно уснувшую и постаралась успокоить мужа — Ничего страшного не произошло. Подумаешь, получили немного по зубам. За битого двух не битых дают. Зато теперь ни одна генеральская сволочь не посмеет злорадствовать над моими словами. Да, хотя и потеряли мы дивизию, но зато избавились от большой части наших польских бунтовщиков и не желающих ассимилироваться евреев. Ничего, после окончания войны с Японией мы заставим османов отдать Палестину и переселить туда большинство наших евреев. Посмотрим как они смогут выживать среди арабов-мусульман. По словам Драгомирова японские потери около дивизии! Получается мы разменяли ненужный империи балласт на одну из самых боевых дивизий японцев — в бой первыми они не пустят новобранцев. Извини, Коля, но тебе придется побыть с ребенком — мне нужно отдать приказ о немедленном выдвижении бронепоезда и моей дивизии к Уссурийску, до которого семьсот километров. Часов десять-двенадцать уйдет на дорогу, первый пластунский полк в боевой готовности и на его погрузку уйдет немного времени. За три-четыре дня моя дивизия должна передислоцироваться и подготовиться к бою. Здесь для охраны моего штаба достаточно двух рот.