Экстрасенс в СССР 4 (СИ) - Подус Игорь - Страница 1

Экстрасенс в СССР-4

Глава 1

Разговор на дискотеке

Дискотека в сельском клубе времён СССР — это отдельная глава советской жизни. Всю неделю колхозники работали, зачастую по десять-двенадцать часов в день. Тем, кто постарше, хватало привезённого из города кинофильма. Молодёжь же с нетерпением ждала возможности расслабиться на танцах под мелодии советской и иностранной эстрады. Но не это было главным. Главным было само место всеобщего притяжения, где каждый мог проявить себя и в то же время был словно под рентгеном.

Участковый Панфилов явился к клубу с четырьмя крепкими парнями. Судя по красным повязкам, дружинниками, готовыми поддерживать порядок во время предстоящего культурно-массового мероприятия.

Поздоровавшись с нами, Панфилов занял позицию у входа, дожидаясь окончания киносеанса. Через пять минут площадь между сельсоветом и клубом заполонили сельские жители. Кто-то восторженно обсуждал просмотренную кинокомедию. Кто постарше, расходились, желая продолжить вечер в кругу семьи. Молодёжь тусовалась рядом с клубом, с нетерпением ожидая начала дискотеки.

Новые обстоятельства едва не вытеснили из сознания повод, по которому я сегодня здесь находился. А между тем мне предстояло дождаться серьёзного разговора с местными.

Приняв участие в подготовке зала к танцам, я начал присматриваться к людям. Этому помогал мой дар, в первую очередь считывающий мысли тех, кто в данный момент думает о моей скромной персоне. Те, кто имел конкретные претензии, особо выделялись в толпе. В результате уже в момент начала работы местного ди-джея я знал, где кучкуются товарищи, собранные по мою душу Пашей Рязанцевым. Среди них выделялась парочка серьёзно настроенных родственников молодого директора клуба.

Осложняла ситуацию необходимость уделять внимание Ольге и Анастасии. Поначалу я опасался, что из-за меня между девушками могут возникнуть трения, но быстро выяснилось: они неплохо сдружились ещё на пикнике в городе. Ольга чувствовала, с журналисткой у меня только рабочие отношения, и не желала обострять ситуацию.

Степан с Натальей примкнули к нашей компании, и именно таким составом мы и провели следующие два часа. Девушки танцевали. Ольга несколько раз вытягивала меня на танцпол. Степан одним своим видом отгонял местных кавалеров. Анастасия с удовольствием танцевала со старым знакомым из стройотряда.

Если честно, то к двенадцати ночи я успел подумать, что сегодня разговор с местными не состоится. И именно в этот момент появился тот, кто, по мнению Паши, должен инициировать общение. Сначала я заметил, как Паша Рязанцев метнулся от сцены к выходу из зала. Потом внутри помещения появился местный пасечник Иван Давыдов. Пока всё происходило так, как я себе и представлял.

Меня интересовало происхождение явной зажиточности Ивана Давыдова, не отказывающего себе ни в чём в эпоху СССР. Как-то не верилось, что пасечник так поднялся на мёде. Новенькая «Волга». Импортные шмотки. Всегда есть деньги и умение решать проблемы с помощью пачки купюр.

Катаясь с Матрёной на сеансы кодировки, мы проезжали мимо одинокого дома Давыдова, разместившегося за лесополосой между сёлами. Количество добротных построек вокруг и высокий забор делали отдельно стоявший хутор похожим на загородную усадьбу мелкого помещика. Даже ведущая к нему грунтовка была отсыпана гравием в самых топких местах.

Давыдов не стал устраивать представление с помощью подручных. Подошёл ко мне открыто, не дожидаясь, когда я выйду на улицу подышать. Обрывки мыслей пасечника с трудом просачивались сквозь черепную коробку, но решительный настрой и желание покончить с проблемой сегодня я уловил. Придирчиво осмотрев мой кожаный пиджак и модный прикид, пасечник оценил стоимость и ухмыльнулся.

— Алексей, я Иван Давыдов. Хочу с тобой одну щекотливую тему обсудить, — едва представившись, сходу предложил он.

— Ну почему бы не обсудить, — согласился я, глядя на Пашу Рязанцева, мятущегося в пяти метрах у ближайшей колонны.

