Фата-Моргана 5 (Фантастические рассказы и повести) - Харвей Рэймонд - Страница 6

В течение следующих нескольких дней миссис и мисс Каннинг осматривали «хайуэй» и наконец дали заключение, что внешний и внутренний вид автомобиля их удовлетворяет. Специалист, оценив механические детали автомобиля, дал ему сертификат AI. Оплатив по счету 270 фунтов, мистер Каннинг стал владельцем «хайуэя», и Тонкс, личный шофер Каннинга, отпарковал машину по адресу Грей Лодж, близ Гилфорда, Суррей. Специалист обратил внимание Каннинга на довольно большое пятно на желтовато-коричневом вельвете на заднем сиденье и сказал, что это не его рук дело. Мистер Каннинг успокоил его, ответив, что пятно он заметил еще раньше, в магазине.

Мистер Каннинг, человек достаточно влиятельный, построил себе очень удобный и, с эстетической точки зрения, красивый дом в западном Суррее. Как и все, что его касалось, это свидетельствовало о наличии налога на сверхприбыль, а не о налоге на наследство. Социальное положение мистера Каннинга было весьма устойчиво, он пользовался уважением у соседей; его супруга, миссис Каннинг, женщина благовоспитанная, умела, как истинная шотландка, хорошо повеселиться и умело принять гостей.

Приехав домой на следующий вечер, мистер Каннинг узнал, что жена с дочерью уже успели опробовать автомобиль и отзывы были самые положительные. Миссис Каннинг особенно понравились пружины и заднее сидение; однако она заметила, что одно из окон дребезжало. Анджеле больше всего понравилось, что «хайуэй» мог развивать 70 миль в час.

— Но, знаешь, — сказала она, обращаясь к отцу, — Джимбо машина сразу не понравилась.

— С чего ты взяла? — спросил отец.

— Понимаешь, все время, пока мы ехали, он выл и возился. И как только вернулись домой, он как сиганет из машины в сад с поджатым хвостом!

— Что ж, ему придется к ней привыкнуть, — голос мистера Каннинга был тверд. Это означало, что он и слушать не желает о такой чепухе касательно избалованного и бестолкового спаниеля. — Тонкс уже стер пятно с сиденья?

— Он как раз сейчас этим занимается, — ответила Анджела, — чехол всего лишь нужно протереть бензином.

После ужина вся семья собралась у камина в гостиной. Джимбо развалился на полу, Каннинг был занят обычным развлечением, мастерски имитируя звук автомобильного клаксона, от которого Джимбо каждый раз приходил в восторг.

Но на этот раз собака лишь как-то неуверенно взглянула на хозяина и завиляла хвостом не больше, чем из простой вежливости.

— Видишь, — сказала Анджела, отлично знавшая характер Джимбо, — он не понимает, то ли ты пытаешься изобразить клаксон от старой машины, то ли от новой.

— Черт его подери! Да он просто спать хочет, — без особой уверенности произнес мистер Каннинг, — ну да ладно, я все равно возьму его с собой в субботу в Сауз-Ниллаз. Вообще-то я всегда говорил, что Джимбо — дурачок.

— Да он просто милашка! — негодующе вмешалась миссис Каннинг. — Иди ко мне, крошка!

Джимбо встал и неохотно поплелся к ней, всем своим видом показывая неудовольствие тем, что потревожили его покой.

— Завтра мы собираемся к Талботам, — продолжала миссис Каннинг, — но вернемся вовремя, чтобы успеть отправить машину на мойку.

Ее супруг что-то сонно проворчал и опять уткнулся в чтение «Кантри Лайф».

— Привет Уильям. Я вижу, ты не соизволил стереть пятно с сиденья, — сказала Анджела на следующий день шоферу.

Это заявление задело Уильяма. Он считал, что мисс Анджеле, которую он еще с детских лет учил водить машину, следовало обращаться к нему с большим почтением.

— Я сделал все, что мог, мисс, — ответил он, — протер сиденье бензином, но что-то без толку.

— Что же это может быть? — поинтересовалась Анджела.

— Не знаю, мисс, но вчера вечером пятно на ощупь было влажным.

— Сейчас оно высохло. Но попробуй оттереть его еще разок. А вон и мама!

Талботы жили в двадцати милях от Каннингов. Мисс Талбот посещала школу вместе с Анджелой. При упоминании имени последней Боб Талбот всегда заливался краской.

