Земля бушующих страстей - Василевич Л. А. - Страница 79

– Я не вижу большой заслуги в том, чтобы убить человека, когда он один против всех, как в Миннесоте!

Две Луны покачал головой.

– На этот раз все будет иначе.

Он снова отдал приказ своим воинам. Один из индейцев подошел к Клинту и протянул ему нож. Две Луны достал свой нож и сбросил с плеч медвежью шкуру.

– Великий Дух привел нас сюда, потому что не все закончено между нами, – сказал индеец Клинту. – Сегодня мы все выясним.

Он отступил назад, пригинаясь к земле и размахивая ножом. Некоторое время Клинт удивленно смотрел на него. Индеец предоставлял ему возможность отстоять свою честь, которую Клинт считал запятнанной, потому что не смог помочь своей жене и ребенку. Перед ним стоял человек, ответственный за всю его боль, за все кошмары, за то, что он сам убил свою жену и маленького сына, а затем похоронил в темной могиле; они оба были настолько изуродованы, что в них едва можно было узнать Милли и Джеффа.

Утро было тихим и мирным. Глубокий снег приглушал все звуки и блестел на солнце. Гнев переполнял Клинта, когда он ринулся на индейца. Остальные воины отступили, усмехаясь и издавая воинственные кличи, когда Клинт и Две Луны стали наносить друг другу удары. Клинт быстро отскочил назад, увернувшись от удара ножа индейца. Его нога наступила на камень, спрятанный под снегом, и он упал на спину. Две Луны мгновенно оказался наверху.

Мужчины покатились по снегу. Остальные индейцы отступили, чтобы не мешать им. Снег продолжал идти густыми хлопьями, залепляя лицо и затрудняя зрение. Клинт и Две Луны дрались почти молча в огромном сугробе, оба были крепкими мужчинами. Индейцу удалось оказаться наверху, но Клинт держал его руку с занесенным ножом.

По силе они были примерно равны, но Клинт весь кипел от злобы, ненависти и желания убить своего врага, что давало ему дополнительные силы. Внезапно он нанес удар головой прямо в подбородок индейца. Тот застонал и на мгновение ослабил хватку. Клинту удалось его оттолкнуть и вскочить на ноги, а Две Луны, шатаясь, пытался сохранить равновесие. Клинт пригнулся к земле, расставив руки.

Индеец молча смотрел на Клинта, изо рта его текла кровь. Он снова бросился на противника, сделав хитрый и ловкий выпад.

Клинт искусно уклонялся от ударов, довольный, что Две Луны снял с него меховое пальто, которое не сковывало его движений. Теперь он не замечал холода и снега, налипшего на его рубашку, пока они с индейцем дрались на снегу. Клинт также сначала не почувствовал боли, когда индейцу удалось нанести ему глубокую рану на груди. Главной целью Клинта Ривза было убить врага, все его чувства притупились не от холода, а от скорби и желания мести. Он отскочил назад, оценивая ситуацию и не спуская глаз с огромного индейца и выискивая подходящий момент.

Теперь кровь уже окрасила весь перед одежды индейца. Клинт тоже чувствовал, что его рубашка намокла от крови, но сейчас не время думать, насколько глубока была рана. Кровь окрасила снег вокруг. Клинт снова напал на индейца, схватив его правую руку, сжимающую нож. Одновременно Две Луны перехватил запястье Клинта. Два врага толкали друг друга то взад, то вперед, пока индейцу не удалось нанести Клинту удар ногой прямо в живот. Клинт застонал, согнувшись вдвое.

Все произошло за какие-то секунды. Клинт не выпускал нож из рук, но чуть не выпустил руку индейца. Тот хотел вырваться, но Клинт, собрав все свои силы, выпрямился и нанес противнику сокрушительный удар в подбородок.

Клинт услышал крик, индеец ослабил руку. Клинт головой нанес еще несколько ударов. Индеец зашатался и упал на спину. Не обращая внимания на боль, Клинт навалился на него, чтобы не дать ему возможности подняться. Он уперся в грудь противника так сильно, что тот не мог дышать. Две Луны поднял руку с ножом, но отсутствие дыхания лишило его сил. Клинту удалось приставить нож к горлу индейца, прежде чем тот успел схватить его руку. Одновременно он схватил руку противника, в которой был нож, и стал бить ее о небольшой камень снова и снова, пока Две Луны не разжал пальцы. Клинт схватил нож и отбросил его в сторону.

