Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10 (СИ) - Евтушенко Сергей Георгиевич - Страница 1

Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 10

Глава первая

— Добро пожаловать в Грюннвахт, лорд Виктор. Герхард Ледгрип, к вашим услугам.

Верховный комиссар Грюннвахта выглядел менее внушительно, чем представители Восточного Концерна. Сухой невысокий цверг в сером кителе с латунными пуговицами, единственная выделяющаяся деталь — эмблема в виде треугольного щита на левой стороне груди, молот на фоне горы. Эмблема была серо-стальной, но узнаваемого оттенка, который невозможно ни с чем перепутать. Драгестол.

— Спасибо, что приняли нас так быстро, комиссар.

— Не стоит благодарности, лорд Виктор. Поверьте, не стоит.

Кабинет Герхарда Ледгрипа располагался на самом верху Городской Комиссии Безопасности и Контроля Грюннвахта. К счастью, цверги не додумались сокращать название своей полицейской структуры до монструозного ГКБКГ, вместо этого говоря просто «Комиссариат». Здание Комиссариата возвышалось над городом, как и было положено символу контроля и безопасности, а помещение, где нас принимали, считалось невероятно огромным — по цвергским меркам. По правую руку — шкафы и сейфы, вероятнее всего для хранения документации, запертые на механические замки с руническими печатями. По левую — стенды с уликами, от небольших образцов сплавов до вычурного огнестрельного оружия, к каждому прикреплена бирка с короткой надписью. «Взгляд библиотекаря» услужливо подсказал перевод — «Изъято».

Сам Герхард сидел за массивным письменным столом из чёрного дерева, украшенного бронзой и латунью. Наша компания, включающая в себя меня, Эдварда, Хельгу, а также Анну, устроилась в креслах напротив, но полноценного приветствия удостоился только я. Остальные — лишь сухих кивков.

— Некоторые из Вольных Городов посчитали, что Полночь не вернётся, — продолжал Герхард негромким, почти безразличным голосом. — Что её тень над Торвельдом развеялась навсегда. Но Грюннвахт ждал, ждал бдительно и неустанно — благодаря нашему уважаемому бургомистру… и вашему покорному слуге.

— Звучит так, будто вы говорите о стихийном бедствии.

— В каком-то смысле так оно и есть. Тень вечного замка несёт великую выгоду, но вместе с этим — немалую угрозу. Смуту, хаос — особенно для тех, кто оказался не готов.

— В таком случае, я рад, что Грюннвахт подготовился, — невозмутимо сказал я. — Или вы всё равно планируете потребовать компенсацию ущерба?

Кас предупреждала, что тень Полуночи может доставить определённые неприятности, с учётом особенностей теневых маршрутов. Но ни один другой цверг, из рода Смелтстоунов или нет, не упоминал о «хаосе и смуте» в Союзе Вольных Городов. Напротив, влияние Полуночи подстегнуло добычу ресурсов и торговлю, предоставило гору новых возможностей. К тому же, без эмиссара тень не могла вырасти сильнее, чем на треть, и тем самым привести к по-настоящему большим проблемам. Никаких тебе армий, внезапно телепортирующихся на немыслимые расстояния, и подобного рода дичи. Что могло случиться из худших вариантов? Ограбления, киллерство и преступления подобного рода? Для тех, кто осмелится проворачивать их без одобрения вечного замка.

Взгляд, мельком брошенный на моих спутников, косвенно подтвердил логическую цепочку. Хельга и Эдвард сидели со слегка озадаченными лицами, словно пытаясь вспомнить, о какой это угрозе говорит верховный комиссар. Анна попросту улыбалась, вежливо и спокойно, как если бы мы находились перед Богдановым. Казалось бы, где законник и где мафиози, но атмосфера и вправду ощущалась похоже.

— Никакой компенсации, лорд Виктор, — серьёзно сказал комиссар. — Я не пытаюсь наложить на вас штраф — это было бы грубейшим нарушением целого ряда ключевых протоколов. Моя цель — предупредить, что даже на территории нашего города вам могут встретиться не только… возможные деловые партнёры.

— Вы думаете, я не смогу за себя постоять?