Несмотря на стоявших за спиной крепких парней и родственников, директор клуба чувствовал себя неуверенно.

— Где тебе удобно будет поговорить? На улице? Можно в моей «Волге» или в кабинете у Паши? — предоставил выбор Давыдов.

— Иван, давай лучше там, где мы сможем втроём уединиться и нам никто не помешает. Идите за мной, — сказал я, демонстративно вынимая связку ключей.

Когда я начал продвигаться к сцене, наблюдавший со стороны Степан хотел двинуть следом, но я покачал головой и указал подбородком на танцующих девушек: мол, лучше за ними присмотри.

Пройдя мимо Паши с компанией поддержки, уловил общую напряжённость. Не обращая внимания на негодование Рязанцева, осознавшего, где должна состояться стрелка, я зашёл за занавес, открыл потайную дверцу и оказался в пространстве за киноэкраном. Применив связку ключей, открыл главную кладовую, совмещённую со студией звукозаписи, и пропустил пасечника с директором клуба внутрь.

За пару секунд до этого Давыдов решительно пресёк проникновение кого-либо ещё за киноэкран, так что собранная Рязанцевым группа поддержки осталась в танцевальном зале. Закрыв за собой железную дверь, я уставился на вызвавших меня на серьёзную беседу граждан и приготовился для начала их выслушать.

— Алексей, я не буду юлить. Обрисую сложившееся положение дел и предложу разумный выход, — с ходу начал Давыдов, дав знак Паше молчать. — В той ситуации с грузинскими шабашниками все местные тебя поддержали. Знахарка Матрёна тебе как родная стала. С председателем колхоза Жуковым и Клюевой отношения сложились хорошие. Я это понимаю, но то, что тебя в клуб завхозом назначили — это неправильно. Надеюсь, ты сам это понимаешь?

— Пока веские аргументы не озвучены, не понимаю, — ответил я.

— Веские аргументы? Да пожалуйста. Сколько угодно. Первый — это место давно заслужил другой человек. Тот, кто сегодня музыку в зале крутит. Второй — Паша, как директор клуба, дюже нервничает, когда в его епархию кто-то без спроса вторгается. Третий — у нас здесь свой круг друзей, свои дела и планы, в которые ты никак не вписываешься. Четвёртый — время, проведённое на должности завхоза, считай, зря тобой потрачено и ничего хорошего не принесёт. Лёша, я могу так продолжать до утра, но вывод будет однозначный: ты здесь лишний, ибо никакого полезного вклада в жизнь клуба внести не сможешь.

Перечисляя аргументы, Давыдов загибал пальцы и, не повышая голоса, пытался давить авторитетом. Вот только весь его авторитет для меня пока был абстрактной фикцией. Конечно, я понимал: выбирая между миром и войной с местными, я выберу договориться по-хорошему, иначе этой встречи не состоялось бы. Но в случае давления отступать не собирался и потому готовился пойти до конца.

— Иван, что конкретно ты предлагаешь? — спросил я напрямую.

— Уволься или переведись в колхоз на любую свободную позицию. Я бы посоветовал работу шофёром. Тем более учитывая твои отношения с Ольгой. Будущий тесть тебя может своим личным водителем сделать. Со своей стороны, мы с друзьями тебя всегда и всецело поддержим. А если кто косо посмотрит — любого на место поставим.

Выслушав предложение, мне стало интересно, кем стал Давыдов после развала Советского Союза в девяностые. Что-то я в своей молодости о таком предприимчивом гражданине я не слышал. Выходит, пасечник либо уехал из Смоленской области, либо его убили. Ещё есть вариант, при котором он надолго отправился на зону. Я бы поставил на второй вариант.

— Предложение так себе. Крыша мне не нужна, а водителем, если бы захотел, меня и так устроили.

— Ну а чего же ты тогда сам хочешь? Может, отступных дать? — спросил Давыдов, при этом в его мыслях промелькнула сумма в пару сотен рублей.

— Деньги я и так заработаю. А здесь, в клубе, я хочу порядок навести да научить твоего друга Рязанцева нормально работать, — честно признался я.

Услышав это, Паша захотел грубо высказаться в мой адрес, но Давыдов его одёрнул.