Выбор Роксаны Пауэлл - Уилмер Дейл - Страница 1

Уилмер Дейл

Выбор Роксаны Пауэлл

Глава 1

Стрелка спидометра указывала на отметку семьдесят, и я тут же пожалела, что взглянула на него. Бронированный, без боковых стекол, корпус нашего джипа практически не позволял видеть, с какой скоростью мы едем. Но теперь-то я знала. Семьдесят миль по такой дороге?! Вероятно, у меня вырвался слишком громкий вздох, потому как Дэн Лэндис, сидевший рядом с водителем, обернулся ко мне.

— Тебя что-то беспокоит, моя роскошная?

— Нам обязательно нужно ехать так быстро, Дэн?

Дэн удивился: ему и в голову не приходило подумать об этом. В сотый раз он перечитывал телеграмму с инструкциями от руководства киностудии, полученную пару дней назад, накануне нашего отъезда из Сингапура.

— Думаю, да, — ответил он и локтем толкнул водителя. — Эй, Хуссейн, мисс Пауэлл хочет, чтобы ты ехал помедленнее, понял?

Тот кивнул. Это был худой невысокий смуглый парень из индийцев-тамилов. Мы наняли его в Куала-Лумпуре.

— Это было бы неразумно, — проговорил он. — Дорога очень опасная. — Его желтые зубы пугающе блеснули, когда, обернувшись через плечо, он улыбнулся мне.

Улыбку у него вызывало все, особенно что касалось меня. С момента нашего знакомства он сам назначил себя моим личным слугой, наставником и телохранителем. Чаще всего это выглядело очень забавно. Он вообще был забавен — веселый коротышка с длинными черными сальными волосами, на голове — фетровая шляпа, глаза прикрывают очки в темной оправе, которые он носил для шика. Однако в тот момент я была сердита и взвинчена, и, судя по тому, что добавил Хуссейн в следующую секунду, он это понял.

— Это бандитская страна. Здесь очень плохие люди. — Для пущей убедительности он изобразил пулемет:

— Та-та-та-та!

— Ради Бога, следи за дорогой, — прервала я его, — насколько это возможно. — Ветровое стекло джипа тоже было закрыто бронещитом с узкой щелью для глаз шофера. — Если приходится выбирать между перспективой быть захваченной повстанцами или раздавленной в этом железном гробу, я предпочитаю первое.

Дэн прищелкнул языком. Его оптимизм был таким же большим, как и он сам. На студии Дэн отвечал за связь с прессой. Он работал в Голливуде так долго, что воспринимал жизнь как очередной киносериал, всегда зная, что конец будет счастливым.

— Думаю, в этом что-то есть, Рокси, — сказал он. — Бьюсь об заклад, если нас и остановят какие-нибудь партизаны, то лишь затем, чтобы попросить у тебя автограф. Но подумай обо мне: никто в Малайе даже не слышал моего имени.

— А я-то полагала, что как теннисист ты знаменит на весь мир, — съязвила я, выплескивая на него свое раздражение.

По лицу Дэна скользнула болезненная гримаса, и мне стало стыдно за свои слова. Дело в том, что мы с Дэном знали друг друга настолько, насколько это возможно для мужчины и женщины, и было нечестно бить его ниже пояса. Каждый из нас имел уязвимые места, к тому же Дэн был отличным парнем. Теннис он любил больше всего на свете и, как мне говорили, мог бы сделать в нем карьеру. А то, что вместо спорта он предпочел использовать теннис для маневров в бизнесе, в конце концов — его дело. Вероятно, кроме меня и его самого никто не знал, что выигрывает или проигрывает он в зависимости от того, насколько влиятелен его противник.

— Извини, Дэн, я вся на нервах.

— Забудь об этом, — ответил он. — Хотя нет, я передумал. Хочу, чтобы ты пообещала мне кое-что. Я поняла, что он имеет в виду, но промолчала. Между тем, достав карту, Дэн спокойно стал изучать ее.

— Если мы не сбились с пути, то скоро будем на месте.

Хуссейн согласно кивнул:

— Через несколько минут должна быть деревня.

Джип поехал медленнее.

