Марр Эмилия

Он выкупил меня с торгов и теперь требует полного подчинения. Но я не из тех, кто будет выполнять чью бы то ни было волю, а уж человека однажды предавшего меня — тем более.  

Этот зверь спас меня, а взамен — сделал своей вещью. Безвольной куклой, без права голоса и ошибок. И теперь… — Мы женимся! — рычит несдержанно и смотрит на наручные часы. — И у нас на это не больше недели. Брызги моего кофе летят во все стороны, не позволяя мне вдохнуть. — Никогда! Я не стану твоей женой! — бросаю ему в лицо с пренебрежением и прячу под стол дрожащие руки. Ни за что не покажу я этому зверю истинных чувств. — Станешь, у тебя нет выбора! И родишь мне наследника! Мне нужен ребенок, желательно девочка. Давай, времени в обрез. Раздевайся!

— Значит, ты всё-таки разбогател, — говорю, складывая руки на груди, с холодной усмешкой.Он только криво улыбается. Уверенно. Самодовольно. Как будто всё это — награда за то, что избавился от «балласта».— Успех мужчины — заслуга женщины, которая рядом, — раздаётся чуть приторный голос у меня за спиной.Я оборачиваюсь, ну конечно, его невеста тут как тут, и цитирует мою бывшую свекровь.— Что, теперь кусаешь локти? — влезает он, склоняясь ближе, почти шепчет, но с той самой мерзкой насмешкой, что раньше выводила меня из себя. — Не думала, что без тебя я поднимусь, да? А вот поднялся. Пока ты — всё там же.Сердце стучит, как у загнанной, но я не дам им этого увидеть. Поднимаю подбородок, в глазах — лёд.— Знаешь, я не жалею, что мы разошлись, — говорю медленно, внятно. — Я жалею, что когда-то поверила, будто ты вообще был мне ровней.Молчание. Его улыбка гаснет на секунду. Я поворачиваюсь и ухожу, не оглядываясь. Не потому что легко — а потому что больно, очень больно.