Вообще Талботы были премилыми людьми, общительными, настоящие «сельские жители», сильно нуждающиеся в деньгах. Каннинги были тоже премилыми людьми, истинными горожанами и на финансовом подъеме. В общем, две семьи были противоположны во всех отношениях и замечательно дополняли друг друга. Общение доставляло им удовольствие.

В 6 часов, распрощавшись с Талботами, семейство Каннингов тронулось в путь уже в обожаемом ими «хайуэе». Отъехав немного, Анджела сказала:

— Что-то душно, мама. Можно, я открою окно?

— Разумеется, дорогая. Тебе не кажется, что в машине пахнет какой-то плесенью?

— Да нет, по-моему, просто душно, — ответила Анджела, — я открою окно с твоей стороны — с моей очень дует.

Облокотившись на спинку, она вдруг резко вскрикнула:

— Не надо, мама! Зачем ты это сделала?

— Что сделала, дорогая?

— Горло мне сжала рукой!

— О чем ты говоришь?! Я ничего подобного не делала!

Анджела опустила окно и замолчала. Зачем маме понадобилось лгать? Она же сдавила, и притом довольно сильно, до боли, ее горло. Но с другой стороны, это было совсем не похоже на маму — выкидывать подобные штучки или лгать. Ну, а в общем-то, иногда с каждым происходит что-то странное и непонятное. Анджела решила подумать о чем-нибудь другом. Например, об этом болване Бобе. «А он довольно недурен, — подумала она. — Миссис Роберт Талбот. Ну, как звучит? Неплохо». Хотя нет, она пока замуж не собирается. Пусть он сначала хорошенько втюрится в нее, и только когда она будет убеждена… Но и не стоит его так часто отшивать.

Вылезая из машины, Анджела для равновесия облокотилась на спинку сиденья. Прежде чем возвратиться вслед за матерью домой, она обернулась к Тонксу и, сложив руки, сказала:

— Это пятно опять влажное.

Шофер включил в салоне свет и дотронулся до пятна.

— Если оно и влажное, мисс, то только чуть-чуть, — с сомнением в голосе проговорил Тонко, — я протру его еще сегодня вечером.

В прихожей Анджела осмотрела кончики пальцев, затем протерла их носовым платком. Посмотрев на него, она поморщилась и направилась в свою комнату.

Субботнее утро выдалось на славу, и мистер Каннинг велел подать машину к половине десятого. Пока он ожидал ее, возле него все время крутился Джимбо. Наконец машина вырулила из гаража. Собака окинула ее взглядом и вдруг галопом понеслась в сад.

— Джимбо, Джимбо! Вернись! Иди сюда! — закричал мистер Каннинг. Джимбо словно ничего не слышал, и разгневанный хозяин отправился в погоню. Ах. вон он, дьяволенок, косится из-за березы. Погоня продолжалась, но Джимбо, подавленного и встревоженного, было уже невозможно заманить в какую-либо ловушку ни лестью, ни обманом. В конце концов, после обильного потока ругани, обрушившегося на бедного пса, и обещаний хорошенько выпороть его в ближайшем будущем, мистер Каннинг направился к машине. Он был взвинчен, а вид пятна на сиденье совсем вывел его из себя.

— Разве так сложно вывести его, Уильям? — набросился он на шофера, которому эта тема уже набила оскомину. Тем не менее тот достаточно твердо, но не повышая голоса, ответил, что сделал все, что мог, однако безрезультатно.

Мистер Каннинг лишь что-то невнятно пробурчал в ответ и велел отвезти его в Сауз Хилл.

…Изрядно попотев, он все же выиграл партию в гольф у своего вечного противника Боба Пэлхема, затем сытно позавтракал и, перед тем, как отправиться домой, выпил виски с содовой. Выйдя из клуба в прекрасном настроении, в предвкушении хорошего отдыха дома, он увидел, как в дверях раздевалки появился Боб. Пэлхем вразвалочку подошел к машине Каннинга и заглянул в салон. Потом он оглянулся и заметил владельца автомобиля стоящим у дверей клуба. Лицо его вытянулось от удивления.

— Ах вот вы где… Странно, могу поклясться, что только что видел в машине…

— По-моему, вам больше не следует пить, — заметил мистер Каннинг.

— Пожалуй, что так. Но все равно, держу пари, что видел вас в автомобиле.

— Всего хорошего, мистер Пэлхем. Пожалуй, я сяду рядом с тобой, Уилльям, — обратился он к шоферу, — сзади очень спертый воздух.