Фостер М. А.

В тот момент, когда я увидел Макайлу Хокинс, я почувствовал тягу своим нутром: искру желания, разжигающую во мне жгучую потребность, которую я не испытывал годами. Я хотел ее. У нее было лицо ангела и тело, созданное для греха. Она была искусительницей. Запретным плодом. И мне захотелось попробовать. Какая досада, что она принадлежала другому мужчине. Тому, кто не заслуживал ее. Но после одного телефонного звонка она стала моей, сама того не подозревая. С того момента, как она вошла в мой клуб, я знал, что одной ночи никогда не будет достаточно. Я был поглощен ею. Она стала зависима. Я был ее фантазией. Она была моей навязчивой идеей.