Орки плачут ночью - Капустин Вад - Страница 48

Странник долго и, казалось, так же самозабвенно, как остальные, слушал все новые напевы свирели, стоны банджо, ритм бубна и звон колокольцев, слившиеся в единое неразделимое целое. Звуки бубна как будто особенно завораживали чужака. Настолько сильно, что Мясоедов невольно обратил внимание на необычное поведение незнакомца и нехотя вернулся к реальности.

Музыкант, наконец, заметил, что скоро рассвет, и небо в редких прорехах между предутренними облаками уже светлеет, равнодушно скользнул взглядом по незваному гостю и с беспокойством отметил, что Влак так еще и не вернулся.

Мясоедов резко прекратил играть и подал знак друзьям. Музыка смолкла. Слушатели недовольно загудели.

-Хватит, – властно сказал оркский вожак. – Пора спать. Нужно немного отдохнуть перед походом.

Поворчав, орки разбрелись по поляне, пытаясь устроиться на недолгий ночлег.

Полукровки остались сидеть у костра, задумчиво глядя на инструменты, как будто не в силах были так быстро расстаться с волшебным миром искусства, а седовласый странник подошел к Мясоедову.

-Спасибо, – сказал незнакомец. – Мне понравилась твоя музыка.

Севка безразлично кивнул, принимая благодарность, но старик еще не закончил.

-Ты позвал меня и развлек, – сказал странник. – И я сделаю ответный подарок, тебе и этому миру. Скоро ты получишь его. И можешь больше не бояться проклятия.

Растерянный полуорк не нашелся, что ответить. Не дождавшись благодарности, незнакомец резко развернулся и направился к сплошной стене деревьев, среди которых, наверняка, не смогла бы проскользнуть и мышь, а затем, обернувшись, тихо добавил:

-Берегись Волчьего Лога, – и исчез, как будто растворившись в ночном лесу.

( За стихи для песни спасибо Шершню – координатору конкурса «Лавровая табуретка» в Старой корчме – nikitin.wm.ru)

Глава 16

Беглянки

Дора приоткрыла дверь и робко заглянула в комнату. Она сомневалась, что слова хозяйки относились именно к ней – откуда эльфийке могло быть известно о появлении новой пленницы? – но любопытство ее было вполне объяснимо. Песенка эльфийки была первой песней, услышанной Дорианой на Кьяре. Хозяйка вновь подтвердила приглашение:

-Входи, входи!

Открывшееся перед ней зрелище потрясло девушку. На зеленом диванчике, таком же, как и в комнатке Дорианы, сидело взъерошенное, несчастное, истощенное до крайности существо. Коротко стриженые, под мальчика, льняные волосы, полубезумное выражение светло-карих глаз и висящее, как на вешалке, роскошное кружевное платье, дополняли картину. Если бы не голос и не нелепый наряд, гномка затруднилась бы даже определить пол новой знакомой. И при этом пленницу отнюдь не морили голодом. На приземистом столике стояло огромное блюдо с фруктами. Рядом располагалось второе, с вареным рисом и какой-то одуряюще вкусно пахнущей запеченной птицей.

Желтоватые ягодки винограда, длинные, с тонкой просвечивающейся шкуркой, выглядели настолько аппетитно, что Дора невольно сглотнула слюну. Дистрофичная эльфийка еды как будто не замечала. Она смотрела только на гостью.

-Наконец-то ты явилась, избавительница, – глубоким, неожиданно сильным голосом сказала пленница. – Я знаю, ты пришла меня спасти! Когда мы сможем отсюда уйти? Мне нужно как можно скорее попасть в Хран!

Дориана растерялась – слова эльфийки звучали полным бредом. Избавительница? Пришла спасти? И уцепившись за единственную показавшуюся здравой мысль, девушка неожиданно для себя самой спросила:

-Зачем тебе нужно в Хран?

Она не рассчитывала получить разумное объяснение, но пленница лорда Сесила неожиданно внятно ответила:

-Туда должен прийти человек, которого я люблю.

-Человек, которого люблю я, тоже должен прийти в Хран! – вопреки всякой логике, Дориана ощутила острый приступ ревности. Вытеснив все сомнения и колебания, в девушке заговорило чувство собственности, которое и вызвало следующий нелепый вопрос: – Как зовут твоего возлюбленного?

