Две Кореи. Рождение разделенных наций - Ю Теодор Чжун - Страница 7

Именно это и произошло с Ким Су Им (Kim Suim) 1911 года рождения. Сначала она училась в американских миссионерских школах, а затем окончила Университет Ихва, единственный женский университет в Корее, где можно было получить степень по английской литературе. Газеты и журналы того времени описывали ее как «женщину нового времени», которая затем стала работать переводчиком английского языка в госпитале Severance. У нее были романтические отношения с Ли Ган Гуком (Yi Gangguk), левым интеллектуалом, получившим образование в Германии, который через некоторое время перебрался на север, а также тайная любовная связь с полковником Джоном Э. Бэрдом, пятидесятишестилетним начальником американской военной полиции, от которого она родила сына. В конце концов Бэрд бросил ее, когда его американская супруга приехала в Сеул в 1949 году. Ким, которую называли коварной соблазнительницей и южнокорейской Матой Хари, была обвинена военным судом в пособничестве Ли Ган Гуку, краже секретной информации у Бэрда и передаче ее северокорейским агентам. По решению правительства она была казнена 15 июня 1950 года. Военные следователи из США, которым поручили изучить дело Ким, пришли к выводу, что Бэрд не имел доступа к секретным документам, а значит все обвинения южнокорейских военных против Ким Су Им были сфабрикованы. Такая тактика запугивания оппонентов, выбивания из них признаний и проведения публичных казней обостряла напряженность между левыми и правыми и подавляла любые крупные политические и социальные выступления со стороны левых групп на юге. Пользуясь тем, что Америка не имела представления о политических и социальных реалиях Южной Кореи, правые силы безнаказанно практиковали террор и убийства таких видных лидеров, как Ё Ун Хён в 1947 году и Ким Гу в 1949 году, которые, несмотря на свои политические воззрения, хотели внести вклад в восстановление страны после ее освобождения от японского колониального правления. Число гражданских лиц, перемещенных в результате политики раскола и угнетения, исчислялось сотнями тысяч, поскольку люди были вынуждены бежать из родных городов, спасаясь от политических репрессий или незаконных арестов. Более тысячи мирных жителей было убито еще до начала Корейской войны.

Тем временем в Северной Корее Ким Ир Сен преисполнился решимости объединить полуостров и освободить Юг от реакционного, по его мнению, режима. Поначалу советское Политбюро не верило, что Север обладает достаточным военным потенциалом для свержения правительства Юга, однако к августу 1949 года советский лидер Иосиф Сталин начал видеть многообещающие перспективы в возможности одержать быструю победу над Югом при содействии недавно созданной Китайской Народной Республики под руководством Мао Цзэдуна. Получив гарантии от Советского Союза и Китая, 25 июня 1950 года Ким Ир Сен отдал приказ о превентивном нападении. Северокорейская народная армия, состоящая из восьми дивизий и 75 000 солдат, пересекла тридцать восьмую параллель, за три дня захватила Сеул и заставила правительство южной части страны отступить в Тэджон, а затем в Пусан. К началу августа войска США и Республики Корея были оттеснены за реку Нактонган, где командование ООН оставалось до тех пор, пока 15 сентября 1950 года генерал Дуглас Макартур не возглавил неожиданную высадку десанта в Инчхоне, загнав северокорейцев в ловушку, переломив ход сражения и отбив Сеул 26 сентября. Президент Гарри Трумэн разрешил Макартуру пересечь тридцать восьмую параллель и вторгнуться в Северную Корею, что кардинально изменило ход войны.

Серьезные опасения относительно того, что Мао Цзэдун может вмешаться, стали реальностью, когда 300 000 закаленных в боях китайских солдат перешли реку Ялуцзян 25 ноября 1950 года под покровом ночи, пока американские войска наслаждались ужином в честь Дня благодарения. Вступление китайцев в войну вызвало очередной массовый отток населения. Более 1,2 миллиона жителей Сеула хлынули на юг, что стало еще одним поворотным моментом в войне. В рассказе Ким Дон Ни (Kim Dongni, 1913–1995) «Эвакуация из Хыннама» (1955) запечатлен хаос, возникший после вторжения китайских войск в северный портовый город, что вынудило силы ООН эвакуироваться после объявления президентом Трумэном чрезвычайного положения. Около 100 000 солдат и более 90 000 гражданских лиц из Северной Кореи под кодовым названием «Рождественский груз» в период с 15 по 24 декабря 1950 года при минусовой температуре поднялись на борт 193 торговых и военных судов и отправились в Пусан и другие порты на Юге. Среди спасшихся были и будущие родители нынешнего президента Южной Кореи Мун Чжэ Ина, матери которого, Кан Хан Ок (Kang Hanok), удалось подняться на борт судна SS Meredith Victory (ныне известного как «Корабль чудес»). Это была одна из крупнейших эвакуаций с суши на одном судне под управлением капитана Леонарда Ларю, который приказал избавиться от оружия и груза, чтобы освободить место для сотен пассажиров. В Вонсане SS Lane Victory, 455-футовое судно с экипажем из шестидесяти моряков, приняло на борт 7009 беженцев и 3384 военнослужащих и доставило их в безопасное место в Пусане.

