Стетхем Майра

Я думал, что футбол — моя единственная любовь. Единственное, на чем я когда-либо был сосредоточен — это быть лучшим. Я надрывал свою задницу, чтобы стать стартовым защитником в выпускном классе школы первого дивизиона. Я собираюсь вручить Сайдвиндерз чемпионство. Я должен быть более сосредоточенным, чем когда-либо. Но от одного взгляда на застенчивую девушку в библиотеке я схожу с ума. Изливаю свою одержимую натуру в ее направлении. И Мила Мурильо не знает об этом. Говорят, время решает все, и хотя это худшее время, чтобы позволить женщине отвлечь меня, она не просто женщина. Она моя.  

Я любил только одно в жизни, имел лишь одну цель: футбол и профессиональная игра. Я был безжалостно сосредоточен. Жил и дышал этой единственной целью и только ей. Пока один взгляд в ее сторону не заставил все переосмыслить. Заставил забыть, почему футбол настолько важен. Я делаю то, что, как чувствую нутром, ставит под угрозу мое будущее. Не только когда дело касается футбола, но и с ней самой. Зверь внутри меня привязан к ней всем сердцем. Она более интригующая и пленительная, чем я себе представлял. Какая бы ни была надежда на то, что одержимость утихнет, она пронизывает меня насквозь, а я сам растекаюсь как песок сквозь пальцы. Одна мысль о Саре Мартинес поглощает. И теперь, когда я знаю вкус ее поцелуя и мягкость кожи, этот глубокий животный голод никогда не будет утолен. Я делал вещи, которые привели бы в ужас, если бы она когда-нибудь узнала. Но я не могу забрать их обратно. Не признаюсь ей в этом. Пути назад нет. Нравится ей это или нет, но она моя. Навсегда.  

Мои сестры любят говорить, что я притягиваю неприятности.   Я же просто думаю, что знаю, как повеселиться. Но когда ограбили новый бар, в котором я работаю, и мне пришлось давать показания, даже я должна признать, что это немного пугает. Оут Харрисон — один из штатных сотрудников на моем новом месте работы, а также окружной прокурор, ведущий это дело. Его улыбка с ямочками на щеках притягивает меня, но то, как он смотрит на меня, не дает мне покоя. Его прикосновения не дают мне возможности прерваться и немного отдохнуть. Особенно когда это заставляет меня задуматься, каково было бы угостить его чем-то большим, чем просто выпивкой. Мы противоположности во всех отношениях. Желать большего от такого вспыльчивого мужчины значило бы напрашиваться на разбитое сердце, ведь я даже не верю в любовь. Но когда я нахожусь под присягой, я ни за что не смогу солгать о своих чувствах. Я просто надеюсь, что когда дело будет закрыто и обвинение успокоится, мое сердце все еще будет в безопасности.