Летний снег (СИ) - "DtPrince" - Страница 2

Но всё-таки, кто уговорил Такаши на ночлег под крышей? Дзюширо поставил бы на Сатоши. Настойчивая просьба не-АНБУ звучала правдоподобней, чем глупость знакомого ветерана и друга, вызванная гормонами. Утихшая было раздражённость заиграла с новой силой.

«Спокойно, спокойно! Ничего, поработай как получится», — вновь попытался мысленно себя успокоить он. «Всё по классике, по заветам учителей. Печать и струна на окно, проверить стены, пол и потолок, стратегически переместить мебель, подготовить предметы для экстренного каварими, и еще пара мелочей, и всё будет замечательно. Останется лишь людской фактор.»

Но спокойствие отказывалось приходить. Что-то выбивалось из привычной картины, отчаянно требуя его внимание.

Посетители? Всего несколько людей, что неудивительно для заведения вдали от основного тракта и в полном дневном переходе от ближайшей деревни.

Дзюширо медленно выдохнул, прикрыл глаза и сосредоточился. Талант сенсора у него отсутствовал, но заметить фон от используемого хенге мог любой компетентный шиноби, при условии что у него имелось немного времени в спокойной обстановке. Причем, чем сильней результат трансформации отличался от оригинала, тем проще её было заметить. Именно по этой причине шиноби старались использовать технику для превращения в кого-то или что-то кроме людей лишь на короткое время или в горячке боя.

«Вроде ничего.»

Трое торговцев за дальним столиком, увлечены беседой, еще не заметили их отряд. Яркая жестикуляция, все трое довольно тучные, характерный язык жестов. Едят как за десятерых, не аккуратно. Если эти трое и под трансформацией, то они невиданные мастера сокрытия чакры, и не ему, жалкому смертному, их беспокоить.

Низкого роста путешественник за ближним столиком. Длинные волосы, собранные в пучок на затылке. На удивление красивое, молодое лицо, сейчас скривившееся в пьяной гримасе. Чакрой не фонил. Он обвёл их группу несфокусированным взглядом и заметно покачнулся после поворота головы, после чего опустошил, как показалось, чуть ли не половину бутыли с сакэ. Судя по запаху, это далеко не его первая. Так плохо не играли даже новоиспеченные генины, но на всякий случай Дзюширо проверит его позже — а пока ограничится метко подкинутым в недопитый алкоголь медленным снотворным.

Слуг не виднелось, и не похоже что они тут работали вообще.

Трактирщик? Низковат, средних лет. Небольшой животик, нормальное явление для профессии. Лицо непримечательное, слегка заплывшее. Фон… Почти незаметный. Странно. Реакция на их группу умеренная, но с легкой нервозностью.

«Хмм», — задумался Дзюширо. «Не слишком ли лёгкой? Как часто он встречает полноценную четвёрку шиноби в этом богом забытом месте?»

Такаши, тем временем, уже завел разговор.

— …два номера на четверых, на ночь. Нет, без еды. И если можно-

Дзюширо прервал речь сокомандника, резко переместившись к незнакомому мужчине, схватил того за руку и сделал небольшой надрез молниеносно выхваченным кунаем.

«Всё-таки не хенге», — слегка успокоился он, почти сразу отпуская руку мужчины из своей стальной хватки. По правде говоря, для определения хенге зачастую хватает и простого прикосновения, но урон развеивает его без шансов, поэтому он считал, что лучше перестраховаться.

— Что вы творите?! — завопил трактирщик, смотря на него выпученными от страха глазами и прижимая пострадавшую кисть к себе.

— Дзюширо! — рявкнул Такаши, прожигая его укоряющим взглядом, на что тот лишь мрачно усмехнулся. — Мы же говорили об этом!

— Да успокойся ты, это просто жалкая царапина, — отмахнулся он от претензии товарища, обращаясь сразу к нему и к перепуганному до икоты владельцу заведения, и убирая кунай обратно в подсумок.

Их лидер выругался, но, видимо, решив что ничего большего от него не добьётся, начал успокаивать перепуганного мужчину. Дзюширо прекрасно знал, что скоро блеснут монеты и страх как ветром сдует, поэтому спокойно отвернулся, решив ещё раз оглянуть таверну.

Сатоши стоял молча, выражая невозмутимость, а Хикари неловко улыбалась, переминаясь с ноги на ногу и не зная что делать, но никто из них не проронил ни слова. Посетители почти не отреагировали на крик — пьяница хмуро смотрел в их сторону, опустошая бутыль, а торговцы лишь слегка убавили громкость разговора и чавканья.

