Земля бушующих страстей - Василевич Л. А. - Страница 85

Затем Джо заметила, что новый сарай для лошадей почти не горит. Дымился только один угол. Она схватила ведро у колодца и побежала к сараю, чтобы загасить ленивые языки пламени с одной стороны строения. Слава Богу, что дерево еще не просохло и плохо горело. Огонь причинил лишь незначительный вред. Джо закрыла глаза и облегченно вздохнула, благодаря Бога. По крайней мере, одно строение сохранилось. Маленькая удача возродила в ней надежду.

Джо отыскала в сарае лопату, взяла ее и направилась туда, где лежал Монти.

– У нас есть один хороший сарай, – сказала она сыну. Затем взглянула на лопату. – И один инструмент. Мы с тобой живы, и у нас есть кое-что из вещей. К тому же, я спасла большую часть денег. У нас все будет в порядке, Монти, вот увидишь.

Джо наклонилась и завернула ребенка в свое меховое пальто. Становилось прохладно, солнце заходило за дальние горы. Джо знала, что не замерзнет, так как придется копать могилу для Моса и Спирита. Самое главное, чтобы Монти не замерз. Джо отнесла ребенка и лопату в лес, где работал Мос. Она положила малыша на кучу сосновых веток.

Тело Моса лежало на бревне с отверстием от пули в спине. Спирит лежал поблизости с окровавленной головой.

– О Боже, – пробормотала Джо, слезы брызнули у нее из глаз. Она подошла к Спириту, подняла его и перенесла ближе к Мосу, рыдания душили ее. Джо опустилась на колени рядом с Мосом и, продолжая прижимать к себе собаку, она обняла одной рукой его мертвое тело.

– О Мос, прости меня, – плакала Джо. – Я… им отомщу. Не знаю, как, но я доберусь до них, – пообещала Джо. Наклонившись, она поцеловала Спирита. Что может быть лучше преданного пса? В ту первую зиму он был единственным, кто помог ей сохранить рассудок.

Джо осторожно положила Спирита рядом с Мосом, затем взяла лопату и начала копать могилу. Она знала, что ей не хватит сил перенести тело Моса ближе к дому. Придется похоронить его здесь. Слезы текли по лицу Джо, когда она с трудом копала еще не оттаявшую землю. Но чем глубже, тем мягче становилась земля. Ей потребовалось несколько часов, прежде чем удалось выкопать достаточно глубокую могилу. Когда Джо закончила, у нее болели все мышцы.

Она взглянула в направлении дома и увидела, что дым уже не такой густой. Слава Богу, что земля и деревья еще сырые, и огонь не распространился на лес. Если бы такое случилось, она и Монти оказались бы в большой опасности.

Джо отбросила в сторону лопату и ухватилась за тело Моса, которое почти закоченело. Ей удалось подтащить его к могиле и столкнуть туда.

– Прости меня, Мос, – сквозь слезы проговорила Джо. – Я сделала все, что могла. – Она вытерла слезы рукавом платья, затем подняла Спирита и положила рядом с Мосом. – Прощайте, мои друзья, – произнесла Джо, еще раз погладив Спирита.

Руки ее сильно болели. Она подняла лопату и стала закапывать могилу. Монти начал плакать. Он хотел есть, но Джо решила сначала закопать могилу, пока не стало темно. Она очень боялась, что сюда могут прийти волки.

Поблизости лежала куча бревен, приготовленных для распиливания. Из последних сил Джо стала перетаскивать бревна на могилу. Иногда ей приходилось поднимать один конец бревна, чтобы правильно уложить его. Она покрыла могилу тяжелыми бревнами, надеясь, что волки не смогут разрыть ее. К тому времени, когда Джо закончила, она вся промокла от пота. Холодный воздух охладил ее. Джо вернулась к Монти, удивляясь, как ей хватило сил поднять ребенка и перенести его назад под дерево, ближе к дому.

– Сегодня уже слишком поздно, и я очень устала, чтобы отправляться в Вирджиния-Сити, малыш. Мы сделаем это завтра.

Она прислонилась к дереву, накинув на себя и Монти меховое пальто, затем села и расстегнула платье, чтобы покормить малыша. Мысли женщины были сосредоточены на том, как выжить. Судьба снова преподнесла ей испытание, но на этот раз под угрозой была не только ее жизнь. Нужно позаботиться и о Монти.