-Я не могу тебе этого сказать, – с легким упреком сказала эльфийка. – Это может быть для него опасно.

-Погоди, ты же сказала «человек»? Он не эльф, а…? – вдруг сообразила Дора.

-Да, мой возлюбленный – чистокровный человек. Только он не такой, как другие люди, – ответила пленница. В светло-карих глазах мелькнула тень вызова.

-Чистокровный? Значит, это не…, – полугномка с облегчением перевела дух. Это не мог быть Севастьян. В нем любой опознал бы орка, пусть и не чистокровного. Девушку охватило любопытство, и, предвкушая романтическую историю, она засыпала новую знакомую вопросами: – А откуда ты знаешь, что твой друг приедет в Хран? Он прислал тебе вестника? Где он сейчас? Почему он тебя не освободил?

-Я не знаю, где он сейчас, и давно не получала писем, – кротко ответила эльфийка. – Но мне точно известно, что скоро он будет в Хране, – она немного поколебалась. – Наверное, тебе можно в этом признаться. Ты слышала мою песню? Так вот, меня научили петь в университете. Это связано с моей магией. Дело в том, что я могу предвидеть будущее – такой у меня Дар.

Пленница говорила уверенно и без тени сомнения, и Дориану, наконец, осенило.

-Так, значит, ты и есть пророчица Дельфина? – воскликнула она. – Как ты здесь оказалась? Ведь эльфы увезли тебя в Хран!

-Так они мне и сказали: что отвезут в Хран, к волшебнику Вельфу, – подтвердила Фина, ничуть не удивляясь тому, что незнакомой девушке известны о ней такие подробности. – Поэтому я и не стала сопротивляться. Но, к несчастью, они сделали остановку в замке лорда Сесила, а когда лорд надругался надо мной, я увидела его будущее и, по неосторожности, предсказала ему смерть. Он умрет в огне, и я знаю, кто его убъет! Будь он проклят!

-И с тех пор ты заперта здесь? – Дориана с ужасом выслушала откровения эльфийки. Ее мысли вернулись к планам немедленного побега. Фина подтвердила:

-Да, уже две недели. Лорд почти каждый день приходит ко мне и требует признаться, что я солгала. А когда я соглашаюсь с ним, он мне не верит и… мстит! – в голосе пленницы прозвучала боль. – Но теперь появилась ты, и мы можем бежать. Сегодня же.

Дориана растерянно кивнула. Наверное, воспользовавшись кольцом, она смогла бы под пологом невидимости вывести с собой и эльфийку. Если, конечно, та не упадет по дороге от слабости и истощения.

-Хорошо, – девушка, наконец, решилась. – Я приду за тобой сегодня вечером, когда стемнеет. Но ты должна хоть немного поесть – я не смогу тебя тащить!

-Хорошо, – Фина послушно отщипнула ягодку винограда и повертела в пальцах, задумчиво разглядывая, как что-то не слишком приятное, словно у нее в руке была не ягода, а сушеный таракан. – Мне не хочется есть, но если это нужно для побега, я смогу себя заставить.

-Тогда до вечера, – Дориана с облегчением покинула комнату, не в силах больше выносить изможденного вида пленницы.

Когда Дориана выходила из комнаты, вслед ей снова зазвучала светлая эльфийская песенка, но теперь девушке слышалось в ней что-то зловещее:

Не ищи ответов ты В мире непогодицы: Самое заветное Лишь в тебе находится.

Если в сердце солнышко – То не страшно в темени. Смело пей до донышка Эту чашу времени.

В ожидании сумерек Дориана решила немного привести себя в порядок. Мыться в тазике оказалось не слишком неудобно. Пришлось делать это по частям. Белье, найденное на стуле, при ближайшем рассмотрении, оказалось просто роскошным: настоящие эльфийские кружева. Девушка не устояла перед искушением натянуть на себя изумительные панталончики из сиреневых кружев потрясающей ручной работы. Стянув платье, Дора помыла голову холодной водой и попыталась домыться остатками воды из тазика. В этот момент дверь распахнулась, впустив в комнату двух уже знакомых мужчин.

Увидев полуобнаженную девушку, Бель, приглушенно ахнув, отступил в коридор, а Лилиан невозмутимо поинтересовался: