Во власти соблазна - Максимова Елена В. - Страница 38

Степан посмотрел на компаньонов и пожал плечами.

– Говорил. Шестеро согласились прекратить эту чушь, а вот седьмой твердо намерен разорить герцога.

Магнус Кемпбелл грохнул кулаком по столу.

– Я хочу знать имя этого ублюдка!

– Мне правда жаль, ваша светлость, но я дал слово.

Тут Михаил спросил его:

– Это одна из дочерей Инверари?

Степан тоже выглянул в сад.

– Белл Фламбо.

Михаил оглянулся на герцога.

– Ваша дочь кажется такой печальной и одинокой…

Герцог Инверари встал с кресла и подошел к окну.

– Из-за этого проклятого шрама Белл потеряла поклонника. Даже Рокси не может ее подбодрить. Белл отказывается видеться с людьми и даже не берет карманные деньги. Она говорит, деньги ей не нужны, потому что она никуда не ходит.

Мужчины подавленно молчали. Если женщина отказывается от денег, значит, у нее действительно серьезные переживания.

– Белл – красавица, – сказал Степан, – но этот шрам на щеке врезался ей в душу.

Михаил тронул брата за плечо и обернулся к герцогу. Его слова ошеломили всех:

– Моей дочери нужна мать, а все женщины, которых я встречал до сих пор, для этого не подходят. Я женюсь на ней.

Герцог Инверари пораженно смотрел на него:

– Вы хотите жениться на Белл?

– Михаил не из тех, кто шутит насчет брака, – заверил Степан герцога. – Он не играет чувствами людей.

Герцог Инверари кивнул:

– Я поговорю с Белл насчет вашего предложения.

– Нет!

Рейвен увидела, как все мужчины обернулись в ее сторону. Судя по лицам, она застала их врасплох. Девушка подумала о Блисс, но тут уж ничего не поделать. Белл нуждается в ее помощи больше, чем Блисс.

Герцог подошел к ней с растерянной улыбкой.

– А что ты здесь делаешь?

Рейвен лучезарно улыбнулась отцу.

– Я подслушивала и делала кое-какие пометки для Блисс.

Князь Степан расхохотался, привлекая внимание остальных.

– Ваша светлость, позвольте представить вам одного из совладельцев компании «Семь голубок».

Герцог взглянул на Рейвен.

– Мои дочери и есть мои деловые соперники?

Девушка пожала плечами и кивнула.

– Прошу прощения, что наша деятельность приносила вам убытки.

Отец обнял ее за плечи и повел к креслу возле своего стола, а потом сел сам.

– Начни с самого начала и расскажи мне все.

Рейвен облизнула пересохшие от волнения губы. Она по очереди посмотрела на мужчин – похоже, те ничуть не удивились, что женщины владеют бизнесом, и это поразило ее.

– Фэнси на вас сердится, – сказала отцу Рейвен. – И решила, что в отместку разорит вас – это будет ее кара.

– Я знаю, что Фэнси сердится, – произнес герцог, – но не могу понять, каким образом семь моих дочерей сумели основать доходное дело.

– Блисс – математический гений, – объяснила Рейвен. – Она изучает товарные сделки и все такое, а потом решает, куда вложить деньги, чтобы они принесли нам наибольший доход.

– Блисс напоминает мне Джинджер Эванс, – заметил Степан.

– Но откуда вы взяли деньги, чтобы начать дело? – спросил князь Рудольф.

Рейвен посмотрела сначала на него, а потом на отца.

– Мы вкладывали деньги, которые выиграли на скачках.

– На каких скачках?! – воскликнул герцог.

– Я все расскажу, – заверила его Рейвен, – но вы должны пообещать мне, что никого не накажете.

Отец внимательно посмотрел на нее.

– Я не вступаю в сделки со своими детьми. Рассказывай, а уж мне решать, заслуживает ли кто-нибудь наказания.

Рейвен понадеялась, что сестры, в особенности Фэнси, ее простят.

