Альдана Потерянная принцесса - Кархалёва Надежда Владимировна - Страница 40

— Твоя одногруппница хотела лишь припугнуть тебя, не думая, что ты угодишь в лапы Марантеллы или какого-нибудь другого безумца, что Шаки достанется от обитателей Риции, что вся семья твоя всполошится, — Миротворец покачал опущенной головой.

— И это зелье мне спокойно дали, — колдунья вдруг провалилась в глубокую тоску. — Завтра на турнире я опозорюсь. Чудесные в Академии нравы.

— Потому тебе в эликсире не отказали. Запрещённые составы, их всего тридцать пять, яды, приворотные зелья — студенты ничего не гнушаются. Среди них — дети политиков, выросшие в среде постоянных козней. У них представления о позволительном разнятся с нашими.

— Не утратил бы храм святости — попросила бы у предков защиты, — Дашка приковала взгляд к величественному зданию.

— Миала для тебя самая подходящая покровительница, — согласился призрак. — Ты и путницей побыла два года назад, направляясь с друзьями в Чёрные Гавани. Как только Миала обретёт новый земной дом, я скажу, где он. К этому она сильно была привязана. Еле убедил покинуть его.

— Ты? — ведьма вспомнила, что Реция о своей причастности к осквернению Полуночного храма уже упоминал.

— Вам необходим опустевший храм в качестве портала в Рицию, — ответил Миротворец.

— Хорошо подсобил, — поразилась Дашка. — В королевстве их мало, но они есть. Мы бы нашли, не идя на жертвы. Ничего, что в храме разовьёт активность Аорна?

— Он будет размышлять над тем, как вам помешать. Ему не до случайных прохожих, на которых можно проводить опыты, — заверил её хранитель. — Теоне и Томасу следует торопиться. У Арионы предчувствие, что Даниэла стремительно теряет рассудок, вот я и ускорил подготовку к визиту в Рицию.

— Чего нам ожидать от Аорны? — ведьма неспешно направилась к порталу.

— Многого, — лаконично ответил призрак. — Духи могут атаковать, не подпуская вас к месту, где томится принцесса, а налаживать разные защитные поля — забота тёмных священников.

— Сколько недель у нас в запасе?

— Около двух, я думаю.

Диалог оборвался. Колдунья считала свои шаги, призрак что-то насвистывал. После того, как они миновали статую шамана, Реция поинтересовался:

— Знаешь, что за мелодию я пытаюсь передать?

— Я плохо знакома с искусством Альданы. Столько здесь живу, а время уходит на что-то иное. Восстание, изучение магии, заработки.

— Песня тех лет, когда была очередная война с риксами. Вы не знаете страха объятий, только смерть ваш народ остановит. Вам хвала: вы смогли показать нам, что есть вещи ужаснее боли, — затянул призрак. — Тебе должна прийтись по душе.

— Спой всю! — попросила Дашка.

— Плоховато я это исполняю. Обратись к кому-нибудь ещё. Она называется «Благодарны мы вам за науку».

— Обязательно. Мне понравились строчки, которые я услышала от тебя.

В спальне колдунья оказалась ранним утром. Первая пара — через три часа, а желание выспаться крепчало. Ещё через четыре часа — турнир (сегодня последние занятия отменили, после окончания укороченного учебного дня студентам давался час на подготовку). Посетить лекции Дашка намеревалась, чтобы лишить Лафину иллюзий насчёт своего разбитого состояния. Ведьма углядела спасение в ободряющей настойке, так как ста восьмидесяти минут на сон было недостаточно.

Прихватив в алхимической лаборатории флакон с ней, она забралась на окно в коридоре, выходившее на аллею. Очень редко удавалось увидеть её пустой — когда Дашка просыпалась, что в общежитии, что в замке, на улице появлялись отдельные студенты. Старшекурсники, алхимики и некроманты, тянулись в лаборатории, кто-то просто вставал рано и выползал подышать утренним прохладным воздухом, некоторые бежали в соседний корпус к приятелям. В шесть часов признаков жизни в Академии ещё не было.

Безлюдность сохранялась недолго — из-за угла нарисовались по очереди цербер, служившая поводком цепь и София Риккен.

