Материки - Марон Эстэр Львовна - Страница 67

— Цыц! — Чуть повысил тон папуля. Возмущение как рукой сняло, и я потупилась. — Итак?

— Мы с Кай хотели поговорить где-нибудь, где нас не подслушают. — Покорно отозвалось мое магичество.

— Кай, значит? — Переспросил отец, обращаясь к тигрице. — Ну что, может теперь представишься?

— Мое полное имя — Кайраф, господин. — Она вежливо склонила голову. Вот подхолимка! — Я оборотень-Страж Эйдриана, мой зверь — белый тигр.

Глазки Тарнира заблестели еще больше.

— Эйдриана, значит? Чтож, мое имя Вэриан, я демон первого ранга Клана Хаоса, отец Айрены. Он, — папа указал на своего Стража, — мой оборотень, Тарнир. Также белый тигр.

— Приятно познакомиться. — Поклонилась Кай и вновь небрежно взглянула на Тарнира.

«Уже пятый раз» — с долей веселья сосчитала я, но почти тут же пожалела о том, что расслабилась. Отец и не думал прекращать допрос.

— Ну? — Он выжидательно скрестил руки на груди, непонятным мне образом умудрившись не заскрипеть при таком жесте кожаной курткой.

Я умоляюще взглянула на оборотницу и она хмыкнула, сжалившись.

Следующие пятнадцать минут у нас ушли на то, чтобы позвать Дэмиана, Рильена, Ойтара и Алмаза. Почему столь долго? А вы попробуйте не рискуя жизнью, оторвать Ойтара от его любимого сада! Заоблачный экстрим гарантирован. Затем, еще пятнадцать минут ушли на рассказ. Говорила в основном Кайраф, а я боролась с собой, в основном, чтобы постоянно не смотреть на Рильена, гадая, отчего он так вспылил. Хотя, даже когда я не удерживалась и все-таки поглядывала на него, то натыкалась на ничего не выражающее лицо и равнодушный взгляд. Этот взгляд странной болью отдавался у меня где-то глубоко внутри, отчего я в течении нескольких секунд буквально заставляла себя дышать. Хотелось немедленно вскочить со стула, на котором я сидела, подбежать к нему, рухнуть на колени и, взяв его теплую руку, уткнувшись лицом в ладонь, вымолить прощение. Только я не знала, за что его вымаливать. В чем я провинилась?

Когда Кай закончила, наступило угнетающее молчание. Алмаз взволнованно подпрыгивал на плече у Дэмиана, обвив его шею своим пушистым хвостом, сам лунный нимф задумчиво поглаживал рукоять меча, которого он всегда носил с собой, Тарнир бесцельно разглядывал потолок, будто ища там ответ, а отец хмуро и в то же время обеспокоено косился на меня. Не волнуйся, па, я в обморок падать не собираюсь. Удивил меня Ойтар. Теребя кончик своей косы, он заговорил:

— Кайраф, если хочешь, можешь жить у меня. Будешь помогать по хозяйству — во всем, что касается растений я разбираюсь довольно неплохо, но каждое мое заклинание быта разрушает чуть ли не пол дома. Если тебя не обременит готовка и стирка, добро пожаловать. Насчет уборки не беспокойся — раз в неделю ко мне приходит служанка, вот ей равных нет в бытовых чарах. — Демон удовлетворенно улыбнулся, покрутя косичку, словно лассо. — Насчет духа Эйдриана… вы сейчас все-равно ничего не сможете поделать. Ваша ставка — бал-маскарад который будет послезавтра. Тут либо все, либо ничего. Хотя… — он задумчиво покосился на… Алмаза. — Мэйлония все-равно по статусу обязана присутствовать на балу, таким образом, в ее поместье останутся всего несколько слуг, а вся охрана отправятся вместе с ней. Можно попытаться проникнуть в хранилище.

— Но защита… — вклинилась я.

— Не волнуйся, милая. — Добродушно хмыкнул Ойтар. — В вашей компании по счастливому велению Матушки Судьбы, оказался великолепный вор по призванию.

Я некоторое время непонимающе хмурилась, но затем мой лоб разгладился, и я просияла.

— Точно! Алмаз, — воодушевленно обратилась я к нечисти, — на кристальных снежей же не действуют защитные чары! А вашу сущность привлекает все драгоценное, вы можете его видеть даже сквозь стены! Дух Эйна заключен в хрустальную статуэтку…

Теперь все поняли, о чем говорил Ойтар. И естественно, что все с замиранием духа ждали ответа снежа. Ал же казалось, крепко задумался, оценивая свои возможности, и взглянув на Кай, пропищал:

— Я не против попытаться, но мне нужна будет хоть приблизительная карта поместья и хранилищ. Ты сумеешь ее нарисовать?

Кайраф, помедлив, утвердительно кивнула.

— Расстановку помещений в доме я смогу нарисовать детально, а вот в хранилище только первые уровни. В последние, Мэйлония никого никогда не пускала.

— Вэриан, Ойтар, когда начинается бал?

— В семь вечера. — Ответил отец, задумчиво нахмурившись, и не понимая куда клонит снеж.

