Ночной всадник - Дюбэй Сандра - Страница 95

– Доброе утро, Блисс, – произнесла Летиция, входя на следующее утро в спальню пленницы. – Хорошо ли тебе спалось?

– Отлично, спасибо, – стараясь держаться бодро, ответила Блисс. Про себя она подумала: «Если только забыть о том, что поведал мне ночью твой любовник!»

– Я принесла тебе завтрак.

Блисс подозрительно взглянула на тарелку. У Летиции не было никаких способностей к кулинарии: еда, приготовленная ею, неизменно оказывалась полусырой или пережаренной.

Сегодня Летиция принесла пленнице два куска черствого хлеба, намазанных, судя по виду и запаху, прогорклым маслом, и стакан вина.

– Спасибо, Летиция, – вежливо поблагодарила Блисс. – Ты не поможешь мне зашнуровать платье на спине?

– Пожалуйста.

Зайдя к ней за спину, Летиция затянула тугую шнуровку.

– Приятного аппетита, – добавила она с улыбкой и вышла.

Блисс проводила ее недоуменным взглядом. Что это с ней? Что привело капризную и мелочно-злобную Летицию в такое благостное расположение духа? Неужели сэр Бейзил все-таки заплатил выкуп? Да нет, едва ли.

Блисс хотелось есть, однако и хлеб, и масло выглядели совершенно несъедобными. «Может быть, вино поможет мне утолить голод», – подумала она и потянулась к стакану.

Рассеянно потягивая вино, Блисс размышляла о том, что же так обрадовало Летицию. Она давно поняла: сестрица Стивена из той породы людей, что больше всего радуются чужим несчастьям. Что же за беда заставила Летицию лучиться улыбкой?

И в этот миг на нее накатила первая волна головокружения. Блисс попыталась встать – но комната поплыла у нее перед глазами, и она бессильно упала на кровать.

– Летиция! – Голос Блисс самой ей показался далеким и чужим. – Летиция!

Дверь распахнулась. На пороге появилась Летиция: губы ее растянулись в отвратительной ухмылке. Позади нее стоял бесстрастный Ангус Камерон.

– Что, головка кружится? – насмешливо промурлыкала Летиция.

– Чем ты меня опоила? – воскликнула Блисс. – Ты что-то подмешала в вино, верно?

– Естественно, – ухмыльнулась Летиция.

– Яд!.. Боже мой! Убийца! – В глазах у Блисс потемнело: она не сомневалась, что умирает.

– Нет, это не яд, – поправила ее Летиция. – Это снадобье не убьет тебя, а только лишит сознания.

– Но зачем, Летиция, зачем? – простонала Блисс.

– Чтобы ты ничего не почувствовала, – со звенящим в голосе смехом ответила Летиция, – когда Ангус будет тебя убивать!

Блисс беспомощно скользила в черную бездну. Последняя мысль ее была о Ките. О днях и ночах, которые им не провести вместе. О годах безмятежно-счастливой жизни, которых никогда не будет. О радости и наслаждении, навсегда погибшем для них.

Глаза Блисс закатились, она рухнула на постель, раскинув руки. Ангус подхватил ее на руки и понес к карете – собственной карете Блисс, стоящей у входа в разбойничье логово.

– Будь осторожен! – говорила Летиция, пока Ангус укладывал Блисс на сиденье и захлопывал дверь. – И возвращайся поскорее, милый! Возвращайся, и мы вместе уедем в Шотландию!

– Да, конечно. – Ангус торопливо чмокнул Летицию в нос, вскочил на козлы и хлестнул лошадей. – Жди меня! – прокричал он.

И карета понеслась по извилистой лесной тропе, вьющейся между вековых деревьев на некотором расстоянии от большой дороги.

Ангус бросил на Летицию последний быстрый взгляд и снова хлестнул коней. Он очень надеялся, что никогда больше не увидит эту женщину. Пусть ждет его хоть до скончания века – с нее станется! Избавившись от Блисс (хоть, право, и жаль убивать такую красотку), он отправится прямиком на побережье и сбежит во Францию. К тому времени, как жители Четема, найдя в лесу тело Блисс, обнаружат Летицию, он будет уже в полной безопасности.

В то самое время, когда Ангус мчался прочь от обманутой возлюбленной, предоставляя ей одной выпутываться из обвинения в убийстве, Кит стоял на дороге в том месте, где несколько дней назад разбойник остановил карету Блисс, убил ее кучера и ранил Мерси.

Преступник увез Блисс в карете, рассуждал Кит. Значит, он мог поехать либо по большой дороге, либо по отходящей от нее неприметной, полузаросшей тропке. Если учесть, что большая дорога идет мимо замка, а затем проходит через деревню, у Камерона оставался только один путь.

Не раздумывая более, Кит взметнулся в седло и помчался в глубь леса. Он не сомневался, что каждый шаг приближает его к Блисс и ее похитителям.

Вскоре сквозь густую листву Кит разглядел крышу и каменные стены. Лачуга покосилась, наполовину вросла в землю, на крыше не хватало черепицы. Однако из трубы вился дымок, и Кит понял, что не ошибся в выборе пути.

Еще большее волнение охватило его, когда на крыльце появилась Летиция Вилльерс. При виде Кита зеленые глаза ее сузились от злобы.

– Ты! – прошипела она. – Что тебе здесь нужно, убийца?

– Ты знаешь, зачем я приехал, – сурово ответил Кит. – Где Блисс?

– Ты убил моего брата и заслуживаешь виселицы! – истерично выкрикнула Летиция.

– Где Блисс? – повторил Кит.

Мерзкая ухмылка показалась на ее лице.

– Ты приехал очень вовремя, – злорадно прошипела она. – Для нас – вовремя, а для тебя – слишком поздно! Теперь-то ты узнаешь, что значит потерять того, кого любишь!

– Будь ты проклята! – вскричал Кит и, спрыгнув с коня, бросился к ней.

Летиция с визгом бросилась в дом, но Кит успел остановить ее, схватив за плечо.

– Отвечай, черт тебя побери! – взревел он. – Где Блисс?

– В аду! – проскрежетала Летиция. – Она мертва! Ангус увез ее отсюда, чтобы убить!

– Куда? – повторил Кит, встряхивая ее так, что растрепанные патлы запрыгали у нее по плечам.

– Не волнуйся, она ничего не почувствует! – заверила его Летиция и мерзко захихикала. – Мы подмешали ей снотворного в вино.

– Где она? – взревел Кит. В этот миг ничего ему так не хотелось, как придушить эту гадину.

Летиция указала на узкую тропинку, уходившую куда-то в глубь дикой чащи.

– Там, – ответила она, глядя на него безумным, блуждающим взором. – Ангус увез ее туда. Но ты опоздал: она уже мертва!

Отшвырнув ее прочь, Кит вскочил в седло и ринулся вперед. Летиция смотрела ему вслед и смеялась звонким, заливистым смехом. Этот безумный хохот долго еще отдавался у Кита в ушах: в нем слышалось что-то нечеловеческое, леденящее душу.