Рассвет судьбы - Битнер Розанна - Страница 18

– Дело в том, что у шайенов нет будущего. Они еще не понимают этого. Посмотри, что стало с восточными индейцами. Некоторых племен больше не существует. – Она села на край кровати. – Я просто не знаю, что делать. Как странно. Всю свою жизнь я хотела найти родителей. А теперь мой собственный сын хочет меня покинуть.

– Он не покидает тебя. Он просто хочет быть самим собой. Так поступают многие мужчины. Тебе это трудно понять, потому что ты выросла в приюте.

Линда залезла под одеяло и вытянулась рядом с мужем.

– А ты уверен в том, что хочешь всегда жить рядом с моими родителями, Джесс? Ты говоришь, что Кейл делает то, что для него лучше. А как насчет тебя?

Джесс какое-то время молчал.

– У меня есть ты. И этим все сказано.

Он никогда не скажет ей, что хотел бы жить собственной жизнью. Ведь для Линды очень важно быть рядом с матерью и отцом. Она так настрадалась в детстве.

Затем он приподнялся на локте и, глядя ей в глаза, сказал:

– Я люблю тебя, Линда. И понимаю, что для тебя важно быть рядом с родителями. Я делаю то, что делал бы, если бы мы жили далеко от них. У меня вообще не было семьи, пока я не встретил тебя.

– А что, если отец решит уехать в Калифорнию? Джесс откинулся на спину.

– Думаю, что мы тоже поедем. Но тогда нам придется оставить здесь Кейла. Он никогда отсюда не уедет.

– Я знаю. Но даже если мы останемся здесь, то вряд ли его увидим. Мне кажется, мы уже потеряли его.

– Ты никогда не потеряешь его, дорогая, – сказал Джесс, обнимая ее. – И у нас еще есть Джон.

Она поцеловала его.

– Я знаю, что ты хочешь еще детей, Джесс. Я стараюсь. Мне так жаль, что я опять потеряла ребенка.

– Линда, не вини себя, мы не в силах бороться с природой. Возможно, у тебя еще будут дети, но для меня важнее твое здоровье.

Она приподняла голову и шутливо спросила:

– Хочешь опять попытаться? Он засмеялся.

– Никогда не откажусь переспать с красивой женщиной.

– О?! И со многими ты переспал за последние несколько лет?

– С десятками.

Она улыбнулась. Ее рука скользнула вниз по его телу.

– Тогда мне следует поскорее занять тебя и следить за тем, чтобы ты был постоянно удовлетворен, не так ли?

Его синие глаза светились любовью. Он не стал отвечать Линде, а просто прильнул к ее пухлым губам, постанывая от возбуждавших прикосновений ее рук, а затем медленно вошел в нее. Это произошло так просто и естественно. Им не всегда требовались предварительные ласки и поцелуи. Для них было важно слиться воедино, это было так же естественно, как дышать. Они двигались в едином ритме. Линда выгибалась дугой навстречу Джессу, а он приподнялся на коленях и обхватил руками ее бедра, чтобы еще глубже проникнуть в нее. Ему доставляло удовольствие наблюдать, как содрогается в порыве страсти ее тело. Линда схватила мужа за плечи и со стоном произнесла его имя, сотрясаясь в оргазме.

Как она любила его! Он всегда так добр к ней, так заботлив и так хорошо понимает ее. А ведь она боялась полюбить снова, но эти десять лет убедили ее в том, что все страхи оказались напрасными.

Отец с матерью всегда говорили ей, что жизнь продолжается, несмотря на страдания, которые порой выпадают человеку.

Джесс крепко прижал ее к себе и поцеловал в шею.

– Боже, Линда, это всегда так чудесно, – прошептал он.

А Линда с надеждой подумала о том, что, может быть, на этот раз его семя даст жизнь еще одному ребенку.

– Знаешь, а ведь я не собирался этим заниматься, – сказал он.

Она засмеялась.

– Ты всегда так быстро заводишься. Если тут вдруг появится женщина, мне надо будет следить за тобой.

Он поцеловал ее глаза.

– На всей земле нет женщины красивей тебя, так что не стоит волноваться.

– Спасибо, Джесс, что позволяешь мне быть рядом с родителями. Ты всегда меня понимал. Мне нужна твоя сила, чтобы переносить трудности.

Ее глаза увлажнились.

