Невеста тёмного лорда (СИ) - Гран Ана - Страница 1

Невеста тёмного лорда — Ана Гран

I

Солнце село за горизонт, и улицы столицы погрузились во тьму, которую нарушал огненный герб Веркинда — шестиконечная пылающая звезда с точкой в центре. Не работал ни один фонарь, чтобы каждый житель смог увидеть, что между двумя странами наступил мир. Вот уже две недели газеты трубят об удачно проведенных переговорах, об открытых границах и о том, как на это отреагируют заговорщики. И вот сегодня посольство открыло свои двери.

Я же ждала Вильяма всё это время. Его имя то и дело мелькало в газетах: был там то, сделал то и то, посетил это. Обида уже начала жечь сердце, я всё-таки его невеста. Не забыл ли он обо мне? Я всё понимаю, он человек приближенный к Императору. У него много работы при дворе, к тому же он, как и я — глава рода. Но хоть бы на минутку заглянул, зараза!

Успокоилась я, когда посыльный принёс коробку с платьем, а ещё карточку с надписью: «Сегодня будет бал. Наденешь для меня?»

Конечно, я надела!

Платье было чёрным с открытой спиной, юбка из десятка слоёв сетки. На нём не было ни замысловатой вышивки, ни кружев, ни камней. Ему не нужны были украшения. Оно само по себе украшение. Такое простое и в то же время изысканное. Вильям хорошо меня знает, раз прислал мне это платье. Подари он мне нечто аляпистое, вряд ли бы я надела, даже если бы он умолял меня на коленях.

Я засекла портал за секунду до того, как в моей комнате образовалось облако тьмы, и из него вышел Вильям в чёрном камзоле, чёрных брюках и кожаных туфлях. Вот он — один из самых сильных тёмных лордов страны! И он мой!

— Я скучал! — первое, что сказал он и развёл руки в стороны, намекая на объятия. Он был выше меня на полголовы, широкоплечий, жилистый и опять не бритый, но зато мой, мой и только мой.

— Ты долго, — сложила я руки на груди, даже и не думая бежать к нему обниматься. Вот ещё! Целых две недели от него ни слуху и духу, а теперь «я скучал»! Хоть бы письмо прислал, зараза!

— Ну, прости меня, Олли, — тут же принял он покаянный вид. — Столько дел с этим посольством, а ведь ещё и заговорщики. — Он подошёл ко мне. Обнял, хотел поцеловать в губы, но я отвернулась, и он чмокнул меня в щёку.

— Олли, — он взял моё лицо в свои ладони. — Не злись, хорошо?

И вот теперь уже поцеловал точно в губы, зараза моя. Я ответила. Как тут было не ответить? И даже потянулась за добавкой! Целых четырнадцать дней меня не целовал!

Вильям обнимал крепко. Одну руку он переместил на мою талию, и буквально вжимал меня в себя, да и к тому же спина то у меня была голой. И это ещё более ярко сказывалось на моих ощущениях от поцелуя. Другими словами, я просто ловила кайф от его руки на моей обнаженной спине.

Я обнимала его за шею, гладила его плечи и зарывалась пальцами в его волосы.

— Вилли, мы опоздаем, — сказала ему, с трудом отрываясь от его губ.

— Ага, — согласился он и стал покрывать поцелуями мою шею. Чувствую, ещё чуть-чуть и дело перейдёт в горизонтальную плоскость.

— Вилли! — снова позвала его. — Мама будет недовольна, — а сама даже и не думаю его отпускать. Все две недели ждала его, переживала, как он там…

— Я соскучился, — прошептал мне на ухо он и поцеловал за ушком нежно-нежно. И всё. Я сама его поцеловала в губы и повисла на нём, потому что ноги уже не держали, а он всё так же крепко обнимал меня…

— Миледи! — в комнату без стука вошел мой дворецкий. — Ой, простите! — и тут же вышел.

— Ну вот, — протянула я. — Теперь по дому будут ходить слухи.

— Они уже давно ходят. И что такого? Ты моя невеста. Мне уже и невесту поцеловать нельзя?

— Я то не против, — заверила его, погладив его колючую щеку. — Ты бы побрился что ли, — сказала я, чувствуя раздражение на лице от щетины.

— Я тебе вообще-то подарок принес, — сказал он и достал из внутреннего кармана камзола синюю бархатную коробочку.

Я не без любопытства открыла её.

— Ещё одна семейная драгоценность? — спросила его, потому что там, на белой подушечке лежало колье, подходившие по стилю к кольцу, которое красовалось сейчас на моём безымянном пальце.