Художник Ли Чжун Соп и его семья были одними из тех, кому посчастливилось сесть на пароход SS Lane Victory и бежать из Северной Кореи. Чтобы уклониться от призыва в Народную армию во время первого вторжения в 1950 году, Ли прятался в заброшенной шахте, пока осенью того же года войска ООН не продвинулись к Вонсану, разгромив северокорейские части. Как и большинству беженцев с Севера, Ли и его семье пришлось поселиться в Пусане, самом южном городе страны и временной столице, где скопилось более полумиллиона беженцев со всего полуострова.

Частые вспышки эпидемий в переполненных лагерях беженцев и регулярные пожары причиняли его семье большие страдания. Ли приходилось браться за все подряд, чтобы заработать на жизнь, выстаивать длинные очереди в доках, надеясь получить хоть какую-то работу, и торговать крадеными из американских гарнизонных магазинов товарами. Жизнь в Пусане ухудшалась по мере затягивания войны, и Ли вместе с Масако и двумя сыновьями перебрался в город Согвипхо на острове Чеджудо, где они ютились вчетвером в крохотной комнатушке. Здесь он создал свои знаменитые зарисовки семейной жизни. На картине «Семья в пути» (англ. A Family on the Road) Ли Чжун Соп изобразил отца, тянущего повозку с женой и двумя сыновьями, которые бросают цветы на дорогу, по которой следуют в поисках утопии. Отец возносит руки к небу, а на ладони одного из сыновей садится голубь, что, возможно, символизирует надежду Ли на то, что его семья наконец обретет дом на острове Чеджудо, где нет насилия и ужасов войны. Однако в июле 1952 года Ли был вынужден принять душераздирающее решение отправить родных обратно в Японию, чтобы защитить их от лишений военного времени. Травмирующий опыт войны пронизал все его одинокое существование: Ли преследовало чувство вины за то, что он оставил мать в Вонсане, ужас от воспоминаний о том, что его старший брат был казнен, и отчаяние из-за невозможности получить визу для воссоединения с семьей в Японии. Выплеснуть негативные эмоции и боль он мог только через искусство. Из-за нехватки художественных принадлежностей Ли использовал фольгу из сигаретных пачек для создания более трехсот изображений своей счастливой семьи, по которой он отчаянно тосковал. Он рисовал детей в знакомых позах — обнявшимися, спящими, катающимися на велосипеде. Трепетное отношение Ли к семье ощущается в портретах, которые он нарисовал в шестидесяти письмах и открытках, отправленных жене и детям. Они стали самыми известными работами художника. Как и большинство беженцев с Севера, Ли не мог ни вернуться домой, ни как когда-то прежде пересечь пролив, чтобы воссоединиться с любимой семьей в Японии. Он стал изгнанником без дома и родных.

Писатель Ли Хо Чхоль (Yi Hocheol, 1932–2016) также запечатлел человеческую трагедию Корейской войны в литературе в своем дебютном рассказе «Вдали от дома» (англ. Far from Home), который был опубликован в журнале «Мунхак ёсуль» («Литература и искусство») в 1955 году. После окончания средней школы Ли был призван в Корейскую народную армию и проследовал со своим подразделением до Ульджина, где попал в плен к китайцам; по счастливой случайности шурин сумел его вызволить, и Ли Хо Чхоль вернулся в родную деревню. Узнав, что китайцы намерены ввязаться в войну, Ли бежал на Юг, где работал в доках Пусана и охранником на американской военной базе. В рассказе «Вдали от дома» Ли исследовал душевные муки, вызванные отъездом из родных мест, на примере четырех главных героев, которые вынуждены спать в пустых товарных вагонах на пирсе №4 и вести полную опасностей жизнь беженцев в Пусане, сбиваясь с ног, чтобы выжить. Особое внимание Ли Хо Чхоль уделил изображению тоски и неустроенности беженцев, осознавших, что они никогда не смогут вернуться к своим семьям на Севере.