Он смахнул с ее щеки слезу, и в этот момент они услышали выстрел. Джесс напрягся. Послышались мужские крики и топот копыт.

– Джесс, что это?

– Не знаю!

Он вскочил на ноги и стал торопливо одеваться.

– Надень халат и иди в комнату Джона. Оставайся там, пока я не приду за тобой.

К хижине Калеба приближался Хэнк Таттл, сзади скакало несколько мужчин, которые криками и выстрелами испугали табун лошадей, предназначенных для продажи.

– Сейчас ты мне за все заплатишь, сукин сын! – завопил Таттл и выстрелил в окно хижины.

ГЛАВА 7

Калеб вручил ружье Джеймсу, который кубарем скатился с чердака.

– Что происходит, па?

– Кто-то пытается угнать лошадей. Стой около двери и стреляй в любого, кто попытается зайти.

– Эй, индеец, выходи, – кричал Хэнк Таттл, беспорядочно стреляя по окнам.

– Стой около стены, – приказал Калеб.

– Калеб, Джеймс, – донесся из спальни голос Сары.

– Оставайся там, Сара, – крикнул Калеб.

– Что это? Что происходит?

– Кто-то хочет украсть лошадей. Я должен выйти наружу.

– Па, их слишком много!

– У меня полно виски, индеец! – опять послышался голос Таттла. – Тебе захочется выпить, когда узнаешь, что все твои лошади разбежались.

Калеб осторожно выглянул в окно, вглядываясь в темноту. Где же Кейл и Джесс?

Джеймса трясло от гнева и унижения. Это опять случилось. Кто-то напал на них, и это только потому, что они индейцы.

– Похоже, что это Хэнк Таттл.

– Кто это, па?

– Торговец виски. Я однажды сцепился с ним. Негодяй привел с собой помощников. Плохо то, что я не знаю, сколько их. Мне нужно выйти. Попробую через заднее окно.

– Па, а если они попытаются войти?

– Стреляй во все, что движется. Ты стоишь близко от входа, так что не промахнешься.

Калеб бросился в спальню.

– Калеб, не ходи туда! – взмолилась Сара.

– Я должен идти, Сара. У Джеймса ружье. С вами все будет в порядке. Как только я выйду, закрой окно.

Калеб крадучись вылез наружу и бесшумно исчез, как это могут только индейцы, а Сара быстро закрыла окно и перебралась поближе к Джеймсу.

– Не беспокойся, мама. Никто не войдет сюда.

– Я о себе не беспокоюсь. Я волнуюсь за твоего отца и за Линду. И если Калеб потеряет лошадей…

Она изо всех сил сдерживала слезы.

– Это торговец виски, с которым отец поссорился в прошлом году, – проговорил Джеймс.

Два выстрела пробили окно. Сара с криком пригнулась. Джеймс просунул ружье сквозь выбитое стекло и выстрелил в темноту.

При свете луны Калеб сумел разглядеть, как несколько мужчин крушат изгородь загона, в котором находились отобранные для продажи лошади. Гиканьем и криками они стали выгонять лошадей из загона, и животные понеслись в разные стороны.

Калеб прицелился и выстрелил, потом еще и еще раз. И каждый выстрел был удачным. По крайней мере троих нападающих он вывел из строя. В отдалении послышались новые выстрелы. Должно быть, Джесс. Неожиданно из темноты выскочило еще несколько всадников. Навстречу им кто-то несся во весь опор, выкрикивая боевой клич шайенов. Кейл!

– Кейл, будь осторожен, – прокричал Калеб внуку, который въехал в самую гущу нападавших. Еще несколько людей Таттла попадали на землю, раненные Кейлом и Калебом.

Неожиданно Кейл резко завалился набок, и пуля, предназначавшаяся ему, ранила одного из нападавших. В таком положении Кейл проскакал мимо людей Таттла и растворился в темноте.

Калеб увидел, что оставшиеся семь-восемь человек подошли к хижине. Он вскинул ружье и похолодел от ужаса, услышав отчаянный крик Сары. Затем в хижине раздался выстрел. Калеб бросился к двери.

– Сара! Джеймс!

– Сдавайся, Сакс, – послышался голос. – Сдавайся, а то они умрут.

Калеб не стал стрелять в тех, кто находился около хижины, он не мог рисковать жизнью жены и сына. Каким-то образом Таттл проник внутрь и мог привести в исполнение свою угрозу. Но что произошло? Почему Джеймс не выстрелил?