— Почти. Это копия, оригинал утерян, — сказал он. — Так что это простое украшение, а не артефакт.

И Вилли взял мою левую руку, поцеловал тыльную сторону ладони, затем палец с кольцом. Я улыбнулась.

— Ты прекрасна, — заявил он, смотря на меня. — Я люблю твою улыбку.

— Спасибо, всё для тебя, — ответила я и это была чистая правда.

— Рад это слышать.

Раздался осторожный стук в дверь.

— Миледи, — снова дворецкий. — Ваша матушка переживает, что вы опоздаете…

— Уже выхожу! — сказала я дворецкому, а потом посмотрела на Вильяма, — я ведь выхожу?

— Неа, — проговорил он, доставая колье из коробочки. — Повернись.

Я развернулась к нему спиной. Вильям убрал завитые волосы со спины, переложил их на левое плечо и надел на меня украшение.

— Тебе безумно идёт! — он обнял меня сзади, его ладони оказались на моем животе, постоял так пару секунд, и его губы прикоснулись к шее, а потом и к спине, проложив дорожку поцелуев вдоль позвоночника до самой поясницы…

— Вилли, — прошептала я с закрытыми глазами. — Время, Вилли…

— Жду не дождусь, когда мы поженимся, Олли. И вот тогда… — его рука сместилась на моё бедро, — ты от меня нормами нравственности не отделаешься. Я с тебя за все годы ожидания стребую по полной программе!

— Звучит заманчиво, — улыбнулась ему и открывала глаза. Черт, тело требовало продолжения!

Он тяжело вздохнул.

— Как меня достала эта конспирация! — и ушел порталом.

Я улыбнулась своему отражению в зеркале, поправила платье, заправила выбившиеся прядки обратно в прическу, которую Вилли успел немного растрепать, и вышла из комнаты, спустилась по лестнице в холл, где меня ждала мама.

— Ну, наконец-то! — взмахнула она руками. — Почему так долго?

— Колье подходящие никак не могла найти, — объяснила я причину моего опоздания. Хотя весь дом уже давно знает, что Вил ходит ко мне порталами, но мама упорно продолжает ломать комедию, дабы защитить мою девичью честь.

— Что-то долго твоего жениха нет, — проговорила мама. И я тоже заволновалась, потому что Вильям обычно сразу появлялся, а тут мы его минут семь прождали, зато, когда появился тёмное облако, и он вышел из портала с выбритыми щеками, стало понятно, почему так долго. На моих губах снова появилась улыбка.

— Леди Черн, — тут поприветствовал он мою мать, взял её руку и поцеловал тыльную часть ладони.

— Лорд Мёртв, вы заставили старую женщину вас ждать! — высказалась мама. — Это неприлично!

Я улыбнулась ещё шире. Мама любит сообщать людям об их промашках в этикете. Её хлебом не корми, дай только манерам поучить!

— Прошу меня извинить, но будущая леди Мёртв сказала, что не будет меня сопровождать, если я не побреюсь. Я же не мог ей отказать…

Вот зараза!

Мама одарила меня задумчивым взглядом и сказала:

— Это в её репертуаре. Идёмте!

Вильям открыл портал, первой в него зашла мама, а затем и мы. Вышли в императорском саду, на небольшой площадке, где то и дело вспыхивали порталы. Просто это единственное место, где можно было пользоваться порталами в пределах дворцового комплекса. Тут же стояли люди из Императорской гвардии вооруженные до зубов и готовые напасть на врага в любой момент.

Летний бал проходит на дворцовой площади. Собственно туда мы и направились по широкой дорожке, вдоль которой были установлены масляные фонари, а вокруг них собирались мелкие насекомые, привлеченные светом.

Вильям предложил мне локоть, и я тут же воспользовалось этим. Всё же я тоже соскучилась по нему. Да и этот жест красноречивее всего показывал всем, что мы вместе. Хотя все и так знали, что мы помолвлены, но об этом хотелось кричать на всю округу!

Мама шла рядом с нами с расправленными плечами. Её руки, затянутые в узкие черные перчатки, чуть приподнимали юбку чтобы при ходьбе на неё не наступить. Одевалась мама строго, но по моде. Платье у неё сейчас, конечно, было не бальным. Оно было прямым, никаких тебе вытачек, просто черный балахон с вырезом лодочкой. Но зато на маминой шее сейчас болтались две длинные нитки крупного жемчуга, которые и придавали солидность её внешнему виду. Седые волосы забраны в прическу на затылке. Мама принципиально не красила волосы. Говорила, что седина ей к лицу, а вот на лице у неё была тонна косметики и светская маска дружелюбия.