— А церемония прошений?

— Ты хочешь успеть к церемонии, вместе с доказательствами? — Понял Дэмиан.

Ал хмыкнул и кивнул.

— Было бы не плохо… — буркнул Ойтар и сказал: — Церемония начнется в десять вечера и закончится за минуту до полночи. Ровно в полночь состоится обряд молитвы стихиям-покровителям.

— Думаю, успею за час-полтора. — Прикинул снеж. — Конечно, только если поместье этой особы не подражает шахтам кобольдов.

— Можешь рассчитывать, что нет. — Усмехнулась Кайраф.

— Тогда, вам не о чем волноваться. — Кивнул Алмаз.

— Да, и еще, — спохватился отец. — Завтра, нам бы не помешало сходить и прикупить маскарадные костюмы. Такие, в которых нас действительно будет трудно узнать. — Папа сделал нажим на слове «действительно». — Тар, ты знаешь какое-нибудь проверенное место, где на нас не донесут?

— Ага. — С довольной улыбкой кивнул хозяин дома. — Только это не на нашей территории.

— Спорим, что на территории Клана Земли? — Фыркнула я, поймав улыбку вместе с кивком Ойтара, и грозный взгляд отца.

— А с тобой мы еще поговорим. — Многообещающе сообщил он. — Нечего так наплевательски относиться к нашей скрытности.

— Ну па-а, Земляные же не доносят! — Слезно протянула я, стараясь не обращать внимание на насмешливые взгляды окружающих.

— Все-равно! — Отрезал папа, очевидно решив наверстывать упущенное воспитание, причем в скоростных темпах.

— Ладно-ладно… — вздохнула я.

На том и порешили.

Я стояла перед зеркалом в примерочной и не верила своим глазам. В походных условиях напрочь плюешь на свой внешний вид, а в моих условиях вообще думаешь лишь о том, как бы выжить, поэтому порой забываешь, что с просто симпатичной внешностью может сотворить воистину красивый наряд. А может сотворить он многое…

Лавочка одежды была не то чтобы маленькой, но и не большой, так, средней. И все ощущение, исходившее от нее, создавало атмосферу неприметности. Ее хозяин и по совместительству портной, был пожилым демоном с ярко-зелеными крыльями, с седой коротко обрезанной шевелюрой и насмешливыми морщинками на лице. Принимал он клиентов по одному, поэтому отец, Рильен, Кай и Дэмиан обосновались в трактире напротив лавки, умеренно потягивая спиртное и ожидая своей очереди.

Как только я вошла в «У Крэда», этот самый Крэд сразу просек, что мне нужно платье для бала. Сообщив мне, что на балу принято не скрывать крылья, он заставил меня материализовать их, и потом долго детально рассматривал меня, казалось, приходя все в больший и больший восторг. Я абсолютно не разделяла его настроя, пока меня не облачили в иллюзию наряда, который Крэд пообещал мне пошить.

Он было восхитительным и, казалось, просто идеально гармонировало со мной, не подавляя мою природную красоту своим блеском, а только подчеркивая достоинства. Попробую описать, это произведение портного искусства:

Под самым низом был кружевной прозрачный комбинезон, состоящих из миниатюрных алмазных нитей, охватывающий все тело и оставляющий обнаженными лишь декольте и шею. Рукава комбинезона были длинными и заканчивались петлей, которая надевалась на средний палец. Поверх комбинезона шло некое подобие трико из черного бархата, только трико его можно было назвать с большой натяжкой. Это были полосы ткани, оплетающие торс и полностью прикрывающие только интимные места, ремнем стягивая грудь и создавая подобие самых коротких шорт, которых я только видела. Полосы крестом пересекали плоский живот и были украшены затейливым рисунком из мельчайших аметистов, таинственно сверкая в блеклом полумраке магазина. Сверху же шла накидка из черного бархата, также инструктированная аметистами, но и на пару с алмазами. Сверху она выглядела как простой жилет-безрукавка с воротничком-стоечкой и глубоким вырезом, узко очерчивала талию и спереди заканчивалась чуть ниже пересечения ног. Правда, был овальный вырез на животе, демонстрируя крупный аметист, вставленный в пупок. Сзади же она напоминала облачение пианистов — длиной доходила до середины икр, и начиная чуть пониже пятой точки раздваивалась, уходя в стороны. Обувью же были туфли-лодочки из черного бархата и на высоком каблуке, демонстрируя все великолепие «сеточки» на моих ногах. На волосы была наведена иллюзия демонстрирования подходящей прически, и я просто поразилась, как так можно будет их закрутить. Они были завиты в крупные локоны и большая их часть «короной» лежала на затылке, оставляя лишь длинную челку на правый бок и несколько коротких прядей слева. Меньшая часть ровной волной спадала из середины «короны» ровненько по позвоночнику, достигая задницы. И самая прелесть — на волосах и на крыльях были искусно разбросаны застывшие капельки воды, льдинками красуясь также и на кончиках моих ресниц. Ну и добавьте кулон с круглым аметистом в рамке из алмазов на шее. Я вся была сиренево-серебристо-черная.