Сладкая месть - Вэнак Бонни - Страница 12

– Да, в данном случае пистолет намного удобнее, – ухмыльнулся Грэм. – Хотя смерть от пули не такая мучительная.

– Не надо его убивать. Хотя этот чертов ублюдок заслуживает смерти. – Кеннет говорил спокойно, но на лбу у него залегли две глубокие морщины. Он не на шутку встревожился.

– Может, ты и прав. Кастрировать было бы намного лучше. Интересно, рыжие евнухи бывают?

Кеннет не улыбнулся шутке.

– Найми кого-нибудь, – предложил он. – Пусть этого ублюдка изобьют до полусмерти где-нибудь в подворотне, пусть даже убьют, но не лезь в это сам.

– Нет. Это личное. Я должен сам это сделать.

– И что потом, Грэм? Черт возьми, мне тоже противно думать, что этот шакал безнаказанно разгуливает по улицам, но здесь не Египет. Это Англия. Здесь есть закон. – Кеннет уже почти кричал.

– В пустыне тоже есть закон, – спокойно напомнил ему брат. – Некоторые сочтут такие наказания чересчур суровыми, но они вполне эффективны.

– Если ты попадешься, то тебя арестуют и повесят. – Лицо Кеннета исказилось от страдания. – Я все эти годы думал, что ты умер, Грэм. Все эти чертовы годы. Я не хочу еще раз тебя терять. Мы братья, я люблю тебя ничуть не меньше, чем свою жену и ребенка.

Брат всерьез переживал за него. Он не заслуживал такой привязанности. В душе у него было пусто и холодно, как в египетской гробнице. Ему уже случалось безжалостно убивать, и он был готов убивать еще. Любая женщина, узнав его ближе, бежала бы в ужасе. Но Кеннет, Бадра и Жасмин старались завлечь его в свой маленький уютный мир, полный любви. Грэм упирался до последнего. Он лишь стоял на пороге и подглядывал в щелочку.

Впрочем, все к лучшему. Когда в высшем обществе узнают тайну Грэма, богатство и знатность помогут Кеннету и его близким сохранить достоинство. В этом мире деньги ценятся гораздо выше чести.

В его циничные размышления вкралось беспокойство. Последнее время дела семьи пошатнулись. Они много потеряли, вложив деньги в акции железнодорожной компании «Балтимор энд Огайо». Цены на сельскохозяйственную продукцию упали, а урожай был скудным. Но Кеннет не унывал, говорил, что дела наладятся. Обязательно наладятся, если план Грэма сработает.

Хотя он и не родился в Египте, он усвоил местные понятия о чести. Он стремился оградить свою семью от скандала. Однако единственным избавлением было уничтожить это чудовище. Когда высший свет узнает о его неприглядном поведении, аль-Гамра умрет с позором. Но при этом все узнают и про то, что он сделал с Грэмом.

Его позор умрет вместе с ним на виселице. Он не призывал смерть, но был рад избавлению от боли.

Грэм рассматривал свое отражение в зеркале. В глазах читалась тревога. Он сглотнул комок, подступивший к горлу. Кеннет, Бадра и Жасмин. Им не дано постичь всю черноту его души.

Он заставил себя улыбнуться и произнес по-английски:

– Не волнуйся. Похоже, на балу будет настоящее столпотворение. Если даже он придет, мы ведь можем и разминуться.

Кеннет мельком увидел лицо брата в зеркале, пока слуга поправлял ему манжеты. Братья знали, что это лишь вопрос времени.

Грэм дождался, пока слуга и брат выйдут из комнаты, и скользнул в спальню. Нажав на выемку в деревянной обшивке стены, он открыл тайник. В старом доме их было немало.

В тайнике оказалась большая шкатулка кедрового дерева. Грэм достал ключ из ящика комода и открыл ящик. Внутри хранились его сокровища: половина папируса с картой, на которой был обозначен клад (впрочем, без второй половины карта была бесполезной), пожелтевшая фотография родителей и пачки денег. Грэм поклялся себе, что никто больше не застанет его врасплох без гроша в кармане. Он с грустью взглянул на фотографию и погладил ее кончиками пальцев. На него смотрели ясные карие глаза матери.

– Какой чудный у тебя малыш, Миранда, – говорили ее подруги про Грэма. – Весь в тебя. Такой красавчик.

«Какой у нас тут красивый мальчик», – раздался в его ушах злой насмешливый шепот.

У Грэма свело живот. На карте, нарисованной на папирусе, был обозначен клад: золотая статуэтка и бесценный изумруд, спрятанные в самом сердце египетской пустыни. Вторая часть карты была у аль-Гамры.

Отбросив гнев и сожаления, Грэм заглянул на дно шкатулки. Он снял синюю обертку с некоего продолговатого предмета размером с ладонь и положил его в ящик комода. Потом вернул шкатулку на место и закрыл тайник. Затем он взял загадочный предмет в кожаном чехле и внимательно его осмотрел.

В отличие от ставшей ему привычной по Египту джамбрии, этот маленький изящный нож, который можно было спрятать в рукаве, изготовили на заказ. Он удобно ложился по руке.

Грэм положил кинжал в карман и направился в холл. Теперь он был готов к балу у Хантли.