Сначала надо придумать, как добраться до Вирджиния-Сити. Джо знала, что у нее не хватит сил нести ребенка и вещи, а лошадей не было. Всех забрали бандиты. Джо вспомнила о приспособлении, которое использовали индейцы, чтобы тащить свои пожитки. Клинт называл их французским словом travois. Джо знала, как сделать это приспособление, и была уверена, что сумеет изготовить его из сосновых веток, которые нарубил Мос, из одеял И лошадиной упряжи, которая осталась в сарае. Она довезет Монти и все вещи до Вирджиния-Сити. Хорошо, что у нее есть винтовка. В сарае Джо нашла еще несколько патронов. Дом сгорел, но копье Желтого Волка продолжало лежать перед домом. Люди Морроу выдернули его из земли и отбросили в сторону. Джо решила взять копье с собой, надеясь, что оно защитит ее, если придется встретиться с индейцами.

Она старалась успокоиться. Она уже многое пережила, переживет и это. Ей нельзя сдаваться. Стало холодно. Джо крепко прижала к себе Монти.

– Сегодня ночью мы будем спать на сене в сарае, малыш. У нас есть медвежья шкура, которая согреет нас. Завтра я посмотрю, не осталось ли что-нибудь из еды в подвале дома, и мы отправимся в Вирджиния-Сити. Это будет долгое путешествие, Монти, но, может быть, мы встретим кого-нибудь, кто поможет нам. Мы должны обязательно добраться туда и обратиться за помощью. Мы не можем оставаться здесь. Кенделл обещал вернуться.

Она почувствовала, как маленькая ручонка ущипнула ее за грудь, и слезы снова выступили у нее на глазах.

ГЛАВА 27

Раньше десятичасовая поездка в Вирджиния-Сити на хороших лошадях и в повозке совсем не казалась Джо утомительной, особенно после того, как ей пришлось почти полстраны пройти пешком, добираясь до Монтаны. Но сейчас дорога в город была совсем другой. Джо шла и тащила за собой сооруженное ею приспособление, привязав его к поясу. Она очень устала и хотела есть, голова болела от удара, бок тоже болел. Возможно, Барт Кенделл сломал ей ребро.

Дорога была скользкой и грязной, и временами у Джо так кружилась голова, что она сомневалась, правильно ли она идет. Самое главное – это спасти Монти. Если с ней что-нибудь случится, малыш может умереть. Эта мысль заставляла Джо двигаться, но в день ей удавалось пройти совсем небольшое расстояние. Из еды у нее была только буханка хлеба и первые ягоды. Джо не удалось спуститься в подвал дома, так как его полностью завалило. На второй день пути она заметила кролика, но так разволновалась, что не смогла попасть в него, и тот ускакал прочь.

– Пожалуйста, вернись, – жалобно пробормотала Джо.

Оставшуюся часть дня она никого больше не встречала. По ночам Джо устраивалась спать в каком-нибудь укрытии, обычно под нависающей скалой. Джо сооружала из сосновых веток ложе, укутывала себя и Монти тяжелой медвежьей шкурой и крепко прижимала к себе ребенка. Единственное, что ее радовало, так это то, что малыш был здоровым и спокойным ребенком и редко плакал. Казалось, на него совсем не действует холодный горный воздух, который обжигал им лица, когда Джо утром выбиралась из-под медвежьей шкуры.

Джо устало поднималась на крутые холмы, шла по месиву из снега и грязи, что еще больше затрудняло дорогу. На третий день их чуть не погребла под собой снежная лавина. Если бы не выступ над скалой, где они остановились на ночь, снег покрыл бы их толстым слоем. Джо стояла с ребенком, прижавшись спиной к стене, пережидая сход лавины.

К тому времени, когда все закончилось, снег глубоким слоем лежал вокруг. Джо сделала шаг вперед, и ее нога по самое бедро погрузилась в сугроб. Холодный ветер дул в лицо. Джо заметила, что с северо-запада несутся темные облака. Она знала, что это означает. Что делать? Казалось, все складывается как нельзя хуже. Если начнется буран, вряд ли им удастся выжить, если они будут не в укрытии. Джо слишком хорошо знала, каким может быть буран в горах.

Ей нужно думать о Монти. Надо, чтобы ребенку было тепло и чтобы она могла его покормить. В этом небольшом укрытии, где они находились, им будет относительно тепло под медвежьей шкурой. Сошедшая снежная лавина даже защищала их от ветра.