Сладкая месть - Вэнак Бонни - Страница 6

Он обнял ее и лежал молча, уставившись в потолок.

От природы она была застенчива, но наедине с ним застенчивость куда-то улетучилась. Они лежали рядом, и это давало ощущение большей близости, чем даже слияние тел. От его большого сильного тела исходило тепло. Джиллиан свернулась у него под боком в клубочек, как котенок.

У нее слипались глаза… и она, не удержавшись, уснула. Мысль о том, что она должна что-то сделать перед тем, как уснуть, не давала ей покоя, но сон оказался сильнее.

Когда Грэм проснулся, серый предутренний свет уже проникал в щель между парчовыми шторами. Он удивился, моргнул и осмотрелся. Рядом с ним лежало нечто мягкое и теплое. Женщина. Теперь он вспомнил.

Грэм немало удивился, что провел всю ночь в притоне, но еще более приятным сюрпризом было то, что он глубоко проспал всю ночь. Никаких снов.

Радости его не было предела. Надо же, ни единого кошмара. Наконец-то он спал.

Он готов был кричать от радости, но побоялся ее разбудить. Грэм улыбнулся и повернулся к женщине, которая буквально вернула его к жизни. Он твердо знал, что это ее надо благодарить за все. Это ее любовь оказалась сильнее кошмара, месяцами терзавшего его, кошмара, в котором не было спасения от рыжеволосого демона. Он принялся с жадностью рассматривать ее лицо. Во сне она казалась совсем девочкой.

Ее полные розовые губы были слегка приоткрыты. На щеки падала тень от длинных ресниц. Он нежно дотронулся до ее изящно очерченной темной брови.

На его пальце остался темный след. Грэм нахмурился и потер чуть сильнее. Его озадаченному взору предстала золотисто-рыжая бровь. Потом он стал разглядывать ее полосы. Внезапно его пронзил ужас: одна маленькая золотисто-огненная прядка высовывалась из-под безжизненно-белесых локонов. Так это был парик!

К его удивлению, ее волосы оказались грубыми и жесткими. Со стоном Грэм провел пальцем вверх по ее брови, ощупывая грубые волоски. Он откинул рыжую прядку с ее лба.

Женщина проснулась и с удивлением смотрела на его искаженное ужасом лицо. Тут глаза ее расширились, и она схватилась за белесые локоны, тщетно пытаясь пристроить их на место.

И тут Грэм накинулся на нее. И вовсе не затем, чтобы заняться любовью. Он судорожно нащупывал и выдергивал шпильки, на которых держался ее парик. Сдавленный стон сорвался с губ женщины, когда он отбросил парик.

Огненные локоны вырвались на свободу. Грэм с искаженным лицом всматривался в ее глаза, потом подбежал к окну и рывком отдернул штору. В комнате стало светлее.

Он метнулся назад и пристально всмотрелся в ее лицо.

Золотисто-рыжие волосы. Зеленые глаза, а вовсе не голубые, как ему показалось вчера.

– Господи, так это вы!

Его сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Выходит, кошмар не кончился. Он только-только начинается.