— Доброе утро! — вежливо пожелала Дашка. Она не кричала, чтобы не нарушить сон замка, но больше вокруг звуков не раздавалось, и профессорша уловила приветствие, несмотря на разделяющую её и ведьму высоту.

— Почему не в постели? — хмыкнула демонолог, задрав голову. — В полтретьего тебя тут не было, гуляла, значит, где-то и легла поздно — и бодрствует при первых рассветных лучах!

— Вы знаете? — колдунья чуть не выронила флакон.

— Шаки приступ сразил. Алекс примчался в скрытое крыло, за целителями и белыми магами, а криком-то поднял не только их — всех преподавателей, — София привязала цербера к фонарному столбу, сообразив, что остановилась под окном надолго. — У вас практически все преподаватели побывали — кто лечить не способен, пытается установить причину приступа.

— Как закончилось это? Девочка, судя по отсутствию стонов, в порядке, — Дашка предполагала ответ, просто хотела убедиться.

— Внезапно. Отпустило мгновенно. Тогда и спохватились, что тебя нет — в себя пришли, переглянулись, твоей персоны не обнаружили. За поиски не взялись, извиняй.

— О приступе мне известно, — выдала, наконец, ведьма.

— Отчего сбежала? — нахмурилась декан.

— Сейчас к вам спущусь, — Дашка кинулась к лестнице. Оконные створки поскрипывали вслед, флакон она, спрыгивая на пол, задела нечаянно и смахнула на улицу.

— Шустрая, — скептически отметила профессорша.

— Обманом меня уговорили налиться тридцать вторым запрещённым эликсиром, — объяснение подопечная Миротворцев начала без вступления. — Злые духи, чтобы заставить меня подчиняться, вызвали приступ у Шаки. Меня спас Реция, он, выходит, и прервал её страдания.

— Кто уговорил? — София сжала губы.

— Одногруппница, — уточнять Дашка не собиралась: вдруг Лафину не исключат, тогда от неё круглосуточно житья не будет.

— Выясню, — пригрозила демонолог. — Что духи требовали? Какие именно?

— Осведомить тёмного священника Аорну, что в Риции скоро не станет покоя. Духи мне знакомы не были.

— Ах, точно, — бросила преподавательница. — Много ты успела ему выболтать?

— Только это. Аорне понадобилось осквернить храм — меня отправили на Аллею дриад, там есть один. Для этого он вознамерился совершить в храме убийство, я бы послужила жертвой. Миротворец явился, когда от его магии я уже умирала, сделал меня неуязвимой, так что колдуну пришлось исчезнуть, — докладывала Дашка. — Теперь мы имеем место, откуда можно отправиться в Рицию. Необходимо спешить: Даниэла под угрозой сумасшествия.

— Теона на занятия не придёт, будет отсыпаться, а на турнире будет присутствовать. Поднимется раньше — пусть заглянет ко мне на дрессировочную арену или, если пары ещё будут идти, в аудиторию, где я буду преподавать, — София принялась разматывать цепь, удерживающую трёхглавого пса. Дашка побрела в замок.

К девяти часам не показался из своей спальни никто. Ведьма начёркала записку Теоне с повелением Софии, положила на стол в её с Томасом комнате и отправилась на лекцию по контрзаклятиям.

Лорианта приболела и находилась в больничном крыле, а к Дашке подсаживаться никто не желал, тем более что она заняла место на первой парте аккурат перед преподавательским столом. Позади неё устроились, к огромному недовольству колдуньи, Лафина и Вайнона.

— Эй, Винсент, у тебя запасного пера не найдётся, я забыла своё, — потормошила Дашку девчонка, ложь которой чуть не обернулась для ведьмы из Великой Троицы гибелью.

Взгляд на Лафину молодой женщины был долгим, пристальным и чистым.

— Вот, держи, — девице вручили знатное перо, принадлежавшее недавно грифону.

Интриганка, оторопев, взяла, Вайнона застыла с вытянутым лицом, отмерев с появлением преподавателя, профессора Локки Эйлиса, ещё недавно посещавшего Академию ради учёбы, а не работы. Выделялся он среди коллег благодаря тёмно-зелёным волосам, не очень длинным, не очень густым и не очень чистым, и вечными претензиями ко всему.

— Ваши самостоятельные работы, — он вывалил на стол свитки. — У Дарьи Винсент относительно прилично выполнена, у Лорианты Блазе — она здесь?