Ночной всадник - Дюбэй Сандра - Страница 24

Свернувшись в кресле и положив голову на подлокотник, Блисс смотрела, как разгорается за серыми стенами замка новый рассвет.

За прошедшие четыре дня она почти не ела, спала урывками и вовсе не замечала суеты слуг, готовившихся к приему гостей.

В мыслях ее царил Кит и только Кит. Воспоминания о нем не давали ей покоя ни днем, ни ночью. Стоило закрыть глаза – и Блисс снова видела, как он исчезает в чаще рука об руку с белокурой крестьяночкой, как улыбается ей, целует ее, смеется ее шуткам.

Как ни странно, смех Кита жег сердце больнее поцелуев. Невыносимо было сознавать, что этой девушке он улыбается открыто, искренне, видя в ней не только любовницу, но и друга – в то время как отношение его к Блисс с начала до конца исполнено едва прикрытой враждебности.

С начала до конца? Нет, поправила себя Блисс, когда Кит в ту ночь пришел к ней в спальню, вражда его исчезла, сменившись… влечением? Страстью?

Блисс нахмурилась. А так ли это? Одному богу ведомо, искренен ли он был в ту памятную ночь. До сих пор Блисс не приходило в голову сомневаться в его чувствах. Но что, если Кит хладнокровно пытался ее соблазнить?

«Нет, только не это! – думала девушка. – Он не обманывал меня, не хитрил со мной. Он ничего не планировал. Все произошло случайно. Не знаю, почему Кит питает ко мне такую ненависть, почему ему не дает покоя то, что я унаследовала замок, но даже злейшая вражда не толкнула бы его обмануть и предать меня просто в отместку».

Однако семя подозрения уже дало горький плод. Прекрасное, волнующее воспоминание подернулось зловещей темной дымкой. Блисс вздрогнула при мысли о том, что была всего на шаг от гибели. Если бы не миссис Лонсдейл с письмом от сэра Бейзила, Блисс неминуемо отдала бы Киту свою невинность.

И что дальше? – спрашивала она себя. Он ушел бы к своей белобрысой девице? Скрыл бы свой поступок или, может быть, посмеялся бы вместе с ней над тем, как ловко отплатил наследнице замка Четем?

От этой мысли к горлу Блисс подкатил комок. Она зажмурилась – и перед глазами тут же всплыло суровое, мужественное лицо Кита.

– Кит, – прошептала она, беспокойно ворочаясь в розовых лучах рассвета, – неужели ты бы предал меня? Заставил бы меня тысячу раз пожалеть о встрече с тобой – лишь бы отомстить за то, в чем я не виновна?

Он ведь разбойник, отнимающий золото у богатых путешественников. Что ему стоит отнять у девушки сердце? Сейчас Блисс отдала бы жизнь, чтобы узнать правду и избавиться от мучительных сомнений.

Блисс по-прежнему лежала в кресле, невидящим взором уставившись в окно, когда в спальне появилась миссис Лонсдейл.

– Уже встала, милая? – спросила она. – А я приготовила тебе ванну. Сэр Бейзил писал, что выезжает на рассвете, и ты должна быть готова встретить его и…

Взглянув Блисс в лицо, она ахнула и заговорила совсем другим тоном:

– Святые небеса! Что с тобой, дитя мое? Ты бледна, как привидение!

Блисс покачала головой и с трудом поднялась с кресла, где провела всю ночь.

– Да ничего, – солгала она. – Просто не могла заснуть.

– Думаешь о том, что за кавалера привезет с собой его милость?

– Да, – ответила Блисс, ощутив легкий укол совести. Первый раз в жизни она лгала домоправительнице, заменившей ей мать.

– Не волнуйся, милая, – успокаивала ее миссис Лонсдейл, накидывая на плечи девушки халат. – Хоть сэр Бейзил Холм и любит, чтобы все было по его, а все же силком тебя к венцу не поведет.

Блисс промолчала, хоть и очень в этом сомневалась. Мысли ее были заняты Китом Квинном. Она твердо знала, что любит его. И если Кит предал ее любовь, если за его страстью, воспламенившей в ней желание, скрывался холодный расчет – значит, ей незачем жить.

День уступил место вечеру, когда слуга, поставленный на одной из приворотных башен, закричал, что видит вдали карету лорда Холма. Слуги столпились в холле, а Блисс, одетая в платье цвета морской волны с бледно-желтой отделкой, с волосами, зачесанными наверх и перехваченными лентой, вышла на крыльцо, чтобы приветствовать опекуна и его гостей.

Карета с гербами на дверцах въехала во двор и, описав круг, подъехала к тяжелым, окованным железом дверям замка. Двое лакеев поспешили отворить дверцы экипажа. Блисс стояла в дверях, держась за притолоку.

Сэр Бейзил, появившийся из экипажа, прямо-таки лучился радостью. Он ласково улыбнулся Блисс, хоть улыбка и не красила его костлявую физиономию. Блисс догадывалась, чем вызван такой прилив отеческой нежности: лорд Холм радуется, полагая, что брачная сделка с лихвой возместит ему расходы на опекунство.

Сэр Бейзил обернулся к карете и протянул руку. Оттуда показалась маленькая сухая рука, затянутая в фиолетовую перчатку, из экипажа вышла сухонькая женщина в лиловом наряде с персиковой отделкой.

Блисс отвернулась. Не составило труда догадаться, кто появится из кареты следующим. Перед ней с торжествующей усмешкой на бескровных губах стояла Дафна, леди Вилльерс.

– Как поживаете, дорогая моя? – еще издали осведомился сэр Бейзил. – Что-то вы осунулись – неужели Лонсдейл вас плохо кормит?

– Добро пожаловать в Четем, милорд, – сухо ответила Блисс, делая опекуну и его спутнице неглубокий реверанс. – Добрый день, миледи, – поздоровалась она, стараясь не глядеть леди Вилльерс в лицо.

– Как поживаете, дитя мое? – поинтересовалась леди. Прищуренные зеленые глаза ее сияли торжеством – очевидно, она полагала, что Блисс безропотно смирится со своей участью.

Из кареты показался Стивен и помог сойти Летиции. Он улыбнулся Блисс открытой, дружеской улыбкой, и девушка почувствовала, что Стивен здесь – единственный, кто искренне радуется встрече с ней.

Острая боль пронзила ее сердце. Ах, если бы она могла улыбнуться в ответ! Если бы могла покориться воле опекуна и найти счастье в уготованном ей браке! Насколько тогда все было бы проще!

– Добро пожаловать в замок Четем, милорд, – приветствовала она Стивена. – И вам добро пожаловать, – обратилась Блисс к хмурой, по обыкновению, Летиции. – Надеюсь, путешествие прошло приятно?

– Крайне неприятно! – ответствовала Летиция, тряхнув головой так, что на ее огромном розовом чепце запрыгали ленты. – Нас трясло и мотало всю дорогу! Не понимаю, зачем вы поселились в такой глуши! Ничего, вот после вашей со Стивеном…