Дважды мне повторять не нужно: я опустила броневые шторки до уровня глаз и выглянула наружу. Мы отъехали от столицы на пятьдесят — шестьдесят миль, однако местность практически ничем не отличалась от той, какую я привыкла видеть в последние несколько дней: на переднем плане — преимущественно холмистая, с возвышенностями и долинами, на заднем — покрытая джунглями, из которых, казалось, на тебя вот-вот кто-то набросится.

Как гласил дорожный указатель, деревня, в которую мы въезжали, называлась Гопенг. Не знаю, что это означает на малайском, но я бы перевела это как «грязная дыра». Она представляла собой два ряда лачуг, разделенных дорогой, по которой бродили бесчисленные куры, коровы и голопузые чумазые ребятишки. Единственным приличным строением было кирпичное здание, в котором размещался полицейский участок. Хуссейн резко затормозил как раз напротив него. Тотчас оттуда выбежали двое туземных солдат с карабинами. Пока Дэн расспрашивал их, они с интересом рассматривали меня. Вероятно, присутствие блондинки, одетой в калифорнийский пляжный костюм по последней моде, было здесь настолько же неуместно, как присутствие их самих, скажем, в Сансет-Бич. Я и сама чувствовала себя явно не в своей тарелке, но в тот момент меня это мало заботило. Важнее было то, что тряска в автомобиле почти завершилась. Дэн вернулся.

— Мы на правильном пути, — сказал он хмуро. — Поместье Гурроч-Вейл в пяти милях отсюда. Но наш грузовик здесь еще не проезжал. Как ты думаешь, Хуссейн, может, они свернули не в том месте? Ведь они выехали раньше нас. Или Джи Ди отыскал где-нибудь открытый бар?

— Похоже на то. — И Хуссейн сорвал джип с места.

— Тебе лучше поднять броню, — посоветовал Дэн. — Мне бы не хотелось, чтобы твою прелестную головку размозжило пулей, по крайней мере, до сегодняшней ночи.

— Пусть попробуют, — заупрямилась я, — на такой скорости у них это вряд ли получится.

Дорога бежала среди ухоженных полей риса, кукурузы, тапиоки и сахарного тростника, на которых работали мужчины и женщины. Хуссейн быстро разогнал автомобиль до скорости пятьдесят миль в час, и обработанные поля вскоре остались позади. Нас снова окружали джунгли. Через некоторое время проехали мимо большого перевернутого на бок автобуса. Корпус был обгоревшим, хотя видимых признаков аварии я не обнаружила. Хуссейн еще глубже утопил педаль акселератора.

— Бандиты, — выдохнул он.

— Все у тебя — бандиты, — усмехнулась я. — Неужели ты думаешь, что здесь вообще ничего не может произойти естественным образом?

Хуссейн лишь передернул худыми плечами. Вскоре он начал притормаживать. У обочины дороги стоял большой указатель с цинковым навесом от дождя, на нем значилось: «Поместье Гурроч-Вейл». Деревянная стрела указывала на узкую, грязную дорогу, ведущую в лесную чащу. Мы свернули на нее и, проехав с сотню ярдов, уткнулись в ограждение из зловещей на вид колючей проволоки высотой около шести футов. По обе стороны въездных ворот были навалены мешки с песком. Ворота были открыты, но их охраняли два туземца с ружьями.

— Похоже, нас ожидают, — заметил Дэн и опустил броню, чтобы поприветствовать охранников. Те никак не прореагировали на его дружеский жест, лишь внимательно посмотрели на нас и, отступив в сторону, пропустили джип на территорию поместья.

На небольшой скорости Хуссейн вел машину по извилистой дороге поместья. Она шла под уклон и была еще довольно скользкой после утреннего дождя. Кроны каучуковых деревьев смыкались у нас над головами, не позволяя солнечным лучам проникать вниз. По обе стороны от дороги, насколько хватало глаз, тянулись правильные ряды деревьев, посаженных на расстоянии двадцати футов друг от друга.

Несмотря на жару, меня пробирала мелкая дрожь: в воздухе будто витало предчувствие беды, напомнившее мне фильмы о заброшенных замках. Но это чувство охватило меня лишь на секунду-другую, так как в следующее мгновение мы выехали на открытую площадку и дом, который стоял там, оказался не старинным особняком, а просторным тропическим бунгало с обыкновенной верандой, дверями и окнами. На ступеньках, на корточках, сидел еще один вооруженный абориген. Хуссейн остановил джип прямо перед ним, и Дэн вышел из автомобиля.