Индейцу не хватало воздуха, Клинт продолжал давить коленями на его грудь. Лицо индейца стало темным, он хватал ртом воздух. Клинт усмехнулся и, схватив противника за волосы, рванул назад, продолжая прижимать нож к горлу.

– Теперь моя очередь, Две Луны! – прорычал он.

Две Луны смотрел на него, глаза у него расширились, он беззвучно раскрывал рот. Клинт всадил нож прямо в кадык индейца, глубоко толкая его, пока нож не уперся в землю. Несколько секунд он смотрел на Две Луны, дрожа одновременно от гнева и печали, поняв в это мгновение, что месть не принесла ему никакого удовлетворения. Убив Две Луны, он не вернет Милли и своего маленького сына. Слезы обожгли его глаза, когда он вынул нож из горла индейца и медленно встал на ноги. Клинт вытер нож о рубашку убитого, засунул его в ножны и отошел в сторону.

Остальные индейцы несколько долгих секунд молча смотрели на Клинта, затем подняли мертвое тело Две Луны, собрали своих лошадей и уехали, ни слова не сказав Клинту. Сражались двое – Две Луны и Клинт Ривз. Победил бледнолицый.

Клинт смотрел, как они уезжают. Странно, но он не испытывал радости, а лишь угрызения совести. Сколько еще будут продолжаться эти убийства? Клинт опустился на колени, охваченный неожиданной скорбью.

– Я убил его, Милли, – простонал он. Не знаю, что это даст, но я убил его.

Клинт схватился руками за живот и согнулся, слезы текли по его щекам. Все кончено. Он больше не испытывал злобы. Теперь он может вернуться к Джо, и сейчас ему хотелось этого больше всего на свете.

Клинт откинул голову назад и глубоко вздохнул, понимая, что если он не вернется в форт и ему там не окажут помощь, то он может никогда больше не увидеть Джо. Клинт вытер глаза и посмотрел на рану. Его рубашка и верх штанов промокли от крови. Он с трудом поднялся на ноги и, спотыкаясь, отправился к месту, где лежало его меховое пальто. Клинт надел его и пошел к лошади. Собрав последние силы, он взобрался на лошадь.

– Пошли, мальчик, – пробормотал Клинт. – Иди… возвращайся в форт… возвращайся к Джо.

День был обманчиво теплым, ничто не предвещало бури. Февральские ветры принесли с собой тепло, снег в долине почти полностью сошел. Джо вышла на крыльцо, наблюдая, как Рубин пас кобыл в долине.

Джо радовалась изменению погоды. Выпас лошадей поможет сэкономить ценный корм, тем более, что беременным кобылам нужно двигаться.

Джо положила руку на большой живот, подумав, что рожать придется не только кобылам. Их время придет летом. Ее собственный «жеребенок», по подсчетам, должен скоро появиться. Временное потепление поможет Мосу привезти сюда Салли Таррел. Горец уехал за ней сегодня утром, и Джо радовалась, что во время родов с нею будет женщина.

Джо задумалась. Теплый ветер свистел между соснами. Сколько времени осталось до возвращения Клинта? Чем быстрее рос ребенок в ее животе, тем больше Джо была уверена, что Клинт обязательно вернется. Прошло девять месяцев, и иногда ее точил червь сомнения: что если Клинт только использовал ее для удовлетворения своих желаний, прежде чем уехать навсегда? Но Джо не могла забыть его объятий и его слез. Следовательно, она значила для него гораздо больше, чем просто удовлетворение мужских потребностей. Между ними существовали особые узы, скрепленные долгим путешествием на запад. Они стали хорошими друзьями задолго до того, как стали любовниками. Джо чувствовала, что понимает Клинта лучше, чем знала и понимала Грега.

Она накинула на плечи шаль и направилась к загону, где содержался Бак. Ей нравилось наблюдать за красивым племенным жеребцом. Конь подбежал к ней, вскинув голову и заржав. Он был так же непредсказуем, как погода в Монтане, однако здоров и крепок. Джо надеялась, что Бак станет отцом прекрасных маленьких кобылок и жеребят.

– Ты поможешь быстро вырасти моему стаду, мальчик, – сказала Джо.

Бак вскинул голову и умчался прочь. Джо вдруг заметила, что конь слегка прихрамывает. Она нахмурилась, открыла ворота загона и прикрыла их за собой, сняла со столба вожжи и спокойно приблизилась к жеребцу, произнося ласковые слова.