– Блейз разговаривает с животными, – девушка проигнорировала смешки мужчин, – и знает, что они думают и чувствуют. Блисс и Блейз одевались как юноши, и Алекс…

– Алекс? – перебил ее отец.

– Александр Боулд.

– Маркиз Базилдон?

– Да.

– Что вы такое говорите? – спросил князь Степан. – Боулд – ваш сосед и работает с констеблем Блэком.

– Это правда, – согласилась Рейвен. – Но Александр Боулд к тому же внук герцога Эссекса, только Алекс не желает признавать эту родственную связь.

– Продолжай, – велел отец.

– Алекс, Блисс и Блейз шли на скачки чистокровных лошадей и общались там с животными. Блейз проходила через конюшни и разговаривала с лошадьми, потом рассказывала Алексу, кто из них выиграет скачку, а Блисс решала, сколько денег ставить.

– Еще что-нибудь?

– Алекс делал ставки, лошади бежали, а мы получали свой выигрыш. – Рейвен еще раз лучезарно улыбнулась отцу. – Потом Фэнси собирала совещание, а Блисс объясняла, куда лучше всего вкладывать деньги. А после деловой части Фэнси выдавала нам «на булавки».

Мужчины захохотали. Даже ее отец улыбнулся. Может, никого и не накажут.

Герцог Инверари откинулся на спинку кресла.

– Блейз хоть раз поставила на проигравшую лошадь?

Рейвен покачала головой:

– Она всегда выбирает победителя.

Герцог посмотрел на сына и остальных князей.

– Думаю, в этом году Блейз будет ходить на скачки со мной.

– Я бы с удовольствием к вам присоединился, – сказал князь Рудольф.

– Разумеется. Я буду рад.

Князь Степан снова обратился к Рейвен:

– Так что вы имеете против предложения Михаила?

– Я лично ничего, – ответила Рейвен. – Но Белл ни за что не согласится, если вы подойдете к этому необдуманно. – Она посмотрела на Михаила. – Если она решит, что вы ее просто пожалели, она вам откажет.

– Тогда я познакомлюсь с ней случайно, – сказал Михаил.

– Белл не принимает посетителей, – напомнила ему Рейвен.

– У моей жены есть коттедж с той стороны Примроуз-Хилл, – вспомнил герцог. – Рокси уговорит ее погостить там несколько дней.

– Белл решит, что его светлость ее жалеет, – снова сказала Рейвен. – Нужно как-то убедить сестру, что он любит ее, несмотря на шрам.

– Я притворюсь простолюдином, на которого напали грабители, – предложил Михаил. – Сделаю вид, что временно ослеп и потерял память. И буду умолять ее помочь мне.

– Это может сработать, – произнесла Рейвен. – Но как доказать, что вас ограбили?

– Мы с радостью его поколотим, – заявил Рудольф. – Получит несколько неплохих синяков.

– Да, это дельная мысль, – повторила Рейвен. – Осталась одна проблема – Фэнси.

– Я увезу Фэнси из Лондона, в поместье Рудольфа на Сарк-Айленд, – предложил Степан. – Тогда никто не помешает плану Михаила, а Фэнси будет в безопасности.

– Моя сестра не поедет добровольно, – вздохнула Рейвен. – Я знаю травы, которые ее усыпят. Только придумайте, как дать ей отвар.

– Когда вернетесь в Лондон, ты должен будешь на ней жениться, – предупредил герцог Степана.

Князь улыбнулся своему будущему тестю:

– Можете объявлять о нашей помолвке сразу же, как только мы отплывем. – И посмотрел на Рейвен. – Ваша светлость, вы знаете, что ваша дочь может передвигать предметы силой мысли? Покажите нам, пожалуйста.

Эта идея Рейвен не понравилась.

– Я не участвую в подобных представлениях. – Она перевела взгляд на стакан с виски, стоявший на столе перед Степаном. Стакан внезапно опрокинулся на бок, и его содержимое выплеснулось на колени князю.

Степан вскочил с кресла, но слишком поздно – его брюки уже насквозь пропитались виски. Рейвен поймала его взгляд.

– Ой, я случайно…