Вот и хорошо.

Общий зал выглядел предельно скромно. Изредка помигивающая тусклая лампочка освещала пять средних размеров столиков, которые почти наверняка никогда за всю свою историю полностью не занимались людьми, что подтверждал тот факт, что стульев было всего семь. В сортах древесины Дзюширо не разбирался, но все заведение отдавало дешевизной и изношенностью. Случись здесь бой, и он не удивился бы, если бы всё здание сгорело и развалилось за минуту. А это значило, что ему стоило подумать о том, как наиболее быстро можно выбраться наружу в экстренном случае.

Снаружи всё сильнее слышался набирающий силу дождь, и шиноби невольно поёжился — несмотря на его предубеждения, никто не любил спать в дождь без крыши над головой, и он не был исключением. Хоть какое-то утешение.

Через несколько минут его мрачные размышления прервал наконец закончивший договариваться Такаши и они всей командой отправились смотреть их комнаты.

— Я заказал две, — пояснил их лидер, заметив пару приподнятых бровей. Они стояли в небольшом коридорчике и вполголоса обсуждали увиденное. — В этом «сарае под прикрытием» их всего пять, и они настолько маленькие, что спать вчетвером в одной можно лишь стоя или горкой.

Дзюширо был полностью согласен с его сравнением. Узкие коморки выглядели подозрительно как части бывшей целой комнатушки. Из мебели в них был лишь карликовый столик и низенький шкаф, а роль кровати выполняли не самого свежего вида свёрнутые футоны. Похоже, им предстояло распаковывать собственные спальные мешки. Никто не хотел проверять гигиеничность местных спальных убранств на себе.

— Переплетённые в одно целое тела, скованные одной целью и командным духом друзья… Звучит так романтично! — промурлыкала Хикари, но остальные мужчины легко заметили её едва сдерживаемый смех за скрывающей её рот ладошкой.

— Скорее как сардины в банке, очень аппетитный образ, — едко заметил Дзюширо, но пожалел что вообще что-либо сказал, когда увидел опасный блеск в глазах девушки.

— Вы считаете меня аппетитной? Вы мне так льстите, джонин-сама… — с придыханием протянула она, как бы невзначай проведя пальцем по контуру своего лица и губ. Жест, несмотря на лёгкую наигранность, был настолько чувственным, что шиноби не выдержал и отвёл взгляд.

— Я рад, что вы так быстро договорились о совместной ночёвке, — с не выражающим эмоций лицом сообщил им Такаши, но в его голосе угадывались весёлые нотки. — А то я уже гадал, кого с кем распределять!

— Такаши, козёл ты горный, ты моей смерти хочешь? — зашипел ему в ухо Дюзширо, но его друг ни повёл и бровью.

— Расслабься, всё будет в порядке. Раз тебя это так беспокоит… Короче, если Хикари вдруг начнёт тебя насиловать, закричи, и мы с Сатоши обязательно услышим и придём к тебе на помощь! — задорно ответил он.

Хикари звонко рассмеялась и даже Сатоши не сдержал слабой улыбки. Дзюширо оставалось лишь обиженно засопеть.

— Серьезно, расслабься, дружище, — добавил Такаши чуть погодя. — По графику мы успеваем с запасом, о задании никто кроме нас не знает, а нукенины без веской причины на нашу четвёрку ни за что не сунутся, даже если бы они водились в этих безлюдных местах. А они не водятся. Так какие проблемы у нас могут быть?

На такое Дзюширо ответить было нечего.

В конце концов, он никак не мог помешать Такаши сглазить самого себя, если тот сам так сильно этого желал.

В стекло скромного окошечка яростно стучали капли дождя, за последний час переросшего в настоящий шторм, периодически сверкала молния, на мгновение прогоняя непроглядную тьму, и вдогонку ей гремел гром. Дзюширо специально выбрал именно эту «комнату» ради окна, чтобы получить дополнительный вариант побега, однако теперь задумывался, сделал ли он правильный выбор — шум стихии был здесь гораздо громче, и заглушал большинство звуков. Даже Хикари приходилось повышать голос, чтобы он её расслышал. Это было очень неприятно. Слух — одно из важнейших чувств шиноби, особенно во сне. Кроме того, судя по всему окно находилось еще в более худшем состоянии, чем остальное здание, и в комнате гулял ощутимый сквозняк. Температура из-за этого, казалось, упала градусов на десять.