— Уверен, что сможете. И за себя, и за своих спутников. Но вы ведь пришли в Комиссариат за определённой информацией, не так ли? Недавно двое Смелтстоунов сгинули, пытаясь исполнить волю Полуночи. Постарайтесь не удвоить это число.

С момента исчезновения Эрика и Элгрида прошло четверо суток. Я не стал поправлять комиссара, что они сами вызвались на подобное приключение, а вовсе не выполняли чью-то волю, поскольку упрёк был обоснован. С тех пор, как братья-Смелтстоуны впервые заключили сделку с Полуночью, они в определённом смысле находились в зоне моей ответственности. Да, я не мог проследить, чтобы деловые партнёры оставались в безопасности в родном мире, но мог отнестись к их затее с большим вниманием. Как минимум, узнать подробности плана выхода на «добытчиков драгестола». Дать больше времени — при том, что те сами выбрали месяц. Уговориться о мерах, если всё пойдёт наперекосяк.

Оно и пошло. Поскольку не могло не пойти.

Сперва по прибытию на Торвельд я собирался попросту использовать амулет Зун’Кай — лишь чтобы обнаружить, что во всех Вольных Городах работает мощнейшее поле, подавляющее чужую магию. Путём нехитрых экспериментов удалось выяснить, что амулет продолжает работать в радиусе ста-ста пятидесяти метров, но это невероятно осложняло задачу.

Сами цверги колдовать не то, что не умели, но в основном специализировались на предметах. Создание артефактов, зачарование, владение жезлами, а также их коронная фишка — техномантия. Магия, намертво связанная с механизмами, работающая как лучшее в мире топливо, как вечное обслуживание, как усилитель, антенна и ретранслятор в одном флаконе. Соответственно, глушить чужие артефакты цвергские чародеи умели как никто другой.

Требовалось тотально сузить область поисков. По счастью, след Смелтстоунов остыл ещё не до конца, у нас на руках имелись выкладки спецов Восточного Концерна, а верховный комиссар Грюннвахта принял нас без задержек. И не только для того, чтобы отчитать.

— Над делом плотно работают. — сообщил Герхард Ледгрип тем же голосом, каким бы мог сообщить о скором дожде.

— Надеюсь, лучшие специалисты? — не удержался я.

На сухом лице цверга не промелькнуло и тени улыбки.

— Инспектора городской стражи с привлечением консультантов из отдела контрразведки. Это уникальный случай, но семья Смелтстоунов — честные предприниматели и уважаемые граждане.

Я слегка нахмурился. Настолько уважаемые, что двое членов семьи, находящиеся с комиссаром в одном помещении, едва удостоились его внимания?

— К тому же, — продолжил он с некоторой неохотой. — Грюннвахт не хочет портить отношения с Полуночью.

А вот это уже гораздо больше похоже на правду.

— Ни я, ни мой замок не держим на ваш город никаких обид, — заверил я. — Но, если бы вы поделились материалами дела, это бы здорово помогло.

— Безусловно. Но сперва, лорд Виктор, вы не против небольшой прогулки?

Мы быстро пересекли Комиссариат по вертикали, сверху вниз — тяжёлое административное здание из серого базальта, наполненное цвергами в полицейских униформах. Нас сопровождал равномерный шум, состоящий из приглушённых разговоров, скрипа карандашей и перьев, щелчков и стуков работающего телеграфа. Хорошо отлаженный, плавно работающий механизм, обеспечивающий порядок в густонаселённом городе. Даже снаружи этот тёмно-серый гигант ощущался во многом как машина, а не просто здание — никаких украшений на фасаде, узкие окна с толстыми бронзовыми решётками, стальные двери, способные выдержать серьёзный штурм. Минимум уюта, максимум эффективности, даже если это смотрелось слегка чужеродно посреди разноцветного городского пейзажа.

Всего в Союз Вольных Городов входило девять полисов, в теории выступающих на равных. На практике же они различались по размеру, богатству и влиянию, постоянно соревновались по росту экономики, и помогали друг другу в той же мере, что и незаметно ставили палки в колёса. Грюннвахт не был столицей — такого термина в Союзе попросту не существовало — но по праву считался одним из самых влиятельных. Крупнейший металлургический центр, лидер по технологиям, в том числе техномантии, он вызывал гордость у своих жителей и зависть соседей.